Игрушка по неволе 1 (СИ)

— Но я ещё невинна! Я никогда не была с мужчиной! — кричу из последних сил, надеясь, что хотя бы это остановит неизбежное.
— Не была с мужчиной? Тем лучше для тебя. Богатеи любят чистеньких девочек, — усмехается Давид, погладив меня по голове отеческим жестом. — Если ты ему понравишься, он сделает тебя постоянной любовницей. Ни в чём не будешь нуждаться и вытащишь из долговой ямы семью. Но если ты откажешься, ты наживёшь всем дополнительных проблем.
Я пячусь к двери, а в последний момент бегу со всех ног…
  
Глава 4
 
Я пячусь к двери, а в последний момент бегу со всех ног. Дверь распахивается, я выскакиваю в коридор, но попадаю лишь в руки массивному охраннику — Глебу.
— Глеб! — Давид устало растирает виски, будто у него началась сильнейшая мигрень. — Отведи Анжелу к Тамаре. Пусть переоденет, подкрасит. Словом, она должна сделать из Анжелы привлекательную девушку! Потом отведёшь Анжелу к Анварову.
— Есть.
Глеб крепко обхватывает меня за локоть на виду у Давида, но как только дверь захлопывается, Глеб ослабляет хватку и осторожно растирает кожу на моём локте.
— Пошли, — вздыхает он.
Охранник молча вышагивает рядом. Он изредка смотрит в мою сторону, вздыхая. Я знаю, что нравлюсь ему. Но он замкнутый и молчаливый, к тому же отношения между работниками клуба запрещены, а в другое время меня стережёт отец, контролирует каждый мой шаг.
Папа всегда был строг ко мне. Однако в последнее время стал ещё более требовательным и злым.
Открывшаяся тайна прошлого испортила наши отношения, сделав их холодными.
Сейчас я для отца — просто помеха. Хорошо, хоть зарабатываю и не сижу на его шее, иначе бы дела шли совсем плохо.
— Давид сказал, чтобы я отвёл тебя к Тамаре. А потом к этому…
Глеб глотает часть слов. Он проговаривает их не полностью. Остальные глушат громкие басы музыки, бьющие по барабанным перепонкам. Мне приходится прислушиваться к словам мужчины.
— К богатею, — ядовито выплёвывает он.
— Глеб, ты его знаешь? Часто он здесь бывает?
— Один из постоянных посетителей. Ты работаешь здесь недавно. Как раз в это время он не появлялся. Но сейчас снова пришёл! Чтоб его… — злится парень.
— Какой он?
В голове крутится множество вопросов. Но я могу ухватиться лишь за некоторые из них. Только для того, чтобы не упасть в обморок от страха. Как я смогу быть с незнакомым мужчиной? Даже подумать страшно о том, чтобы шагнуть ему навстречу и позволить близость.
— Спрашиваешь, злобный он или нет? — хмурится Глеб, осматривая меня серо-зелёным, задумчивым взглядом. — Он ничего лишнего себе не позволял никогда. Никто не жаловался. Девочек тоже не заказывал. Просто отдыхает, расслабляется. Но сегодня, — Глеб снова тяжело вздыхает. — Не знаю, что на него нашло. Магнитная буря или вспышка на солнце. Он, как одержимый, на тебя смотрел!
Гримёрка приближается с каждой секундой. Поневоле я замедляю шаги, даже не отдавая себе в этом отчёт. Я не хочу быть жертвенной овцой! Не хочу!
— Не хочу идти туда, — говорю со всхлипом.
— Я тоже не хочу тебя туда вести, — эхом отзывается Глеб. Потом внезапно кладёт руку мне на плечо, говоря громко. — Чуть раньше ты об этом не подумала?
С удивлением смотрю на лицо Глеба. О чём он говорит? Что он такое решил затеять?!
— Глеб! — шиплю я.
Парень не реагирует, но тащит меня за собой, резко раскрывает дверь комнаты Тамары.
— Есть работа, Тамара. Давид приказал тебе поярче эту девушку накрасить! — показывает меня Тамаре.
— Ну, пусть заходит! — безразлично машет рукой темноволосая девушка.
— Сейчас она быстро в туалет сгоняет. Две минуты! — грозно говорит Глеб и толкает меня рукой в коридор, успев шепнуть. — Ты сама сбежала. Я ничего не видел. Давай!
Я отступаю по шагу к двери, пятясь. Делаю несмелые шаги, но потом ускоряю ход с каждой секундой.
Давид отдал приказ проследить за мной только Глебу. Значит, остальные охранники не в курсе происходящего. Я спотыкаюсь, потом разворачиваюсь и на самом деле принимаюсь бежать. Торопливо заскакиваю в служебное помещение и бросаю униформу. Трясущимися руками натягиваю джинсы бойфренд, толстовку и безразмерный бомбер. Набрасываю капюшон, пряча под ним волосы. Выскакиваю из клуба, не попрощавшись ни с кем. Ситуация такова, что я в этом клубе мне больше нельзя появляться.
Я боюсь того, что Давид обнаружил мою пропажу и отправил за мной погоню. Мне даже кажется, что я слышу выстрелы позади себя. Но потом понимаю, что это грохочет моё перепуганное сердце, готовое разорваться на кусочки в любой миг. Вскочив на свой маневренный скутер, я мгновенно теряюсь на многолюдных улицах, умудряясь проехать там, где неповоротливые машины толкутся в очереди.
На какой-то миг возникает иллюзия свободы и права выбора. Я могу уехать. Куда захочу. Нужно только набраться смелости и шагнуть прочь. Другие мечтают выбраться из зоны комфорта, а я отдала бы всё за то, чтобы выйти из зоны несвободы и рабства.
Приближается очередной поворот. Налево или направо? Соблазн очень силён, и я едва не отклоняюсь налево, но в последний момент выруливаю направо — в правильном направлении. Поворот получается крутой и резкий, мне пришлось чиркнуть пяткой по боку машины, чтобы удержать скутер и не разбиться.
Дом, ставший для меня тюрьмой после смерти матери, становится всё ближе и ближе с каждой секундой.
Внезапно я понимаю, что отец вряд ли обрадуется моему появлению. Он начнёт задавать вопросы — почему я так рано появилась дома, неужели смена закончилась? Может быть, притвориться больной?
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Меня трясёт от страха, я могу выдать это за лихорадку от температуры. Но отец обязательно проверит мои слова, вызовет врача! Тогда ложь вскроется, выползет наружу во всей неприглядной красе…
Что же делать?! Куда идти?!
  
