Отдел непримиримых врагов (СИ)

Вел всегда относилась к категории сильно увлекающихся натур. Раньше её было не оторвать от турника: при любой возможности начинала отжиматься, приседать, бегать на месте, отрабатывать взмахи ноги, — с одержимостью физкультурного шизика. А теперь аналогичная картина творилась с саларунским. Как не посмотришь вечером, чем она занимается: либо учебное пособие штудирует, либо обучающие ролики смотрит в интернете, либо в приложении на телефоне что-то тыкает. Одним словом — маньячка.
— Что случилось? Кошку попросили снять с дерева? — усмехнулся Рик.
— А чё, и такое могут попросить? — ужаснулась Вел, неосознанно перейдя на ирашский. — Вот только сраных кошек мне для полного счастья не хватало!
— Крепись, сестрёнка. Пока не перестанешь мутузить своего же напарника, нормальной работы тебе не видать. Тут надо выбирать что-то одно.
— Бесит! — рыкнула она и затопала к своему столу.
Дверь снова приоткрылась и к ним присоединился недавно упомянутый. Он шёл с маленьким стаканчиком кофе из автомата в коридоре. На скуле почти затянулись две небольшие царапины, что обещали оставить после себя симпатичные шрамы, хорошо сочетающееся с его вечно недовольной рожей. Гематомы уже приобрели желтоватый цвет и собирались в ближайшие пару дней отчалить с лица. А вот перебинтованная рука, покоящаяся в бандаже на груди, ещё минимум неделю будет восстанавливаться.
К удивлению Рика, у вампиров дела с регенерацией обстояли неважно — намного хуже, чем у оборотней. Им даже кровь не помогала быстрее залечивать свои раны. А кровь, к слову, Марсель попивал натуральную, человеческую. Из маленьких и дико дорогих колб с двухчасовым сроком годности, продающихся в аптеке. И хоть на его повреждениях приём той не сильно отразился, зато окончательно пропал акцент из речи — любопытное открытие.
— Приятель, у тебя всё нормально? — добродушно окликнул его Рик. — Помощь никакая не нужна?
— Отвали, — Марсель посмотрел на него, как на заблёванный мусорный бак.
— Поразительно, как она его ещё не прибила… — прокомментировал он, провожая взглядом сутулую фигуру.
— Пыталась, но её остановили, — равнодушно напомнила Белладонна, скрепляя документы сшивателем. — Думаю, она ещё не раз попробует снова.
Часа через три из прозекторской выглянула Дарси и огласила о завершении вскрытия. Неосмотрительно пригласила пройти и послушать о результатах осмотра, на что они всем отделом рванули в прохладное помещение, освещаемое двумя лампами: яркой и холодной над столом для вскрытия трупов, и теплой желтой у письменного стола при входе.
— Я узнала о твоей проблеме, поэтому кое-что нашла, что тебе поможет, — придержав за плечо, она заставила остановиться Рика у двери снаружи. Привстала на носочки и потянулась к его лицу руками, в которых он увидел полноценный респиратор с двумя большими фильтрами. Но из-за разницы в росте Дарси предсказуемо не смогла осуществить задуманное. Кокетливо улыбнулась и таким пошловато-игривым тоном, будто просила снять штаны вместе с трусами, произнесла: — Ты такой высокий… я не могу дотянуться. Можешь наклониться ко мне поближе?
Он ничему толком не успел изумиться: ни тому, как бойко распространяются в отделе слухи, ни тому, как к нему откровенно подкатывала симпатичная, фигуристая женщина. И всё потому что вмешалась Белладонна, грубо вырвав из её рук респиратор.
— Позвольте, — она вонзила в Дарси надменный взгляд, полный превосходства. — Я повыше вас буду и помогу моему напарнику.
Подступив вплотную, Белладонна дёрнула холодными тонкими пальчиками его за подбородок, заставляя опустить лицо. У них разница в росте тоже была ощутима, но не настолько выражена, как с женщинами ниже метра семидесяти. С туфлями же на десяти сантиметровом каблуке напарница тянула на все сто восемьдесят пять: эдакая болезненно худая лань с ногами от ушей. У многих травоядных оборотней барышни со схожими хрупкими телосложениями пользовались нешуточным спросом. А Рику их даже как-то трогать лишний раз не хотелось, от греха подальше — вдруг сломаются.
