Ну, ты, Генка, и попал... Том I (СИ)
Конечно, общественное мнение пока ещё не столь лояльно к гендерному распределению занятий, как это будет через сто-двести лет. Сегодня же известна единственная искусная мастерица-создательница шляпок Роза Бертен из Парижа, которая придумывала шляпки аж для самой Марии-Антуанетты. Правда, очень скоро прославится Каролина Ребу – она сотворит роскошные варианты для императрицы Евгении, жены Наполеона III. Но мужских имён пока ещё на этом поприще не зарегистрировано.
Не думаю, что Мурат – тот самый боец, который сможет противостоять общественному мнению, по крайней мере, сейчас, когда жив его отец, к мнению которого князь прислушивается. Поэтому ему лучше выставить на подиум свои модели под псевдонимом. Выставку лучше организовать не в маленьком городе, наподобие Сызрани, а замахнуться сразу на столицу. Я это понял, лишь только просмотрел несколько его работ.
После моей поддержки Мурат воспрял духом и стал планировать свою деятельность модельера женских шляп. Я пока не спешил давать ему советы, поскольку знал о том, что в марте следующего года нынешнего царя Павла не станет. Если, конечно, в этой альтернативной истории нам не удастся как-то вмешаться и как-то изменить её ход.
В конце нашего разговора Мурат принял решение пока увеличивать свою коллекцию шляп и всё-таки рискнуть отослать несколько моделей в подарок царской семье, сделав приписку, что модели выполнены мастерицей Анастасией Милорадовой, мещанкой, взяв на себя роль мецената.
После ужина и обсуждений насущных проблем мы улеглись на боковую. Утром следующего дня в сопровождении Афанасия я отправился назад в свой Новый Тукшум.
История ведьмы Лукерьи
В конце июня нам пришло письмо из редакции журнала. Ответственным за его выпуск понравились все мои предложения, они с радостью согласились печатать главы моего романа о попаданцах и материалы, подготовленные Мариной. Фамилию её предложили не менять, так и оставили прежнюю, из прошлого-будущего. Так что статьи её появятся в скором времени под авторством Марины Плахиной.
Вместе с согласием к письму прилагалась кругленькая сумма, который мы были очень рады. Меня приглашали стать редактором журнала, но я пока отклонил это предложение, поскольку дел и в поместье было много, а работа в редакции предполагала практически безвылазное проживание в Санкт-Петербурге. Да уж, сейчас я сильно пожалел об отсутствии в этом времени интернета. С ним я мог бы руководить редакцией и на расстоянии.
Поскольку свой первый роман о попаданцах я уже закончил, то приступил к следующему. В нём по сюжету некий князь попадает в будущее. В моё будущее, откуда я был родом. Временной портал будет находиться на качелях, но срабатывать будет только тогда, когда качели сильно раскачиваются и доска принимает перпендикулярное положение относительно земли.
Князь перенесётся в будущее в тот момент, когда ему откажет любимая во взаимности - эту слезливо-душещипательную историйку я взял для затравки. А то ведь если не всунуть в начало что-нибудь сопливо-сладенькое, народ даже начинать читать не станет. Кто страдает писательским зудом, меня поймёт.
На самом же деле, этим романом я хотел утолить своё желание рассказать нынешним людям о том, что, вернее всего, возможно, с некоторыми изменениями из-за нашего вмешательства в историю, будет ждать Россию через пару веков. Начинать печатать его я планирую параллельно с первым романом в том же журнале.
... Картошка моя на клумбах зацвела пышным цветом. Труды садовника не оказались напрасными. Я предупредил сельчан и дворовых, что ягоды, которые появятся на кустах после цветения, есть нельзя ни в коем случае. Про ядовитые плоды некоторых растений они уже и сами знали. Бывали случаи отправления ягодами волчьего лыка, ландыша майского, паслёна и других растений.
Вот как раз после моей лекции на тему ядовитости ягод картофеля я и узнал о том, что в избушке, в самой гуще леса, живёт "ведьма". Как-то так разговор перекинулся, что только Лукерья из леса может отравление вылечить. Сила у неё колдовская, которой никому больше в округе не дадено.
