Волчья стая (СИ)

— Нихера не вижу, — честно сказал я. — Холли?
Волчица встала рядом с нами. От нее все еще исходил жар лихорадочного тела — может, чуть спавший, но не более того. Если свалится здесь, то здесь ее и оставим, в окружении всякого барахла.
— Ну, это уже не раздолбайство, а просто свинство какое-то, — недовольно сказала Холли. — Они тут все в кучу сбросили, вперемешку. Броня, вон противотанковые гранатометы валяются. Магазины, рюкзаки… Совсем, суки, охуели, пока меня не было.
— Настрой уважительный, но пока попридержи коней. По задницам бить будем позже, сейчас надо вернуть нормальную боеспособность.
— Будут подтягиваться, пока руки не отвалятся…
— Хватит мечтать, капрал, за работу. Ночники сами себя не проверят и не раздадут, — сказал я.
Мой ушастый транспорт спустил меня на землю и отошла в сторонку, а мы с Холли принялись проверять приборы. Дело, в общем-то, простое.
В мою протянутую хрен пойми куда руку Холли всовывает сбрую с ночником. Я эту сбрую с растянутыми ремнями натягиваю и пытаюсь включить электронику. Электроника шлет меня нахер и даже не откликается на нажатия кнопок. Отложить, повторить. Сама капрал тоже проверяла.
Собственно, первый рабочий как раз ей и попался.
— Заряд семь процентов, чего-то показывает, — сказала она. — Ща, выгляну и проверю.
Пока она проверяла, я попытался сам нащупать очередное устройство. Вместо этого я нащупал сложенный одноразовый противотанковый гранатомет. Вернее, его спуск нащупал, «педаль» для того, чтобы сжать всей ладонью. И даже чуть не нажал. Ну, выстрелить он не выстрелил, предохранитель-то надежный, пока не раздвинешь трубу — оно не пальнет вообще никак.
Но сердце-то екнуло.
— Порядок, оба режима… — Холли резко оборвалась, и вкрадчиво спросила: — А ты зачем это сейчас в руках держишь?
— Когда ничего не видишь — можно найти самые странные вещи, — усмехнулся я. Но трубу отпустил. — Вообще, может и пригодится.
— Против кого? Хочешь сказать, эти твои охотники сюда слона в броне приведут?
— Капрал, не выебывайся. Когда есть бабах — это лучше, чем когда его нет.
С легким смешком, Холли уселась рядом. И вновь принялась ощупывать, на этот раз уже разглядывая с прибором ночного видения.
— Да, вроде бы, настоящий…
Затем она стянула ночник и уткнулась мне носом в шею, попутно обняв.
— Ладно тебе, куда ж я денусь, — сказал я негромко.
Она засопела, а я ощутил на шее влагу. Вот уж, при всем уважении и понимании — расчувствовалась она не вовремя. На потом подождет, когда тут со всем разберемся и откочуем подальше. Там можно будет и, не знаю, праздничный обед сбацать. Конину подадим, ага.
— Ну, ну, спокойно, — сказал я, легонько поглаживая волчицу по горячей спине. — Ты уже не маленький щеночек, не надо так встречать.
Чуть подрагивая, она продолжила шарить по моему телу — одновременно внюхиваясь в запах, судя по тому, как сопение усилилось. Как бы и ладно, можно дать чуть выпустить эмоции… Но ведь руки-то как-то подозрительно опускались все ниже и ниже, потихоньку, помаленьку, но заметно.
Как только шаловливые пальчики добрались до штанов, я мягко, но уверенно отстранился. Еще и саму волчицу отодвинул от себя. Тут, в конце концов, свидетель! И вот уж не думаю, что она отвернется и не будет пялиться в два широко раскрытых, едва-едва поблескивающих многократно отраженным светом глаза.
— У нас есть дела, — сказал я. — Возвращаемся к инвентаризации, капрал.
Шмыгнув носом, затем с вялым неудовольствием фыркнув, Холли напялила на меня ночник. Парой размеров больше нужного, но в целом держится и в прибор смотреть можно, если чуть подправить крепление.
И — да будет свет! Усиленной аппаратурой, весь в зеленом, да и не такой уж и сильный — но теперь я более-менее чего-то видел. По крайней мере, мог сам ковыряться в куче хлама. Где-то под этой кучей, к слову, должны были гиноиды-инженеры валяться. Но вот уж не забота для этой ночи.