 
— Ты уже и маски разучился сам надевать? — тихо и зло спросила она, аккуратно заправляя лямки респиратора ему за уши. Сдержалась, даже не поцарапала, хотя выразительные тёмно-алые глаза, подчёркнутые агрессивным макияжем с длинными изогнутыми стрелками, так и горели желанием пустить кровь. А аппетитные красные губы слегка приоткрылись, демонстрируя выпущенные клыки.
Ещё чуть-чуть и он бы поверил в её ревность. До чего же хорошо играет, чертовка.
— На таком расстоянии ты даже красивее, чем обычно, — понизив голос, азартным полушёпотом подметил Рик и положил ладони на тонкую талию. Чрезвычайно тонкую, казалось, он мог обхватить ту пальцами. Инстинктивно отметил, как расширились у неё зрачки и участилось дыхание, и отодвинул, чтобы повернуться к оттеснённой в сторону Дарси. — Я попозже к тебе загляну, чтобы выразить свою благодарность.
Она сверкнула ликующей улыбкой и, кинув что-то про любовь к сладким винам, первой зашла в прозекторскую, где её поджидал весь их дружный коллектив. А Рик вместе с оскорблённой Белладонной, поджимающий свои багряные губки, последовал за ней.
Если честно, то Дарси не соответствовала его придирчивым вкусам. Нет, она, конечно, симпатичная особа с приятными пропорциями: грудь не меньше второго размера и бёдра сочные. Недостатки внешности почти не бросались в глаза. По крайней мере чуть крупноватый нос и раскосые, широко посаженные глаза с нависшими веками не портили её до той степени, когда уже не встанет. На остальное плевать. По факту, инициативность и язык тела — первое, что его привлекло и зацепило в ней.
А её тело и запах, пусть и человеческий, говорили о сильном возбуждении. Дарси хотела секса, а не долгих расшаркиваний с невинными поцелуями по кладовым — это единственное, что сейчас взволновало Рика после трёх недель на голодном пайке. Он уже почти дошёл до той стадии, когда был готов идти искать внимания у жриц любви, а тут так удачно совпало.
— Не поняла, — Дарси окинула озадаченным взглядом толпу у стола для вскрытий. — Дело вроде ведут ястребы, что тут кобры забыли?
— Нельзя? — жалобно прогундосила из-за зажатого носа Вел. — Пожалуйста, я быть тихо.
— Пусть послушают, раз хотят, — позволил капитан.
Она неторопливо натянула на руки новые латексные перчатки и встала у головы парня — предположительно восемнадцатилетнего Айра Хоски. С его родными уже связались. И теперь ждали их прибытия в районе часа для подтверждения личности убитого и первичной дачи показаний.
— Раны на горле оставил выдрессированный волк, — начала Дарси с самого важного. Аккуратно отодвинула кончиком скальпеля бахрому из остатков кожи и показала им развороченные мышцы шеи. — Когда волк или собака вцепляются в плоть, то после их укусов остаются характерные повреждения тканей от дёрганых движений. Захватывать челюстями жертву и агрессивно мотать головой, пока она не умрёт — врождённый поведенческий инстинкт у всех псовых. Можно предположить, что некий коварный оборотень решил скопировать хват и движения дикого животного. Но тогда мы можем сделать вывод, исходя из размеров его челюсти, что этот оборотень: либо очень юный, либо недоразвитый.
— Я ничего не пропустила?! — в прозекторскую вбежала Лиора Фидж, поправляя на ходу лабораторный халат.
— Нет, мы только начали, — машинально откликнулась она и продолжила им объяснять: — Однако оба варианта нет смысла рассматривать, потому как юный или недоразвитый оборотень является омегами, которые имеет лишь начальную форму оборота. А как нам известно, начальная не затрагивает костных изменений, в том числе в челюстно-лицевой области. Полузвериная форма доступна только гаммам, бетам и альфам, а те априори не могут быть щенками или инвалидами. Отсюда мы можем сделать уже однозначный вывод, что это была неловкая попытка сымитировать нападение оборотня при помощи домашнего волка. Притом укус осуществлялся посмертно.
— Другими словами, мы имеем дело с человеком низкой эрудиции. Вероятнее всего, из неблагоприятной среды, — хмуро прокомментировал капитан. — Причина смерти?