Высокий, царственный и сварливый (ЛП)
Часть дома, принадлежавшая Тревору, примыкала к боковой части поместья. Кэнди и Зейн уже ждали нас с Тревором в его классически оформленной гостиной открытой планировки. Это было не то, чего я ожидала от технического и игрового гения, но здесь было действительно приятно. Голубая кухня в стиле кантри в одном углу, обеденный стол из белого дерева в деревенском стиле с соответствующими стульями рядом с ним и просторная гостиная зона с настенным телевизором и тремя коричневыми кожаными диванами.
Шехрияр и Тревор помогли Гэри и другому охраннику выгрузить из двух машин все ноутбуки, планшеты, один монитор и компьютер, а также четыре телевизионных экрана. Пьер прибыл из дворца как раз вовремя, чтобы стать свидетелем этого беспорядка.
— Потому что наш принц — мелочный ублюдок, — сказала Кэнд, подмигнув Каю голубыми глазами. Он вернулся из кухни с двумя большими мисками чипсов и крендельками в шоколадной глазури. Зейн следовал за ним, держа поднос с черными кружками, наполненными чаем и кофе.
Мы сидели вокруг обеденного стола, Тревор во главе стола, хмуро переводя взгляд с телефона Мэг на ноутбук с подключенным к нему маленьким чёрным устройством. Перед ним также лежали два телефона Бо Флетчера. Кай сел на сиденье рядом с ним, я села слева от Кая, а Шехрияр сел с другой стороны от меня. Гэри предпочел остаться снаружи с другим охранником.
— Я не мелочный, — проворчал Кай, когда Зейн первым подошел ко мне. — Тревор сказал мне забрать всё.
Я тихо поблагодарила Зейна и взяла с подноса кружку черного кофе, в то время как Кэнди поставил чашки на стол и сел напротив меня.
— Все её. Имеется в виду её телефон, планшет и ноутбук, — невозмутимо ответил Тревор. — Не всё в доме.
— Видите? Мелочный, — поддразнил Кэнди и отправил в рот крендель.
— Хорошо, — сказал Пьер, плюхаясь на стул рядом с Кэнди. — Будь мелочным. Тебе это позволено, — Кай нахмурился.
— Я не…
— И ещё я бы не отказался от чая, если ты всё ещё предлагаешь его приготовить.
Зейн закатил глаза с другого конца стола, когда Шехрияр взял кружку.
— Я уже приготовил тебе немного, — Пьер прижал руку к сердцу и захлопал ресницами.
— Ты так хорошо меня знаешь.
— Я не был мелочным, — проворчал Кай, на этот раз громче. — Это умные телевизоры. Я перестраховывался на случай, если Бо узнает…Вы можете войти в систему электронной почты на Smart TV. Или подключить USB — накопитель.
Атмосфера разрядилась, когда Кай уставился на свою кружку с чаем. Мое сердце не то чтобы болело, но оно тупо сжалось от того, как глубоко он всё это продумал. Я потянулась, взяв его руку, лежащую между бедер, и переплела свои пальцы с его. Складка между его бровями разгладилась, когда он взглянул на меня, и я улыбнулась. Он не улыбнулся в ответ, но поднял наши руки и запечатлел долгий, крепкий поцелуй на тыльной стороне моей ладони, от которого у меня внутри затрепетали бабочки.
— Чертов Невиш, я так чертовски одинок, — прошептал Пьер, в то же время Кэнди спросил:
— Ты планируешь вернуть всё это Бо Флетчеру, как только Тревор закончит?
— Только то, что ему нужно для работы, — ответил Кай, рассеянно проводя большим пальцем по моей коже. Зейн наконец занял своё место рядом с Тревором с последней кружкой на подносе.
— Мы можем разбить остальное? — очевидно, Кэнди какое — то время с надеждой обдумывал этот вариант, потому что вопрос сорвался с его языка с почти детским волнением.
— Ты ничего не будешь ломать в моём доме, — заявил Тревор.
— Кто сказал что — нибудь о том, чтобы делать это внутри?
— Нет.
— Вы могли бы пожертвовать телевизоры детскому дому или приюту для бездомных, — сказал Шехрияр, неодобрительно взглянув на Кэнди поверх края своей кружки. Пьер поднял свою кружку в знак согласия, но Кэнди закатил глаза.