Глава 5
 
Мне приходится свернуть в небольшой переулок и притормозить. Торопливо вытаскиваю старенький смартфон из кармана. У него уже треснул экран с одной стороны, и заряд батареи держится всего полдня. Я набираю номер подруги-однокурсницы, моля бога, чтобы Ира ответила мне.
— Алло? — слышится в телефоне заспанный голос Иры.
— Ир, ты дома? У себя? — спрашиваю с надеждой, как будто хватаюсь за последнюю соломинку.
— Конечно, у себя. А в чём дело?
— Можно я у тебя переночую? У меня неприятности… Домой не могу сейчас пойти.
— Ну, приезжай. Мама сегодня в ночную смену работает, значит, ворчать не будет. Главное, чтобы ты успела уйти до её возвращения утром. Ну и не попасться на глаза Грымзе, — ворчит подруга.
Она имеет в виду любопытную старуху-соседку. Вредная старуха прислушивается ко всему, что происходит на лестничной площадке. Она не пропускает почти ничего, а потом обо всём докладывает, преувеличивая факт и перевирая их до неузнаваемости. Неприятная особа, живущая в полном одиночестве.
Приходится потратить около часа, чтобы добраться до многоквартирного дома, где живёт подруга. Платная стоянка оказывается забитой под завязку. На свой страх и риск я оставляю скутер рядом со стоянкой и звоню подруге, чтобы она приготовилась меня встречать. Кажется, за то время, что я ехала к ней, Ира снова успела задремать. Её голос полон сна, подруга зевает, но не отказывается приютить меня у себя.
Я осторожно поднимаюсь на нужный этаж. Ира ждёт меня у двери, держа её приоткрытой. Словно тень, я быстро протискиваюсь в квартиру и крепко-крепко обнимаю подругу, всхлипнув от переизбытка эмоций. Ира обнимает меня за плечи в ответ.
— Что случилось, Анжела?
— За две минуты не рассказать! Может, поговорим утром? Твоя сестрёнка уже спит, да?
— Спит, конечно!