Нереальная Реальность (СИ)
— Прости, — снова произнесла она, подойдя ближе. — Это…в качестве извинения, — девушка привстала на цыпочки, чмокнула его в щеку и быстро удалилась. Он еще долго стоял, наслаждаясь прошедшим моментом и удивляясь, что бойкая и одновременно с этим робкая девушка только что поцеловала его.
Демон не мог не признать, что она была чертовски человечна, возможно даже больше, чем многие из тех, кого он знал.
— Знаешь, глядя на тебя, я почему-то уже не первый раз думаю, что ты похожа на Уроборос. Ты себя тоже постоянно разрушаешь, постоянно заглатывая саму себя. Даже вот ситуация с твоим Костиком.
— Извини, — Евангелина потупилась и ее внутренние змеи вновь ожили, потихоньку обгладывая косточки.
— Опять извини… Ева, да не за что тебе передо мной извиняться… Это я свой нос вечно сую куда не надо, так что это ты прости меня, за то, что заставил вспоминать то, от чего тебе больно… Кстати о «больно». Может поговорить об этом парне?
— Мне не больно, все в порядке.
— Не стоит врать, я вижу, как ты себя гложешь изнутри, — он пожал плечами. — На самом деле я хотел сказать, что от него велика опасность. Он продал свою душу Дьяволу, так что он один из нас, демонов. Чтобы его не бросили на все круги Ада, он должен будет уничтожить какие-то конкретные души. Готов поспорить на что угодно, но ты в этом списке точно должна быть.
Они пришли домой. Устроившись на диване в гостиной, Вольдемар долго рассказывал о сущности демонов, а Ева, поглаживая вытянутую морду саламандры, внимательно слушала иногда задавая уточняющие вопросы.
— Итак, поправь меня, если я не права. Вы просто-напросто боретесь за души людей, подкидывая им те или иные качества в душу. А ангелы подкидывают испытания, дабы раскрылись самые светлые стороны нашей человеческой натуры?!
— Да, так и есть. У каждого из Высших демонов есть подручный зверек, помощник. Как правило многие берут адских псов, наводящих ужас и как правило, первое качество, выходящее на поверхность, становится трусость. Моя саламандра же изначально вселяет небывалый ужас, обнажая разом все низкие качества жертвы. Причем Грех уникальна в свое роде — самая крупная саламандра из всех существующих на земле и под ней. Хотя и ей не чужды доброта и верность.
— Ты говорил, что есть способ стать другим?! — Ева вглядывалась в лучащиеся признанием глаза Греха и удивлялась, как могла поначалу бояться этого милого зверька.
— По идее да. Каждый из демонов может стать ангелом и вернуться на небо, к Господу Богу. У каждого из нас есть подсказки. Моя подсказка — татуировка.
— Саламандра!? Может поэтому ты выбрал Греха, а не собаку? — Евангелина улыбнулась и Вольдемар удивился красоте девушки. Она не была шаблонной. Ее внешность нельзя было сравнивать с моделями с обложек журналов. Она была другая, но красивая и очень добрая. Несмотря на все жизненные неприятности, Ева никогда не сдавалась и не опускала руки, настойчиво идя вперед и даже ее внутренние демоны были вынуждены отступать при такой упертости. И становилось понятным, почему Грех признала Еву — да, саламандра могла внушить страхи, поселить ужас в ее душе, но девушка все равно бы не отступила и смогла бы подавить это состояние, пусть не сразу и возможно не до конца, но тем не менее не поддалась бы своей слабости.
— Возможно, — он тоже позволил себе легкую улыбку. — Хотя за исключением Высшей силы, мы все-таки боимся еще одного персонажа, который просто сам по себе совершенно непредсказуем.
— Кого же?
— Смерть.
— Смерть? В черном балахоне и с косой? — она удивленно округлила глаза.
— Не совсем, — Дарк рассмеялся. Его всегда веселило как смертные представляют ее…хотя теперь многие восхищались не кем иным, а именно…
— Смерть…Марены встречаются очень редко, но они опасны. В отличии от всех остальных они могут не подчиняться правилам, не живут кланами, нет никакого ограничения. Только жизненные принципы и не более того. Сейчас во всем мире есть всего две Смерти. Все они являются далекими родственниками, поскольку предок один.
— Они могут убивать кого угодно?
— Да, их никто не остановит в этом. Но насколько мы, демоны, знаем, сейчас две очень интересные Марены. Они значительно сильнее своих предшественниц. Поговаривают, что на это все повлияли какие-то личные мотивы.