Холли смотрела прямиком на меня. Особых подробностей не смотреть, но глядела пристально, с блуждающей полуулыбкой. И чуть прикрытыми глазами, что меня обеспокоило. Опять вырубится?
  
— Как себя чувствуешь? — спросил я. — Нам нужно еще хоть штук пять рабочих ночников отрыть. Можешь, наверно, тут и прилечь. Только подальше от…
— Все нормально, — быстро ответила она. — Просто пыталась своими глазами рассмотреть. Давайте за работу, командир.
Ну, теперь, когда я мог видеть хоть что-то — процесс ускорился. В две пары рук-то перерыть груду снаряжения быстрее, так что оставшиеся приборы добили всего за несколько минут.
Один добили буквально. Он в моих руках включился, моргнул на секундочку — и с хлопком потух. К хлопку прилагалась сомнительная вонь пластика.
— Они что, так умеют? — спросила Холли, вдохнув во всю грудь.
— Да я сам охуел.
Торопливо вытащил из ночника батарейку — и дело оказалось в ней. Или, по крайней мере, с нее проблемы начались. Она, все-таки, не должна пузыриться и скворчать, вытекая густой жидкостью из трещины в площадке контакта. Минус батарея — и минус невосполнимый прибор, который уже успело залить. Ладно хоть на руки не попало, успел откинуть. Затем ногой в землю втоптал, ну и нормально.
Итого у нас на руках целых четыре рабочих ночника, не считая моего. Заряда везде в районе десяти процентов, чего на пару ночей хватить должно, а там уже мы будем где-нибудь в другом месте. Желательно, перебив охотников.
— Астер, у нас четыре живых ночника. Посылай сюда по одной из наших хвостатых. Заодно и в броню приоденем, а то ходите тут полуголые.
Утвердительный «Вуф!» в ответ. Хвостатых — это потому, что я помнил, как они давным-давно показывали на стрельбище прекрасный результат со снайперских винтовок. Вот пусть сидят и выслеживают добычу. Бесхвостые-то лучше с пулеметов и обычных штурмовых винтовок палят — помогут по наводке более спокойной и выдержанной боевой подруги.
Долго ждать не пришлось, и вскоре в землянку ввалилась первая на получение снаряжения. Свободное место внутри моментально закончилось, и пришлось потесниться — прижаться к стене, при этом стараясь не свалиться на груды всего барахла.
Хвостатая волчица в первую очередь обратила внимание на меня. Выпрямилась, крепко уперевшись головой в низкий потолок, с винтовкой наперевес стала пожирать меня взглядом. И облизнулась пару раз. И, может, показалось — но и грудь выпятила маленько.
Дуры озабоченные.
— Не забыла хоть, как пользоваться? — я протянул ей каску с ночником.
Схватившись за крепления, волчица присела на колено и споро натянула их на голову, привычным движением просунув уши в пространство между ремнями и защелкнув ремешок под подбородком. Затем опустила прибор, включила его — из окуляров полился едва заметный, крохотный зеленый свет, от которого девка тут же избавилась, подтянув ближе к глазам.
— Молодец, хорошая девочка. Теперь ищи тут броню, под которую твой хвост влезает, пока мы все остальное выкапываем.
Выкапывали, в итоге, только Холли да снайпер. Под меня места не оставалось, и я попросту прижался к ногам волчицы-транспорта, на которой приехал. Чего она сразу же сделала? Присела на корты и прижалась еще ближе. Ладно хоть руки не распускала — но, судя по заинтересованному взгляду, ей хотелось, и до самого действа потихоньку тикал обратный отсчет.
Бромом их напоить, что ли. Если найдется вообще. И если сработает. Потому как одно дело с местными волчицами бродить, которых немного и с которыми даже договор заключен — а вот три дюжины ушастых голов с вертикальными зрачками это уже совсем другое. Могут и силой полезть. Так что надо становиться для них… ну… Натурально хозяином, видимо, высшим, блять, существом или типа того.
Довольно стремное направление мыслей получается. Лучше б другими методами. Стремительно вознести обратно в полностью разумных существ, чтобы в головах места на всякие любопытные штуки не оставалось.
Ну хоть погрелся о девку. Ночь-то прохладная, а у меня одежда не особо-то термостойкая.