Волчья стая (СИ)

Ну, хоть бутылки в сумки запихали, раз время есть.
— Слышу! — прошептала наконец-то Альфа.
Я с места не сдвинулся, только на секунду глаз в ее сторону скосил.
— Это желтоголовые, но их двое, — сказала она дальше.
Два «строителя», значит. Все-таки смена паттернов патрулей.
— Остановились. Тут непонятно… — волчица едва слышно фыркнула. — Шумят чем-то… как твоя огненная коробочка что ли…
А?
Тут я бросил последний взгляд вглубь коридора, поднялся, встал в лестничном проеме, откуда из окна дорога просматривалась.
А там картинка замечательная открывалась. Дело вот в чем. У здания, где мы засели, впервые появлялись дорожные фонари — столбы, не особо-то высокие. В полтора человеческих роста, ну чуть больше. И дальше, вглубь города, эти столбы дальше уже расставлены были.
Вот эти-то фонари наши «строители» и зажигали. Один взобрался на присевшего второго, и ковырялся в клетке фонаря. Ковырялся недолго — через пару секунд появился свет. Сейчас бесполезный, солнце-то еще не зашло, но видимый.
Один слез со второго, и они синхронно и размеренно двинулись дальше, к столбу через дорогу.
— Угу, интересно, — пробормотал я. — Значит, даже ночью сможем нормально видеть.
— Я могла бы и без этого, — ответила Альфа, вставшая сбоку. — Мы же видим в темноте.
— Это замечательно. Только я-то не вижу. Помнишь, как я в болоте чуть не провалился перед ночлегом?
Она фыркнула, затем шмыгнула носом. Появилось желание почесать ее плоский животик, но я сдержался и сделал это за ухом.
— Ты рубаху-то перемотай, она у тебя вся вымокла уже, — сказал я.
Она торопливо размотала свою маску, затем вдруг резко направила ушки в окно:
— Четырехногое!
Ага, все-таки решило здесь оно пройти. В этот раз у меня в руках было оружие… Пользоваться которым я не собирался. Не было смысла наносить первый удар, раз оно снова мимо будет проходить…
— А… Пчхи!
У меня аж сердце куда-то в живот провалилось. А то и ниже. И совсем не от того, что чихнула волчица у меня буквально в десятке сантиметров от моего уха, о нет. От того, что сделала она это ГРОМКО. И это ГРОМКО было только усилено голыми бетонными стенами, и вылетело затем наружу, в ночную тишину, через пустой оконный проем.
Короче, если кто поблизости был — он нас точно услышал.
«Строители» внимания не обратили, они как раз зажгли очередной фонарь и неторопливо следовали следующему. Вот четырехногая хреновина, показавшаяся на улице — вот она-то остановилась. Чуть присела. И всем своим торсом повернулась так, что промежуток между ее плеч смотрел вот прямо в наше окно.
А затем быстрее обычного, не дожидаясь «строителей», направилась в нашу сторону. Напрямик так, пересекая дорогу.
С-сука.
— Бери сумку, и топор держи наготове, — прошептал я.
Шмыгнув носом, Альфа одной рукой вытащила оружие, другой подхватила сумку. Бутылки мы хорошо проложили, так что не звякнуло.
Болезненно-голубая хреновина пропала из виду. И пропала она двигаясь к нам. Так что…
— Давай к окну, встань сбоку.
Волчица послушно и бесшумно подскочила и встала, со вскинутым топором. Нос красный, глаза красные и слезятся, но пока держалась.
Я же с ухом навостро и вырабатывая себе косоглазие, старался следить одновременно за коридором и окном. Не самое простое занятие. А еще я тихонько распахнул крышку зажигалки и положил палец на кремень, готовый поджечь Молотов.
И время настало.
Как понял? Да по наглой роже твари с болезненно-синей кожей, которая вот прямо сейчас заглянула к нам через окно. И заурчала. У нее ни рожи, ни отверстия чтобы урчать, да даже головы-то нет, один обрубок шеи — а оно, скотина, еще и рычать начало.
Хрясь!
Волчица врезала топором с такой силой, что тварь не удержалась и слетела вниз. У меня же палец на автопилоте поджег зажигалку, руки на автопилоте подожгли фитиль. Ну и все — подскочил к окну, нашел взглядом херовину… Которая стояла на дороге, глядела вверх и явно готовилась забираться вновь, кровоточа чем-то блевотно-зеленым из хорошей такой раны в плече.
