Нереальная Реальность (СИ)

Сильнейшая эмоциональная волна заставила меня погрузиться в сознание самого таинственного человека, я не просто слышу, но я вижу то, что он помнит обо мне.
МСТИСЛАВ
Мы вошли в гримерку. Витторина сидела на полу, прислонившись спиной к креслу, в котором без сил валялась Анюта. При нашем появлении, обе девушки повернули голову.
— Привет, — Вита улыбнулась и с трудом поднялась с пола, стараясь не ступать на правую ногу. Создавалось впечатление, что ей больно, возможно связку повредила во время выступления.
  
— А можно автограф? — Яна робко подошла ближе.
— Конечно, — девушка мило и очень тепло улыбнулась. — Ты у меня самая юная поклонница. Хочешь в подарок медиатор?
— А можно? — Яна потрясенно обернулась ко мне, словно я должен был дать разрешение.
— Нужно, — Вита снова улыбнулась и вытащила из чехла простенький треугольной формы инструмент, именуемый в среде музыкантов медиатором. — Какую песню для тебя исполнить?
— А можно про звезду?
Витторина согласно кивнула. Она пела красиво, тепло и невероятно душевно, вбирая в себя мою боль, оставляя лишь светлое непонятное чувство. Ее карие глаза светились, но такое случалось редко. Я видел, что ей также плохо, как и мне. Я не мог этого объяснить, просто ощущал, на каком-то подсознательном уровне. Ее Хаос отдавался в каждой клеточке моего организма. Что она со мной делает, эта девушка? Яна смотрела на нее с плохо скрываемым восхищением.
Отыграв песню, Вита протянула медиатор девчушке.
— Я так хотела тебя увидеть, — призналась Яна. — А можно еще что-нибудь оставить себе на память. Я боюсь, что могу не увидеть тебя больше.
Девушка пару секунд подумала и быстро и профессионально сняла со своей гитары струны, и присев на одно колено, протянула это девочке.
— Извини, больше мне нечего тебе дать, — она виновато пожала плечами, но Яна уже была в восторге и носилась как угорелая по гримерке, весело подпрыгивая. Вита грустно улыбнулась, глядя на нее и произнесла:
— Какая живая, девчушка.
— Вы так говорите, словно сами мертвы, — я усмехнулся.
— Что скажешь, Ань? — Витторина покосилась на подругу.
— Она мертва, — подтвердила рыжая из своего кресла, стараясь не встречаться со мной взглядом. — Мертва внутри. Но может когда-нибудь оживет.
— Мы раньше не виделись? Мне Ваше лицо знакомо, — Вита склонила голову набок.
— Вполне возможно. Я не первый раз посещаю Ваши выступления, но раньше все не доходил до гримерки. Вы позволите фотографию на память?
— Конечно, — она кивнула и улыбнулась на камеру.
Я следил за ней со странной смесью чувств. Эта девушка заставляла меня снова переживать весь спектр эмоций, гамму всевозможных ощущений. Я начал задумываться над тем, что эта рыжая, была права — у Виты есть дар. Сильный и уникальный, используемый во благо других, и в ущерб себе. Справедливо ли это? Думаю, что нет.
Я повисла на ремнях безопасности оттого, что Мстислав резко затормозил и снова погрузилась в его сознание.
Она сидела на крыше заброшенного здания, именуемого среди сталкерского контингента — Синий Зуб, и, щурясь, подставляла лицо весенним лучам солнца. Тихонько подпевая своему плееру, Вита выглядела умиротворенной. Так она избегала толпы. Ей было плохо в окружении людей, чувствовала себя скованно, закомплексовано…у нее ужасно заниженная самооценка, хотя порой мне казалось, что это не безосновательно. Скрывшись под куполом невидимого Барьера, я наблюдал за ней уже третий час.
— Не надоело? — она взглянула на меня через плечо и меня обдало жаром. Определенно, девушка не могла меня видеть, но…но практика доказывала иное. Я не шевелился и даже не дышал. Вита пожала плечами и тихо произнесла — Кажется, схожу с ума, общаясь с тем, кого нет, но почему-то ощущая, что он есть. Как трудно быть мной, — она рассмеялась. — А если бы это кто-то был бы на самом деле, я могла бы с ним поговорить. Рассказать, как хреново у меня на душе. Этот парень, в которого влюблена моя подруга…гнилой, и при этом ужасно властный. Он ей изменяет, а она его любит. Кто мне объяснит, почему? Почему и зачем прощать измену? — Вита покачала головой. — Я не понимаю…я очень многого не понимаю в этом мире. Зачем общаться с людьми, которые тебе противно? Зачем с такими поддерживать отношения? Зачем называть всех друзьями, а потом жаловаться, что тебя предают все кому не лень? И таких вопросов в моей голове очень много.
