Битва Света и Тьмы (СИ)

Они справились, да. Но до сих пор я не задумывался, чего им это стило, каких душевных мук и переживаний.
Я просто хотел изменить свою жизнь, а когда у меня это вышло, решил, что назад отыграть ничего нельзя и теперь всегда нужно будет жить по-новому, как драконник. Но вместе с этим я изменил и жизнь своей семьи, убрав от них ощутимую долю радости от совместного бытия, долю теплоты и надежды на будущее.
Я не мог вымолвить ни слова — и чувствовал, как к глазам подкатываюь непрошеные слёзы, чего не случалось уже минимум года три.
Я понимал теперь, как был виноват перед всеми. А виноватым я быть не любил.
И у меня были два варианта. Либо попробовать убедить себя в несправедливости маминых обвинений, то есть снова включить цинизм и эгоизм — либо всё признать и на основе этого постараться договориться.
— Молчишь? — риторически спросила мама. — То-то. Пойми, что мы все по-настоящему любим тебя и будем любить всегда, что бы ты ни сделал… но вспомни и ты свою любовь к нам. Ведь мы же всё равно семья, верно? И навсегда ею останемся.
— Ты права, мама, — прошептал я, глядя в пол перед своим стулом. — Прости… прости за всё. Даже за то, чего я ещё не совершал. Но пойми: я не могу не отреагировать на угрозу. Не могу не позаботиться о том, чтобы ни с тобой, ни с папой, ни с Севой ничего не случилось.
Я поднял глаза на маму и тихо продолжил:
— Пожалуйста, услышьте меня. Напиши папе. Пусть он вечером с нами свяжется… а лучше попроси его срочно приехать, и мы придумаем, как вас уберечь. У меня уже есть мысли, как это можно сделать. Времени у нас около суток: этот день, ночь и следующее утро. Поэтому в ближайшее время с вами всё будет в порядке. А потом… мы уж как-нибудь разберёмся. Обещаю.
2
Я вернулся к себе в домик, закрыл за собой дверь — и спиной сполз по ней вниз.
Всё-таки два потрясения за утро, а вернее, за один час, — это слишком. Даже я, прошедший через многое в ходе давней борьбы с викингами, с трудом выдержал сначала шантажистский ультиматум и почти сразу же за этим семейную предъяву.
Не знаю, что я бы сделал с тем, кто только что поставил драконников на уши своими угрозами. Не конкретно с тем, кто отправил сообщения, — а с тем, кто придумал план, в который нам всем ещё предстояло проникнуть. Ведь этот человек заставил меня ощутить вину, предстать перед глазами близких в роли заблудшего великовозрастного ребёнка… но вместе с тем дал и надежду на примирение с Ульяной. Так что не знаю. На ум приходили почему-то русская рулетка или крепкое рукопожатие, и я помотал головой, чтобы выкинуть из неё этот сумбур.
Вилле уже должен был успокоить свою подругу, и скоро они, надеюсь, включатся в обсуждение проблемы. Ну а пока посмотрим, что там у остальных драконников. Получили ли они рассылку, и если да, в чём я был практически уверен, — то какая была их реакция…
Достал драконофон, кликнул по иконке, вошёл в Д-нет. Зашёл в нашу специальную соцсеть и принялся листать новости.
А за последний час их накопилось достаточно много. Драконники, на которых я был подписан, постили одно и то же — скриншот того самого сообщения, текст которого у всех, похоже, в точности совпадал, хоть и был написан на разных языках. У меня просто в аккаунте была включена функция автоматического перевода постов и сообщений — но на картинки она не распространялась. Ну что ж, хотя бы государственные языки Федерации подтяну…
Большинство из тех, кто высветился у меня в ленте, казалось, с трудом скрывали панику. Но были и люди, которые откровенно смеялись над рассылкой «драконофонного террориста». Судя по всему, родственников у них не было, а за себя они, как и я, не сильно тряслись. Наверное, они уже решили для себя, что станут делать, когда обозначенное время истечёт и те маньяки протянут в их сторону свои лапы.
Но в целом в сообществе царила неслабая такая тревога. Кто-то даже предложил обратиться с коллективным письмом к президенту Федерации, Иштвану Дапчезу, и под постом уже появилось несколько подписей.
