Нереальная Реальность (СИ)
А еще у нее отобрали права за превышение скорости. Но я попросила Ритку помочь разрулить ситуацию. Как не удивительно, но Вита с Риткой не очень-то сблизились, находясь будто все время настороже. Но ничего, я смогу их примирить. А еще мы с Витой несколько раз ссорились из-за правильного питания. Она никак не могла смириться с вегетарианским рационом и по-тихому подъедала в клубе, где я ее и спалила за этим занятием. Оказалось, она не хотела меня расстраивать, а я таким образом выражала свою заботу. План питания приходится пересматривать.
Некто Шархан все-таки связался со мной. Он согласился уделить время и посмотреть «подопытную». Он не подходил к Вите, находился лишь на расстоянии. Однажды утром Шархан случайно припарковал свой автомобиль на место Виты. Выйдя из подъезда, мы обнаружили кирпич. И нет, не знак, а нормальный такой кирпичный кирпич на капоте новенького «Шудатти». Он лишь усмехнулся, ничего не сказал, но машину больше в том месте не парковал. А потом они случайно встретились. На очередном мотосъезде Витторина вынуждено махнулась со мной одеждой (я замерзла в шортах с заячьим хвостиком и майке). Я никогда еще не видела Виту настолько в растерянности. Она будто не знала куда себя деть, стараясь поскорее скрыться из поля зрения. Дальше больше. Выяснилось, что она влюбилась. Она не хотела разговаривать на эту тему, не хотела действовать, вбив в голову, что является человеком второго сорта для таких, как Шархан. Его это несколько забавляло.
Она вымещала всю свою боль в зале один на один с грушей. Никаких спаррингов, только неодушевленный предмет. И виновник этой боли — я. Я пыталась поговорить с ней, попробовать утихомирить эту бурю эмоций, но она раз за разом отказывалась и уходила от разговора. И мне было больно это видеть.
На следующем мотосъезде Казимир Мирославович не заметил и припарковался на мотоцикл Витторины, успешно раздавив его. Вита не осталась в стороне и воткнула два топора в лобовуху и капот «Брабаруса» Казимира Мирославовича. В принципе так они и познакомились теснее. Не вынимая ни одного топора, они доехали до города и предложили друг другу помощь. Вита починила машину, а Казимир Мирославович предоставил новехонький мотоцикл.
Вот и сегодня Шархан навестил нас. Он каким-то образом манипулировал сознанием моей подруги, стирал себя из памяти. Но это было ненадолго. Вита все равно вспоминала его.
Опять поцапались с Шарханом и он опять стер память. Прям как кошка с собакой — очень милые, но слишком колючие. Они постоянно грызутся по весомой и не очень причине. Ощущение такое, будто Шархан ее ненавидит, но возможно это лишь видимость.
(«Неназванная книга», дневник Анечки)
Голова странным образом болела. Миссия не была сложной. Насколько я смогла понять, всех подосланных агентов узнавали по Слепку, которого у меня не было, по непонятным для всех причинам. Я откинулась на спинку сидения, глядя через прозрачную крышу на звездное небо. Как быстро идет время. Не знаю, я не видела что происходило в доме, но судя по ощущениям, это было что-то ужасное, что-то страшнее, чем просто убийство. Зачистка, ликвидация… в машине было тепло и спокойно. Удивительно, но в машине пахло не только кожаным дорогим салоном, но и запах Мстислава, который я ощущала, каждую ночь, проведенную вместе со своим удивительным соседом. Когда я вышла на улицу, «Пыжик» стоял на противоположной стороне дороги. Подойдя ближе, с удивлением отметила, что автомобиль открыт и спокойно забралась внутрь. Шикарная машина! Раньше такую только на картинках видела. Стеклянная крыша красиво, но наверняка не очень практично, но сейчас я была рада, что могла наслаждаться видом на прекрасное звездное небо.
— Ты в порядке?
Я открыла глаза и увидела склонившегося надо мной Мстислава.
— Эмоционально опустошена.
— Мы уезжаем.
Он сел на место водителя и тронул автомобиль с места. Мы летели по шоссе.
— Мстислав…откуда в мире столько зла? Он ведь совсем маленьких девочек отправлял в страны третьего мира. Он стольких подсадил на эту дрянь… Что вы с ним сделали?