Она запрокинула голову так, что я смог увидеть ее широко распахнутые карие глаза. Она прекрасна!
— А ты не волнуйся. И если надо, я помогу тебе, — Вита улыбнулась.
Мое сердце пропустило удар. Девушка чувствует мое присутствие, но зрение подтверждает, что меня нет, и, руководствуясь логикой, она считает, что общается просто со своим воображением, не вовремя расшалившимся. В любой толпе, ее взгляд карих глаз всегда в упор встречался со мной. Она видела меня, ощущала. Такое не могло быть случайностью. Такой связи у меня никогда и ни с кем не было. Это казалось невероятным, из области фантастики, тем более что ни в одной книге, ни в одной практике такого не встречалось.
— В мире, где слово терзают цепи, где мысли гонят по темным тропам, мы встречаемся под звездным небом, смеемся в лицо зловещим дням, — подпевала она плееру, и я чувствовал умиротворение. Сев рядом с девушкой, я вслушивался в ее голос, наслаждаясь тем, что мы здесь вдвоем, что мне хорошо, что ей тоже спокойно со мной. Я знал, что мое присутствие ее успокаивает, это было очевидно, и невероятно льстило.
ВИТТОРИНА
Воспоминание грубо оборвалось, и я почувствовала невыносимую боль в горле, как будто кто-то вцепился зубами и разрывал плоть, вырывал куски мяса. Я хотела отбиться, но руки были связаны колючей проволокой и при каждом движении, шипы впивались в запястья. Ноги вырывали, ломали кости, дробили, сдирали кожу живьем. Я пыталась кричать, но только захлебывалась собственной кровью. Господи, как больно! Когда закончатся эти мучения? Тело билось в агонии. В голову вбивали гвозди, пытаясь с каждым ударом раскроить череп. И от этого не увильнуть, становится только больнее.
Резко открыв глаза, я увидела белый потолок, уже знакомый мне — кабинет Влада. Мерно попискивали какие-то приборы. Но самое главное — мою ладонь крепко сжимал Мстислав. Он сидел на стуле рядом с больничной койкой и спал, утыкаясь головой мне в бок. За окном было еще светло. Интересно, сколько я тут лежу? Судя по тому, что тело не так сильно затекло и быстро отходит от боли из сна, не так уж и долго. Я боялась пошевелиться, не хотела, чтобы парень проснулся из-за меня. Он и так редко отдыхает. Пусть хотя бы сейчас вздремнет. Он так похож на ангела, когда спит, появляются какие-то мальчишеские черты, нет прежней суровости и строгости.
Мой телефон лежал на тумбочке, рядом с кроватью, и он зазвонил, разрушив такой удивительный момент. Мстислав резко открыл глаза, а я, тяжело вздохнув, ответила:
— Алло.
— Добрый день. Я случайно нашел твою визитку. Мы виделись сегодня, прекрасная девушка в джинсовом сарафане, — услышала я хрипловатый голос в трубке, от которого меня невольно перекосило, а боль в висках вновь усилилась.
— Ой, здравствуйте, простите еще раз, — застенчиво пролепетала я.
— Ничего, я рад, что имел возможность тебя лицезреть. Но я хотел бы предложить работу и узнать тебя получше, малышка.
— Я…я… — продолжала я свою игру, внимательно глядя в золотистые глаза своего соседа, который строго наблюдал за мной.
— Мы могли бы обсудить это за ланчем. Как смотришь?
— Завтра? — с надеждой спросила я.
— Да. Как тебя зовут?
— Мария, — я хотела пожать плечами, но почувствовала, что мышцы налиты ужасной тяжестью, а имя назвала первое, которое пришло мне на ум.
— Машенька, давай встретимся завтра в семь часов вечера, на том же месте, где мы познакомились с тобой сегодня? И малышка, одень нечто более подчеркивающее твою прекрасную фигурку.