Отдел непримиримых врагов (СИ)

Её брат что-то зло прошипел на флемоанском.
— Да, конечно, нам тоже не нужны проблемы.
— В таком случае, доброй ночи, Рикард, — кокетливо улыбнулась вампирша и зашагала к выходу, покачивая тощеватыми, на его вкус, бёдрами. И ей бы мяском обрасти не помешало.
Вправлять мозги сестре — труд тяжёлый и неблагодарный. В процессе устаёшь как собака, а на следующей день всё равно можешь застать её с радостью несущейся на любимые грабли. Поэтому ограничившись короткой, но богатой на эпитеты речью, он повёл её ужинать в закусочную, что приглядел по дороге на работу.
Запахи с кухни доносились не самые аппетитные: масло во фритюре очевидно уже давно прогоркло, от куска мяса исходил несвежий душок, что мешался с затухшей кровью разделочной доски, ещё и где-то со складов тонко тянуло крысиным ядом.
Человеческая официантка усадила их за центральный столик. Но стоило ей понять, что заглянувшие в полупустую кофейню гости — оборотни, как приветливая улыбка померкла на её кругленьком личике. И, угрюмо бросив, что пойдет узнать, есть ли что свежее на кухне, она оставила их разглядывать бесполезное меню.
— Уже скучаю по маминой стряпне, — вздохнул Рик и отложил на край стола картонку с наименованиями незнакомых блюд. — Завтра с утра прогуляемся до рынка. Нужно будет забить холодильник свежими продуктами.
— Думаешь в той хате, что нам выделили есть холодильник?
— А смысл от хаты без холодильника?
Вел на минуту зависла, обдумывая его слова, и одобрительно кивнула:
— Дело говоришь.
Отужинав не слишком сытной яичницей в прикуску с ещё менее сытной травой, по досадной случайности названой: «салатом», они полуголодные двинулись на поиски торгового центра. Ближайший нашли в двух кварталах от общежития. Там никуда не спеша, закупились вещами первой необходимости: зубными щётками, туалетной бумагой и полуфабрикатами, после чего отправились знакомиться со своим новым домом на ближайшее полугодие. Конечно, если их раньше не выгонят с работы.
Кирпичное шестиэтажное здание общежития сильно выделялось среди однообразных прямоугольных коробок. В первую очередь необычной формой в виде утюга с мягко закруглёнными углами. Первый этаж экзотического строения утопал в магазинах и закусочных, витрины которых почему-то были оформлены в едином стиле: в красных тонах с вкраплениями золотистого. Вероятно, условия аренды у государственных объектов Уларка отличались от тех, что были распространены в столице Волчьего королевства. У них каждый извращался как мог, в попытке заманить к себе побольше посетителей: одни обвешивались яркими неоновыми вывесками, другие строили мудрёные конструкции, что могли посоревноваться с ассортиментом художественных выставок. Здесь же ощущалось сила общего строя, где всё равнялось под одну гребёнку. Никакой тебе индивидуальности.
Центральный вход, ведущий непосредственно в апартаменты работников правовой службы, они нашли у самого острого угла здания. Его ширины хватало ровно на то, чтобы вместить двустворчатые массивные двери. И они так удачно преткнулись на этом угле, точно именно для них и возводилось остальная часть здания.
— Шатаются круглыми сутками: туды-сюды, туды-сюды… тоже мне, работнички, — ворчала милая бабуська-комендантша, громко топая по лестнице пушистыми тапочками. Что ежу на ноги не надень, шагать как слон будет в любом случае. — Вы, что ль, с Ираша припёрлись?
— С него самого, — весело подтвердил Рик, неся на плече дорожный чемодан. — Волчье племя.
Резко остановившись, она повернулась, чтобы посмотреть на него сурово прищуренными глазами из-за толстых линз очков. Маленькая, с облаком из стоящих торчком седых волос на голове, точно божий одуванчик.
— А то я не чую!.. Ты мне уже не нравишься, — хмуро крякнула она и снова зашагала вверх.
— Зря вы так, госпожа Херисон, я парень хоть куда! И сестричка у меня душевная. Всегда поможем, в беде не бросим.
— Рикки не правда говоритъ! Я очень в беде бросим вампир один!
