Волчья стая (СИ)
Его черед. Выпустил волосы, попытался прижать мою руку с гранатой, одновременно уже мне дав по морде. К счастью, обезбол действовал на все вложенные в его разработку деньги. Но неприятно.
А вот руку прижать мужик не смог. Выскользнула из хватки. Я же внезапно вспомнил, что вот это металлическое яйцо, вообще-то, взрывается. И чутка в себя пришел. Удивительно дело, как удар может прочистить мозги — или заставить их работать.
Схватив его за воротник, я дернул в сторону. С себя. И телом еще прибавил движения, и коленом. Он слетел, я кувыркнулся следом и вот уже на нем оказался. Прямо-таки валялся, слишком уж тесно для хоть какого-то комфорта. Еще и пасть воняла, скотина.
Он был ошеломлен, я же готов и знал, что делать. Сесть, отпустить воротник, торопливо свести собственные руки вместе. Палец в чеку, рывок. Не поддается. Усики, блять!
Начал разгибать. Не самая разумная идея, как оказалось — можно было просто колотить мужика по лицу, пока не превращу там все в одну окровавленную рану. Но нет, чего-то вот словил фиксацию на гранате. Совершенно, блять, не нужную, когда я уже наверху!
Ну, разогнул, да, молодец. «Хозяин» лисицы уже успел оклематься и вцепился в меня. Ну я обратно на него и упал, лицом к лицу. Запах-то можно и потерпеть, а вот укус в подбородок был реально неприятен. Вцепился, словно собака в мясо. Еще и по броне колотил, куда-то в район печени, но там удар смягчался, да и химия…
— Да отъебись ты! — прорычал я.
Развел руками, выдергивая из-под себя — и понял, что чека осталась в левой, а граната в правой. Еще и отлетевшая скоба по пальцам ударила.
Упс.
Вот вообще не стыдно признаться, что я испугался. До уровня панического «бля-бля-бля!», пронесшегося в голове, испугался. Надо было просто откинуть, но я умудрился выбрать путь еще веселее.
Мы тут барахтались на земле. Он подо мною — и случаи, когда человек кого-то спасал, накрыв собою гранату, не особо-то редки. Я дернулся влево, держась за плечо мужика…
И сунул гранату так глубоко под него, как только смог. Благо, земля мягкая и мои подстегнутые синтетикой в крови мышцы с этим справились. Оставалось только выдернуть руку и удерживать его под собою. Первое — легко.
Второе? По ощущениям, растянулось на часы.
Я просто прижимал его за плечи… и прижимал… и прижимал… Какая-то часть мозга понимала, что надо бы воспользоваться моментом и тактически вскочить и убежать, ну или хоть максимально отстраниться от будущего тела, встать там на него — но нет. Лежал так, будто, блять, я на нем отжиматься собрался.
Лишь в последний момент, когда ожидание стало невыносимым, я изо всех сил оттолкнулся, заставляя себя подняться.
Вот теперь-то рвануло — мое, нахуй, почтение.
Даже не уверен, чем мне рожу обдало. Кровью, кишками, пылью и ошметками листвы с травой. Всего понемногу. Тушка-то ладно, там бронекостюм который и взрыв тонн взрывчатки в некоторой близости пережить позволит, пусть и с травмами, но вот голову мне могло нашпиговать по самое.
Не нашпиговало. Вместо этого мне вдарило по ушам, да и в целом взрывная волна как-то хитрожопо затекла так, что я себя чувствовал будто бы в мусорном баке, по которому как следует врезали кувалдами. Что забавно, такой опыт у меня в жизни, похоже, был — всплыл отрывок воспоминания.
Ну, забавно или нет, а чего-то вразумительного делать я после этого не мог. Ну встал. Ну пошел, шатаясь, черт его знает куда. Ни малейшего понятия куда, зачем, почему — это все вынесло к херам.
Весьма… любопытный опыт. Пережить который еще раз мне бы совсем не хотелось.
Далеко не ушел. А может и ушел. Меня остановила лисица — все та же, блондинка, четыре хвоста, металлический ошейник. И она была в ярости. Абсолютной. Всепоглощающей. Но, в то же время, в ярости холодной.
У нее на морде было написано «я буду тебя пытать столько, сколько ты и не надеялся прожить». И, зная, что местные лисицы тоже чародейки — она вполне могла воплотить это в реальность.