— Его ликвидировали. Из таких вытягивают всю информацию, все воспоминания, заключая их в специальную капсулу и отправляют все в Журнал. Он скончался от болевого шока. Информационники умеют пытать.
— Он видел Слепки. Поэтому из ваших никто не мог к нему подойти.
— Догадывался. Что ты видела?
— То, о чем ты рассказывал. Об издевательствах над жертвами. Он хотел меня продать. Думал, подготовить удовлетворять потребности других и продать подороже. Злился, что ваша команда помешала ему сбагрить последний товар в виде тех двоих, которых нашли в подвале.
— Они в плачевном состоянии, с трудом разговаривают. Надеюсь, придут в себя.
— Он откуда-то помнит меня, только то воспоминание ускользнуло и от меня и от него.
— Ясно. Теперь забудь о нем. Ты получишь место в команде сразу, как только сдашь свой Предел на Резонанс, но есть один недостаток. Ты очень эмоциональная. Несмотря на твое внешнее хладнокровие, внутри на твоей душе остаются очень глубокие раны от этих потрясений.
— Знаешь…я, когда была маленькой, очень любила один сериал, и очень хотела быть похожей на одну героиню, также помогать людям.
— Серьезно? — он удивленно посмотрел на меня. — Ты обычно более серьезно выглядишь. Даже не думал, что ты мечтать умеешь.
— Увы, в душе я такой ребенок, — нежно улыбнулась собственным мыслям. — Знаешь пятый сезон аниме-сериала «Сейлор Мун», где появляются такие персонажи как «Три Звезды», Старлайты?! Сколько раз пересматривала этот сезон, столько и переживала за отношения Усаги Цукино и Сейи Коу. Прекрасная пара получилась бы. Мамору меня всегда бесил по сериалу, а Сейя всегда нравился.
— Так-так, значит, тебе нравятся высокие худощавые парни с длинными волосами, еще и знаменитые, — Мстислав усмехнулся. — Хотя зная тебя, предполагаю, что ты выделила другие качества и далеко не внешние. Надежность, забота, любовь. И какой самый любимый момент с этим парнем?
— Когда он с Усаги стоял на крыше, — я запрокинула голову, прикрыв ладонью глаза. — Он бросил розу, чем напомнил Такседо Маска. И я помню, когда Сейя спрашивал, чем он хуже. Мне его жалко, чисто по-человечески. Он классный парень, а она дала ему некую надежду, вела себя несколько странно, учитывая, что у Банни жених есть. А, ладно, не бери в голову, глупости это все, — я закинула руки за голову, и, открыв глаза, смотрела на небо. — А про любовь ты спрашивал. Идеалом для меня, пожалуй, была любовь Элизабет Беннет и мистера Дарси.
— Гордость и предубеждение…шикарный фильм. Тысяча девятьсот девяносто пятого, кажется?
— Именно, — я улыбнулась. — Две части, хотя по телевизору показывали сериалом.
— В тебе погиб романтик, — парень вздохнул. — Но мы его реанимируем. Загляни в бардачок.
Я повернула голову, взглянув на своего соседа.
— Загляни, загляни, — он улыбнулся, а в темных глазах замелькали золотые искры.
Я удивленно открыла бардачок и обнаружила там две коробочки с красными атласными лентами. Я покосилась на парня — доволен, как лось. Явно же не кольцо, хотя…
— Открывай же. Обе, — мягко произнес он. — Это подарок тебе.
Сердце совершило кульбит в груди, и я медлила, перебарывая свое любопытство. Я вытащила первую коробочку и робко сняла ленточку, открыла крышку. Улыбка на моем лице появилась прежде, чем я осознала это. В маленькой коробочке лежало семь медиаторов с моим логотипом (когда мы начали выступать с Анютой, то придумали свой знак — феникс). Феникс был красно-стальной, в круге.
— На каждый день недели, — усмехнулся Мстислав. — Либо под настроение, по цвету. Если случайно выкинешь в толпу, они вернутся в твой чехол, так я запрограммировал в них мысль.
— Спасибо, — я посмотрела на своего соседа с благодарностью. — Тоже знаешь ту историю?
— Медиатор за пятьсот рублей под заказ? — он бегло взглянул на меня, оторвав взгляд от дороги. — Конечно, знаю. Я выше всех прыгал, чтоб поймать его.