— Ох, предчувствие у меня скверное. К беде припёрлись, к беде… старший дурачком прикидывается, младшая — дурочка натуральная. Давно тут никого из волчьего племени не было, и как славно жили. Испортят мне всю дисциплину, поганцы…
 
— Вы такая милая, когда ворчите, так бы и затискал! — поддел старушку Рик и расхохотался, увидев с каким ошарашенным выражением лица она оглянулась на него.
— Да ты ещё более дурковатый, чем я подумала! — искренне возмутилась она и окончательно сорвалась на писк, когда он невесомо приобнял её за талию, прижавшись щекой к колючей макушке: — А ну руки убрал! Ты! Что ты себе позволяешь!
Он отступил, остановившись напротив первой двери в длинном безоконном коридоре.
Госпожу Херисон потряхивало от пережитых эмоций. Она нервно сунула Вел два ключа с коротким комментарием куда им идти и чересчур шустро для своего возраста рванула обратно к лестнице.
— Я приличная ёжиха, а он!.. Волчара окаянный! Правильно про них говорят, им и повода особого не нужно… Вот же удумал, стервец малолетний!.. — смущённый бубнеж с каждым лестничным пролётом становился всё слабее, пока окончательно не стих за захлопнувшейся дверью.
— И нафига? — сестра протянула ему один из ключей.
— Чтобы запомнила и выделила, — поделился простой истинной Рик и зашагал по коридору, ища глазами дверь под номером: сорок семь. — Мотай на ус, балбеска. С такими важными людьми, как комендантша, нужно быть в хороших отношениях, чтобы твоя жизнь здесь сложилась удачно.
Марсель
Красивый ещё недавно прямой нос распух до чудовищных размеров и теперь заметно косил влево. Мало было одарить его этой несуразной картошкой по центру лица, на следующий день ещё и лиловые гематомы пролились глубокими озёрами под глазами.
— Чёртова псина, — Марсель набрал полные ладони ледяной воды и плеснул себе в лицо, но клокочущая в груди ненависть и не думала униматься. — Блохастая дрянь…
Ему впервые сломали нос почти за сто лет жизни. До сегодняшнего дня он даже и не догадывался, насколько болезненным может быть процесс заживления каких-то жалких хрящей. Вампиры редко сталкивались с травмами подобного характера. Они же не дикари, чтобы опускаться до примитивного махания кулаками. Применение физической силы в любой непонятной ситуации — удел тупого зверья, не способного на нормальную речь существа, обременённого интеллектом.
Снова посмотрев на своё отражение в зеркале, Марсель скривился от отвращения. Такой рожей исключительно детишек пугать, но никак не выходить в люди. И что самое неприятное, он в лучшем случае ещё три дня будет выглядеть хуже огородного пугала. Пусть у вампиров и была регенерация быстрее, чем у людей, однако со зверьём им не стоило и тягаться. У тех всё заживало практически на глазах. Новые конечности отрастали за сутки. А такую мелочь, как перелом носа, они и не заметили бы. Вернее, нос бы сросся быстрее, чем они успели обнаружить маленькую неприятность. Притом сросся бы без всяких смещений. Встал бы обратно, будто и не было никакого удара, смявшего его как гармошку.
В дверь застучали острые костяшки, и Донна поторопила его:
— Нам пора выходить, а ты ещё не ел.
— Аппетита нет.
Она стояла возле проёма с полным бокалом крови, и взгляд её красноречиво говорил, что пока он не поест, они никуда не пойдут. Логика проста: сытый вампир — добрый вампир. Ей двигала вовсе не забота, а бальное желание перестраховаться и свести на минимум вероятность повторения вчерашней стычки. И то, что она обращалась с ним как с глупым мальчишкой, не способным самостоятельно сделать выводы, его тоже бесило. Хотелось ей назло влезть в ещё одну драку с рыжей шавкой, чтобы у неё не осталось и шанса наладить отношения с ходячим источником тестостерона.
То, что сестра положила глаз на Рикарда, Марсель заметил сразу. Её изучающие взгляды останавливались на рыжем псе намного чаще и неприлично надолго. Вот только он всё никак в толк взять не мог, на кой чёрт эта безмозглая махина ей вообще сдалась? Что в нём такого увлекательного?