Меня заинтересовала такая инфа. Деревенская легенда гласила о том, что колдунье более ста лет. Живёт она одна, затворницей, общается лишь с теми, кто сам решается навестить старуху. В деревне она практически не появляется. Эта её особенность породила множество слухов и легенд.
Например, большинство сельчан считало, что бессмертие своё бабка Лукерья получает из тел новорожденных младенцев. Вроде бы она помогает разрешаться от бремени бабам, зачавшим ребёнка в девках. А за свою помощь и молчание она забирает младенца себе, которого потом живьём зажаривает в печурке и съедает. Оттого и живёт она уже более ста лет, а выглядит не старше пятидесятилетней.
Ну, такие байки я слышал ещё и в своём прошлом-будущем. Они были самыми распространёнными среди младших школьников. Также деревенские подростки болтали и про то, что лесная ведьма может оборачиваться дикой свиньёй, прибегать ночью в селение и наводить порчу на неугодных ей земляков. Сельчане, заметив поутру кабаньи следы в деревне, страшно пугались, вызывали батюшку с просьбой освятить их дворы и избы, чтобы отвести беду от себя и своих близких.
А вот история о том, как злая ведьма заманивает к себе грибников и высасывает из них души, меня заинтриговала. Поговаривали, что старуха умеет перекидываться не только свиньёй, но и прекрасной девицей. Близко к грибникам и охотникам она не подходит, а держится от людей поодаль, выглядывая из-за деревьев. Заметив в лесу девицу, мужики, ясное дело, хотят подобраться к ней поближе, заводят с девушкой разговор, но та ни разу ещё никому не ответила - голоса ведьмы в молодом обличии никому не посчастливилось услышать.
Девица же настолько прекрасна, что все, кто её видит, теряют голову. Она же уходит от них вглубь леса, прячась за стволами и кустами. Преследователи помимо своей воли следуют за ней. В результате они либо оказываются в болоте, либо попадают в медвежьи ямы, устроенные другими охотниками, либо падают в глубокие овраги. Кое-кому, правда, удаётся спастись. Но возвращаются домой они... как будто бы не в себе. Начинают заговариваться, путаются мыслями, а потом и вовсе сходят с ума. Сельчане потому и решили, что происходит это из-за того, что старая ведьма высасывает из них души. Вот как!
Я был жутко заинтригован этими россказнями. Правдой в них было определённо лишь то, что какая-то женщина одиноко живёт в глуши леса, помогает больным, лечит животных. Остальное всё я посчитал вымыслом. Но всё-таки решил сам лично убедиться в этом. Поэтому-то и решил отправиться к "колдунье" в гости.
Как я и предполагал, Лукерья-ведьма оказалась обычной знахаркой. Была эта женщина ещё не старая, лет пятидесяти, хорошо разбирающаяся в лечении травами и другими растениями. Представилась она бабкой Лукерьей - нынешнее время "старило" людей быстрее, чем это было в моём прошлом-будущем, когда пятидесятилетнюю женщину язык не повернётся назвать бабушкой, а только "дамой" или вовсе "леди". Мельком лишь взглянув на меня, ведунья выдала вердикт:
- Вижу, что человек ты незлой и мысли у тебя светлые. Но в деревню с тобой я не пойду - нечего мне там делать.
- Вас сильно обидели поселковские? - спросил я. - Вы не бойтесь, больше я не дам вас в обиду! Мне вы сейчас очень нужны, доктора вызывать каждый раз бывает сложно, а вы бы могли справляться с некоторыми болезнями. Да и скотину лечить у вас здорово получается, как я слыхал, - уговаривал я знахарку изо всех сил.
Но тщетно я обещал, что её занятие будет не только правомерным, но и оплачиваемым, к тому же - почётным. А ещё я хотел, чтобы бабка Лукерья стала учить наших девочек из интерната всем этим премудростям.
Кстати, про настойку из ягод ландыша, которую можно применять при сердечных болях, женщина не знала. Много интересного я поведал знахарке и про одуванчик, щирицу, лебеду. Но поскольку сам я не мог рассказать сельчанам о пользе этих растений - мне бы просто не поверили, горожанину-то да вельможе, то просил Лукерью как раз и донести информацию до народа.