  
А затем рядом с ней приземлился Молотов. Хороший бросок, хороший наполнитель из алкоголя и фонарного масла. Разбился, со звонким таким звуком. Вся брызнувшая жидкость немедленно занялась — и немалая ее часть попала на тварь.
Вот сейчас она завизжала. Никаких полумер, только лишь громкий, полный боли визг.
Чего хуже — практически сразу откуда-то из глубин города понеслось сразу несколько визгов, воплей, ревов. Голодных и возбужденных.
Блять, блять, блять!
Панический приступ все ж не помешал тушке выхватить новый снаряд. Я даже еще и сам не заметил, как нырнул за стену, скрываясь от взглядов снаружи. Бутылка в руке, зажигалка раскрыта и палец на кремне.
— Десяток. Или больше. Я больше десяти не умею, — отрывисто сообщила Альфа.
— Будь готова бежать. Здесь нам ночевать не грозит. Пригляди пока за коридором.
Волчица бросилась к выходу из комнаты, с топором наготове.
В голове тем временем проносились варианты побега. Через главный вход в здание — да точно без вариантов, тварь-то прямо за углом и просматривается округа хорошо. Окна? Громко, едва ли откроем, придется разбивать — и лезть через битое стекло. Тогда только задний ход оставался. Я ж, когда на кухню заглядывал, видел там ведущую на улицу дверь. Оттуда, наверно, продукты привозили.
Можно попробовать и в доме отсидеться… Но местные лазать умеют, как оказалось. И уж точно догадаются полезть в разные окна, а там нас зажмут и выпотрошат подчистую.
На улице, тем временем, все продолжался болезненный визг. Я рискнул выглянуть, оценить обстановку.
Подожженная мною хреновина задорно так носилась кругами под нашими окнами. Горела, воняла, но упорно ж под окном держалась, не уходя никуда. «Строителям» вообще плевать было, они внимания не обращали и с очередным фонарем возились, успев до него дотопать.
Так, ладно. Пока выбегать наружу не стоит. Слишком велик шанс лицом к лицу столкнуться с местными жителями, которые сейчас сюда на всех парах бегут.
А вот, кстати, и они. Сперва по поперечной дороге невнятная херобора примчалась, которую я описать могу только как «гнилостно-зеленый краб из кусков людей». Примчалась она, разумеется, боком. И стала наворачивать круги вокруг горящей твари, явно собираясь ею перекусить, но пока не решаясь из-за огня. Или просто смотрела, мне-то откуда знать?
Затем, и пары минут не прошло, еще появились. Все из глубины города. Натурально какие-то хреновины из ночных кошмаров после въедливых ужастиков. Все как бы люди… из человечески запчастей так точно, но все неправильные.
Одно из них, фигура с гребаной костяной пружиной вместо грудной клетки, не стала ждать, пока ужин приготовится. Сразу, с ходу на горящую тварь накинуться попыталось. И, так-то, успешно. Кусман отхватило от той части, на которую топливо не попало.
После этого зашевелились и остальные. Сразу активнее стали. Наверх они не смотрели, о нет — всеми движениями неправильных тел они выказывали внимание к подожженной твари. Поближе, вон, подобрались…
— Как там? — негромко спросил я у Альфы.
Твари шумели громко, но моя девочка услышала:
— Пока никого и ничего.
Отлично. Вполне можно отстреляться, раз уж местные жители так опрометчиво столпились прямо под нашим окном, предвкушая, как будут каннибалить одно из своих…
Щелкнул зажигалкой. Почти поднес уже огонек к пропитанному топливом фитилю Молотова.
А там то вытянутое нечто появилось. Неторопливо, совсем не так, как обычно по улице носилось. Ярко-красная плоть поблескивала влагой, на месте лица, как и всегда, широкая улыбка из сплошных зубов.
И снова… Словно встретились взглядами.
Тут уж вместо инстинкта «бежать» врубился инстинкт «сражаться». Всеми методами. Лишь бы выжить.
Вспыхнул фитиль. Резкий бросок — бутылка умчалась в самую гущу тварей, аккурат на землю. Разбилась. Липкое пламя окутало всех, кто рядом был. Следом пошла вторая, чуть в сторону, чтобы и других задело. А затем моя рука поскреблась по пустому месту.