Ночь с тобой. Неугасшие чувства

– Капучино. Этого достаточно.
Тео лишь тяжко вздыхает. Внимательно просматривает перечень предлагаемых блюд.
Через пять минут подходит официантка.
– Два капучино, одно фисташковое пирожное с малиной – если можно, шоколадом не поливать. Теплый салат с говядиной и кольца кальмара в кляре.
Последнее – мощный удар моей выдержке. Я готова облизать губы. Во-первых, голодная. Во-вторых… Кольца кальмара. В кляре! Мое любимое!
  
Тео изверг!
Когда приносят заказ, я приближаю к себе чашку кофе.
«Изверг» упрямо двигает ко мне тарелки с пирожным и кальмарами.
– Это тебе.
– Это лишнее, – делаю первый глоток.
Вот тебе и маленькая уловка. Кто еще кого перехитрил!
Тео принимается за салат, так аппетитно ест. Вкусно ему, наверное. Но я упрямо пью кофе. Больше ни к чему притрагиваться не собираюсь. Сказала же, что в ресторан мы не поедем! Но этот упрямец, естественно, все сделал по-своему.
– Ты так и не ответила, кстати, уже второй раз. У тебя сейчас есть кто-то?
– Это на нас с тобой никак не повлияет. Зачем ты интересуешься?
– А у меня нет, – выдает он, оглушая. – Мы можем просто иногда общаться. Видеться. Ездить куда-то на выходные. Ну… как друзья, – предлагает и, склоняя голову набок, невинно на меня смотрит.
– Ты меня недавно на столе соблазнил, – дергаю бровью и испытующе смотрю на бывшего.
– И в машине, – довольно напоминает он. – Почти.
– И в машине, – соглашаюсь вынужденно. – И после этого предлагаешь дружить?
– Предлагаю.
Ухмылку на довольной морде сытого котяры хочется слегка подправить.
– Звучит как шутка.
– Зря ты так. Следующие выходные я закрепляю за собой. Не планируй ничего, пожалуйста.
– Я занята.
– А я предупредил, – весело сообщает он.
Нет. Хочется не улыбку подправить, а врезать ему хорошенько!
– Ты наелся?
– Неа. О-очень голодный, – прожигает меня темным взглядом.
– Ты на меня так смотришь… вкупе с твоим замечанием о машине теперь кажется правильным ехать домой на такси.
– Ну козла-то из меня законченного не делай. Я сказал без рук – значит, без рук. Попробуй.
И придвигает ко мне колечки кальмара еще ближе. Смотрит так… радостно как-то. Трогательно и умилительно.
– Я не хочу, спасибо.
– Разлюбила?
– Просто не голодна.
– Меня тоже разлюбила?
– Тео. Ни о каких чувствах речи нет вообще.
– Ну сейчас же разговариваем.
– Я домой хочу.
– Ты хотела кофе. Одно твое слово, и пожалуйста!
– Я не собиралась идти с тобой ресторан.
– Мы можем, разумеется, и по тачкам продолжать прятаться, но зачем?
– Что мне сделать, чтобы ты не приезжал ко мне и не звонил?
– Ничего. Все равно буду.
– Тео!
– А мне что сделать, чтобы ты перестала отталкивать?
– Может, достаточно? Давай на этом и закончим. Много лет прошло.
– Плевать.
– Чувства остыли.
– Ой, не надо.
– Это так.
– Врешь. Я приезжал к тебе. На работе выяснил, где тебя найти.
О… да. Я помню. Была уже на девятом месяце. И тут здравствуйте! Совершенно случайно узнала, что Тео ко мне едет.
Пришлось снять гостиницу. Перекантоваться там. А после я и вовсе сменила адрес. И номер телефона.
– Встреча не состоялась, как видишь.
– Потому что ты опять испугалась. А я бы тебе все объяснил. Ответил на все вопросы. Не трогал я Игоря твоего. Честно! Не знаю кто, не выяснили.
Он тогда только освободился. И да, я не хотела ни слушать, ни говорить.
– Да я тебе все равно не верю. И с тобой быть не хочу.
– Не хочешь со мной быть и разлюбила – это разные вещи.
– А если не любила никогда?
– Значит, актриса хорошая. Браво, я повелся.
– У тебя что, женщин мало? Ты не можешь другую себе найти?
– А мне объедки не нужны. Мне нужна моя львица. И львята наши. Общие.
Я отворачиваюсь. Как ему удается ударить точно в цель? Противника, врага, меня. Как?!
– Я не хочу с тобой видеться и ничего обсуждать. Оправдываться и слушать тоже. Или ты сейчас везешь меня домой, или я вызываю такси.