— Спасибо, что вылил ведро вины на мою идею.
— Не за что, — Кэнди с отвращением посмотрел на Шехрияра, сузив глаза.
— Как насчет того, чтобы пожертвовать три телевизора, при условии, что один из них нужно вернуть Бо, и разбить её ноутбук, телефон и планшет? — предположила я.
— Я голосую за идею принцессы Эсмеральды, — сказал Пьер.
— Вы можете проголосовать, но это не изменит того факта, что вы ничего не будите разбивать, — сказал Тревор.
— О, — пробормотала я, мои плечи поникли. Идея Кэнди звучала забавно.
Взгляд Тревора метнулся вверх раз, другой и задержался на мне. Затем он запрокинул голову и вздохнул, глядя в потолок.
— Чёрт возьми, — он фыркнул и выпрямился. — Ладно, хорошо. Дайте мне час, а потом можете разбить её телефон. Но только её телефон, хорошо?
Пьер рассмеялся, Кэнди разинул рот, Зейн ухмыльнулся, а я улыбнулась Тревору. Он неохотно улыбнулся мне в ответ, а потом улыбка превратилась в ухмылку, когда он направил её Каю.
— Ты понимаешь, что никогда не сможешь сказать ей “нет”, верно?
Мои щеки вспыхнули, а улыбка застенчиво дрогнула.
— Я знаю, — сказал Кай, но на его правой щеке не появилось даже малейшего намека на ямочку. Его лицо оставалось мягким, но бесстрастным, глаза яркими и спокойными одновременно, и это неприятно кольнуло меня.
Я не могла сказать, был ли он вялым из — за выброса адреналина после всего, что произошло, или вместо этого у него помутился рассудок и эмоции переполняли его.
Но я собиралась выяснить это, как только мы останемся одни.
Мария:
«Чувиха, всё в порядке?»
«Ты не писала мне два дня»
Глава 38
Кай
После того, как мы разбили телефон Мэг, мы остались на ужин у родителей Тревора, на который к нам присоединились жена и дети Зейна. Итак, к тому времени, как мы с Эсмеральдой вошли в её спальню, пробило одиннадцать часов, и весь дворец уже спал или готовился ко сну.
Она вернулась из гардеробной, повесив пальто и сняв туфли на каблуках, но я всё ещё стоял там, где она меня оставила. У бархатного дивана, на который я набросил пальто, уставившись в никуда, пока она не подошла неторопливой походкой.
Она бросила на меня тот самый взгляд. Тот самый, которым она смотрела на меня с тех пор, как мы покинули дом Бо Флетчера. Как будто она использовала свои силы телекинеза, чтобы прочесть мои мысли, но не могла понять, что видит, и ей это не нравилось.
Дело в том, что я сам не мог сказать, что чувствую Только то, что чем ближе она подходила, тем сильнее становилось притяжение за моей грудной клеткой. Она приподнялась на цыпочки, обвивая руками мою шею, и я прижался к её маленькому, мягкому телу, обхватив её за талию. Она поцеловала меня, притягивая мои губы к своим в сладком, неторопливом темпе. Со стоном я попытался найти её язык, но она заставила меня придерживаться её более медленного ритма.
На вкус она всё ещё напоминала клементин со сливками. Это напомнило мне о том, как она сидела в гостиной родителей Тревора после ужина, очищая апельсины, прижав к себе дочь Зейна, в то время как сын Зейна сидел у неё на коленях. Маленькая девочка была загипнотизирована ею. Как и мальчик, когда потребовал, чтобы ему скормили его порцию кусочков, покрытых взбитыми сливками. Эсмеральда сыграла на одержимости девочки принцессой и заставила обоих детей бесконечно хихикать, а я…
Моё нутро было похоже на комок теста, который тянут и растягивают. Несмотря на то, что из — за этого у меня перехватило дыхание, это также казалось таким правильным, когда я представлял Эсмеральду с нашими детьми.
Теперь эта мысль снова и снова крутилась у меня в голове в новой форме.
Я хочу зачать в ней ребенка. Я хочу зачать в ней ребенка. Я хочу зачать в ней ребенка.
Но это задело струны, которые заставляли меня чувствовать себя более нуждающимся. Взволнованным. Заставляя меня вцепиться в Эсмеральду, обхватив одной рукой её дерзкую задницу и прижимая её вплотную ко мне.