— Они могут вас убить?
— Они могут убить любого, кого пожелают. Их сила потрясает. Я столкнулся с ними в бою всего один раз. Нас было много, очень много. И всего одна Марена покалечила всех демонов. Она не убила, но ясно дала понять, что в следующий раз в легкую уничтожит нас всех.
— Неужели ее никто не хотел уничтожить?!
— Пытались, но это всегда заканчивалось катастрофой. Любой ураган, потоп, землетрясение…как правило это не явление природы. Просто одна из Смертей выражают свой гнев. Хотя не всегда такие катаклизмы дело рук только Марены.
— Ты хочешь сказать, что мир напичкан различными персонажами?!
— Естественно. Откуда по-твоему все эти байки, легенды, мифология? Все появилось в этом мире не просто так. Одна из самых аномальных зон находится ни где-нибудь, а в Архангельской области. Там есть у меня знакомая, Вытьянка. Она дружит с НЛО, — демон усмехнулся. — Иначе говоря, она подтвердила, что внеземные цивилизации существуют. Да только кого это сейчас волнует?!?
— Понятно, — девушка задумалась, грустно глядя на саламандру.
— Теперь ты стала частью моего мира и тебя это не отпустит.
— Да я и не хочу, — эхом отозвалась она и пояснила. — Интересно знать, что тебя окружает нечто большее, чем просто…люди.
— Я тебя понял…Человечность нынче ни котируется? — кивнул он. — В любом случае, только от самого человека зависит будет ли демон внутри тебя развиваться или нет. Кстати, покажи, что у тебя с рукой.
Евангелина нехотя неспешно смотала бинт. Зажмурившись, она протянула имя и Вольдемар ахнул. Надписей было много. Они были словно вырезаны ножом по нежной коже. На руке от запястья до локтя было высечены друг за другом следующие слова: «Зависть», «Лень», «Обжорство», «Гнев», «Гордыня», «Похоть» и «Жадность».
Это зрелище вызвало у него ужас. Парень заключил девушку в свои объятия. Она дрожала. В мыслях присутствовал страх.
— Тише, тише, — Вольдемар ласково поцеловал ее в ключицу.
— Я страшная?!
— Нет, — он рывком повернул ее лицом к себе, рукой погладив по голове, заставляя смотреть в глаза. — Мне нравятся твои недостатки. Я ими дышу.
— Насчет саламандры…твоя татуировка ведь дает какие-то знаки тебе, — Ева задумчиво посмотрела в сторону, продолжая поглаживать Греха. — Мне кажется, что тебе нужно найти то, что означает твоя татуировка. Ты говорил, что она горела, когда я попыталась спасти человека.
— Да, — демон удивленно взглянул на девушку. — Доля правды в этом есть. Извини, мне нужно побыть одному.
Он вскочил с дивана и стремительно вышел из комнаты, провожаемый любопытным взглядом Евангелины.
Глава 56
Диментьев с восхищением рассматривал Вилену. Ее скромность ему нравилась все больше и больше. В отличии от Евангелины, Вилена была очень тихой, нерешительной, но более открытой внешнему миру. Дмитрий мог найти тысяч различий между этими девушками. Так уж получалось, что не везло ему в любви, как и многим современным людям. Все чаще встречались легкодоступные и глупые девушки, в душе которых не было ничего, кроме мрака. Евангелина была первой кто разрушил этот стереотип. Они познакомились на «Нашествии» и почти сразу нашли общий язык. Многие говорят, что дружба между мужчиной и женщиной невозможно, но это не так. Ни Ева, ни Дима не питали иллюзий насчет друг друга — они знали, что не уживутся. И тем не менее они были хорошими друзьями, которые поддерживали друг друга и помогали, но бросая в трудные минуты. Диментьеву частенько не нравилась упертость Евы. И вообще, на его взгляд, она не была женственной. Напротив, через чур сильной, несгибаемой, самодостаточной и…глубоко несчастной. Никто, кроме него, не знал ее боли. Она не была его идеалом — ну не нравились никогда бойкие девчонки. И вот Вилена. Она была полной противоположностью — скромная, утонченная… Но в тоже время, девушка весьма стойко смогла пережить все неприятности, которые встретились на ее жизненном пути. Пожалуй, если бы Вольдемар встретил сначала Вилену, а потом Еву, то первая была бы уже мертва. Все-таки Евангелина оказалась слишком сильной, не позволив собственному демону сломать ее.