 
Однако пока их наберётся энное количество, пока решатся отправить, пока президент прочитает, — какое-то время будет потеряно… Да ведь сам он тоже вроде как драконник, так что наравне со всеми должен был стать жертвой этой акции! А значит, наверняка уже предпринимает какие-то меры…
Ведь он же не хочет, чтобы его коттедж и ферму, к примеру, накрыло случайно пущенной чьей-нибудь ракетой. Это было бы похуже, чем зимой, когда Дапчезу похитили викинги и вся его охрана не смогла им помешать.
Так, стоп, стоп… О чём я думаю? Ну не такие же возможности у группы «Бхаггар»… или такие?
— У страха глаза велики, — процедил я вслух, сидя на полу прихожей.
Нельзя поддаваться всеобщей панике и преувеличивать силу врага. Это верный путь к проигрышу. Надо всё оценивать трезво и не оставлять ни малейшей возможности тебе навредить — но в то же время верить в лучшее.
А чтобы адекватно оценить ситуацию, нужно собрать побольше данных для её анализа. Часть уже обещал раздобыть Нед, а я мог бы взглянуть на то, что происходит, немного с другой стороны.
В смысле: происходит ли вообще что-нибудь.
Почему я не занялся этим до того, как предупредил семью? А предосторожность никогда не помешает. Если есть вероятность, что всё серьёзно, то я ни в коем случае не должен допустить её осуществления.
По Гринвичу сейчас примерно четыре пятнадцать, значит, Европа ещё большей частью спит, и волна истерии поднимается в основном американскими драконниками, которых частично поддерживают русские и азиаты. Уверен, пройдёт пара часов — завоют и европейцы. Но и президенты подключатся к решению проблемы… которая может быть, а может и нет.
Я вышел из соцсети и открыл сайт новостей Федерации. Так и есть: пока только свежая сенсация о чьей-то массовой рассылке, никто ничего не знает, все напуганы, власти ещё не занялись расследованием. Думаю, через час или два появится запись о том, что президенты Федерации и Республики возглавили поиски злоумышленников. А ближе к вечеру (по крайней мере, для меня) грянет настоящий информационный гром: станет что-то известно про группу «Бхаггар», и всем официально будет сообщено, что делать.
Но я надеялся, что мы всё разузнаем быстрее, а значит, у нас будет оправдание тому, чтобы, как всегда, поступить по-своему. Ведь думать своей головой у нас, по моему глубокому убеждению, обычно получалось лучше, чем выполнять указания руководства Федерации.
3
Я закрыл Д-нет и вернулся в меню диалогов. Была одна новая весточка от Неда: «Можешь в 30 минут включить видеосвязь на столе-компьютере? Подключайся лучше ко мне, почему — сообразишь сам».
Я взглянул в угол экрана. В моём часовом поясе было 11:28, так что следовало поторопиться.
Я поднялся с пола, отбил Неду в ответ: «Иду», — сунул драконофон в карман и направился ко входу в кирпичную пристройку с задней стороны домика.
Зайдя туда, быстро включил свет, запер дверь и прошёл к металлическому столу в форме дуги с встроенным по центру экраном. Это и был тот стол-компьютер, о котором упомянул Нед. Однако в последнее время этим огромным «гаджетом» я почти не пользовался, предпочитая больше сидеть в Интернете.
Ну что ж, теперь придётся вспомнить былые сеансы связи.
Я сел за стол, включил находящийся внутри него компьютер и пошарил по ящикам. Нашёл флешки с паролями для подключения, вынул горсткой, взял зелёную с пометкой «Н.К.Дж. М.Х.-Х.» — инициалами Неда — и, когда комп загрузился, вставил в разъём. А остальные убрал назад, с сожалением задержав взгляд на красной с прикленной скотчем бумажкой с надписью «А.Л.Дж. Х.-Х.».
Анна Люсия Джулиания Хапскер-Хеглен. Она же — Ульяна Голубева, прекрасная в своей холодности.
Как всегда, я примерно минуту пялился на тёмный экран, пока проходило тщательно защищённое соединение. Затем появилось изображение, и почти сразу экран разделился на три части: похоже, Нед Кристофер Джеймс Мартин Хеглен-Хармс уже включил групповую связь.