А я такой и ляпни, заплетающимся языком, тоном алкаша после заветной бутылки:
«Повеселились мы, конечно, пиздец».
Глава 63
От лисицы потребовалось только взмахнуть хвостами — невнятными белесыми вспышками, по которым пробежали разряды всех оттенков радуги. Разряды подсветили все вокруг — и саму скотину ушастую, с ошейником от ее уже бывшего хозяина, и округу, все тот же самый обыкновенный лес.
Еще эти разряды прошибли мне мозг. Там было ровным счетом нихрена, потому как я совершенно не вдуплял, что происходит, где я, да и даже кто я вообще. Я даже позабыл, чего лисице в морду ляпнул всего-то пару секунд назад, когда она появилась вдруг передо мною.
Как позабыл — так и вспомнил. Чародейство прочистило мне контуженную голову.
— Бля, давай просто разойдемся? — пробормотал я, давая задний ход.
Наверно, это не лучшее, что можно сказать женщине-монстру, будучи весь в крови ее «хозяина». Она ж ебнутая. Наверняка привязалась к нему до гроба — а я вот этот самый гроб и доставил. Закрытый, ага. Все-таки под его спиной гранату подорвал, отчего попал под души из крови, кишок и прочих внутренностей.
Лисица молчала. Распушенные белесы хвосты так и висели за ее спиной, подсвеченные редкими разноцветными разрядами. Словно статическое электричество. Она еще голову чуть наклонила набок, внимательно за мной следя.
— Молчание — знак согласия, — сказал я, уверенно отступая спиной вперед. — Дико извиняюсь, но он первый набросился.
— Мы прожили вместе четыре года, — совершенно без эмоций сказала она. — Четыре коротких, но прекрасных года.
— Вот и продолжали бы. Не стоило обижаться на ровном месте…
А вот мне не стоило втягиваться в разговор — чуть замедлился в своем отступлении. Лисица же начала двигаться. Неторопливо.
— Я начала готовить ему продление жизни. Мы могли провести многие сотни лет вместе. Ты меня понимаешь, человечек?
— Сочувствую, но тут вы первыми начали.
Я потянулся было к груди, но один из хвостов дернулся и ударил меня радужным разрядом по кисти. Там, вообще-то, крепкие бронированные перчатки — но чародейству плевать. Как и плевать на то, что я все еще был под обезболом. Никакой боли я не ждал, так что вполне себе честно руку отдернул, когда мне будто бы гвоздь в ладонь вогнали.
— Твои игрушки тебе не помогут, — сказала лисица. — Раздевайся, здесь и сейчас. Немного оттянешь свои страдания.
Видимо, я слишком уж очевидную рожу скрючил — лисица рассмеялась. Утробно, со скрежетом стекла по камню в голосе. Но глядя при этом на меня, практически не изменившись в лице, даже рот шире не открыв. Выглядело… Пугающе. Тут и обстановка еще вокруг идеальная, темный лес, где никто на помощь не придет, и вот это вот человекообразное, которому дай волю и…
— Мы не станем заниматься любовью. Ты убил мою любовь. Конечно, через сотню лет я сумею смириться и попытаюсь найти кого-нибудь взамен. Но ты не проживешь сотни лет. Ты протянешь, пожалуй, пару-тройку дней.
— Спасибо, стало легче, — криво ухмыльнулся я.
И споткнулся. Или поскользнулся. Так или иначе, я рухнул на спину. Должен был приземлиться на рюкзак, но я хрен его знает, куда он подевался — во время драки его уже не было.
Итак, я на спине. Лисица стоит у моих ног, хвосты выгнуты и направлены на меня словно стволы орудий, чуть покачиваются, подсвеченные дрожащими на них разрядами. Она глядит чуть склонив голову, и во взгляде ясно читается один простенький момент, который очень легко углядеть:
Мне пиздец. Медленный и болезненный.
От такого зрелища я аж вспомнил, что, как предполагалось, все это веселье с гранатами я устроил не ради того, чтобы попытаться кого-то убить — а чтобы дать сигнал, в какую вообще сторону двигаться помощи. Состоять эта помощь должна была из одной лишь волчицы, предположительно Таши, но всяко лучше, чем ничего.
И вот как-то не припоминаю, чтобы в ушах у меня прозвучало подтверждение. Слишком был занят, наверно. Такое легко упустить. Благо, гарнитура у меня все еще на голове, в отличии от слетевшего ночника, так что…