Он горько опускает веки и удрученно выдыхает, со стеклянным взглядом просит счет.
– Пирожное не понравилось? – расстроенно уточняет официантка.
– Девушка передумала, – невзначай роняет Тео, расплачиваясь. Поднимаясь, ловит мою ладонь и не выпускает. Переплетает наши пальцы, не позволяя одернуть руку.
Так мы идем до самой машины.
К моему дому подъезжаем в гнетущем молчании. У меня душа рвется, когда я украдкой бросаю на Тео поверженный взгляд.
– Ну что я не так сделал, что ты швырнула меня в сторону, плюнула и пошла?! Чем я тебя обидел?! – не сдерживаясь, он ревет, как медведь. Еще и рулю достается ощутимый удар. – Ты меня раздавила! Убила меня просто, Марина!
– Ну не могла я иначе! – отвечаю несдержанно и громко, неконтролируемо подаюсь к нему ближе. И сердце сжимается, и вокруг как на вулкане. – Я не хотела причинять тебе боль!
– Но причинила! Что тебе еще надо? Я в ноги тебе упасть готов, чтобы попробовать заново! Думал, все, зажило! Отболело! Но хер там! Как держала раньше, так и держишь! – выплевывает он мне в лицо.
Мне не найтись с ответом. Горько, сложно, мучительно.
– Я отошел только потому, что дал тебе возможность жить, как ты хочешь! Счастлива без меня – ну ок! Принял! Но и это все ложь, Марина!
Внутри меня что-то поддается, очень медленно, настолько медленно и неотвратимо, что в груди, там, за ребрами, маленький огонечек неуверенно разрастается, охватывая лижущими язычками пламени. От обжигающего действия сердце и ноет, и ноет, и ноет…
Я не думала, что будет так.
Я не думала, что он сорвется с цепи.
Когда возвращалась, я рассчитывала на то, что у Тео давно новая жизнь. Что он и имя мое забыл, перестав проклинать меня каждый день.
Но… я ошиблась. И череда этих ошибок привела нас к тому, что теперь мы стоим босые, а вокруг нас разруха и груды битого стекла. Сверкающие осколки уже давно изранили ступни в кровь, но мы все не сойдем с выжженной заколдованной тропы.
А самое главное – я ничего не сказала ему о Тиме. Тогда это было обоснованно, теперь же мое затянувшееся молчание превращается в преступление. Равнодушно смотреть в искаженное бешенством лицо отца моего ребенка невозможно.
Я не рассчитывала, что он мне прохода не даст. А дальше что? Не стану возвращаться на несколько шагов назад, воскрешая прошлое.
Стараюсь выдохнуть и обещаю себе… расскажу. Обязательно расскажу, но не сегодня.
– Ты вообще отвечать мне не собираешься?! – полыхает Тео.
– Я не готова воскрешать все, что было. Ну ушло время, всё изменилось. В одну реку дважды не войти, знаешь, так говорят?
– Просто встреча! Одна! Две!
Тео перебивает настойчивый вызов. Звук доносится из динамиков: видимо, телефон синхронизирован с машиной. На экране приборной доски красуется незнакомое мне имя: Нелли. И я нутром чувствую, что это не по работе, не родственница или что-то в этом роде. Женщина его. А Тео отнекивается и, как он сказал, «в ножки мне падает».
Обманщик.
Мужчина поспешно и ощутимо нервно старается сбросить вызов. Но вместо этого неловким суетливым движением включает громкую связь в машине. На весь салон раздается сдержанный, слегка недовольный женский голос.
– Тео, – уверенно начинает девушка. – Ты не объяснишь, что происходит? До тебя не дозвониться! Я настаив…
На этом моменте связь наконец прерывается, и я перевожу вопросительный взгляд на Тео. Нет, согласна, я не имею права в этой ситуации даже пикнуть по поводу другой женщины. Но разве не он божился каких-то полтора часа назад, что у него никого нет и мы можем попробовать заново?
Продолжает лить в уши, только жизнь давно научила меня их не развешивать.
  
– Если интересно, могу объяснить.
Меня встряхивает от его наступательного тона. И я язвлю в очередной раз:
– Да твое дело, господи.
– Ну и отлично, что надумывать нечего. Когда мы снова увидимся? – упорствует.