Чужая жена для главы мафии (СИ)
— Отвечай, когда я спрашиваю.
— Нет.
— Тогда не спрашивай. Ты просто жена моего брата. Считай, мы любовники на одну ночь. Говорят, измена щекочет нервы, поэтому секс на стороне в разы лучше. Посмотрим сегодня, правда ли это.
— Так нельзя… — выдыхаю я.
Север хмыкает, чуть подается вперед, и улыбается:
— Запомни одну простую вещь, принцесска: мне плевать, как это называется и выглядит со стороны. Грязно, противозаконно, пошло, аморально. Мне плевать. Захлопни свой красивый ротик и садись завтракать, если не хочешь, чтобы я прямо сейчас разложил тебя на столе без всяких проверок и взял силой.
Угроза звучит абсолютно реально еще и потому, что Артур не сводит с меня холодного расчетливого взгляда. Вздрагиваю и качаю головой:
— Ты так и общаешься с женщинами? Запугивая?
— Алина, — в голос добавляются угрожающие нотки, — Я планирую отпустить тебя после сегодняшней ночи, но чем больше ты треплешься, тем ниже шанс, что ты вообще отсюда выйдешь живой.
Украдкой скольжу взглядом по своим рукам и меня осеняет. Гордо вскидываю подбородок и говорю твердо:
— Нет. Ничего вообще не будет.
Север заинтересованно вскидывает бровь и складывает руки на груди с крайней степенью интереса на лице. Мол, давай-давай, послушаю, что ты скажешь.
— Я с Пашей развожусь, ясно? Можно считать, что я уже не его жена и жить с ним не буду. Вот, видишь, — демонстрирую я правую руку.
— Что я должен увидеть? — уточняет Артур.
— Кольца нет!
— Мне плевать, — пожимает он плечами с титаническим спокойствием.
— То есть? — растерявшись, спрашиваю я.
— То, что ты сняла кольцо с пальца, ничего не значит, — криво ухмыляется Север.
Плюхаюсь на стул напротив него, беспомощно окидываю взглядом комнату. И, не выдержав, в сердцах припечатываю:
— Какие же вы оба уроды, Звягинцевы!
— Полегче на поворотах, принцесска, — сощуривается Артур и ухмыляется, — Хотя меня это не касается. У меня другая фамилия.
— Вы сводные?
— Это не имеет значения. Завтракай и сразу после этого тебя отвезут к врачу.
Я хочу возразить. Мне вообще хочется высказать ему все, что думаю, но — секунда, и я беру себя в руки. Послушно беру вилку и отправляю в рот кусочек румяной вафли, политой сиропом. Не потому, что смирилась или испугалась — черта с два я сдамся! Просто в голову пришла одна важная мысль: раз отсюда сбежать нереально, надо поскорее выбраться из этого места.
А значит, мне как можно скорее нужно к этому самому врачу. Там не будет огроменного забора и кучи бойцовских собак. Шанс сбежать куда выше, чем если сидеть здесь. Да даже если не удастся скрыться от охраны, просто расскажу обо всем доктору! Попрошу вызвать полицию и пусть разбираются дальше с Пашей, как хотят. А заодно и Север заработает статью о похищении человека. Так и надо ему!
— Ты как-то подозрительно притихла, — вырывает меня из мыслей о мести голос Артура.
— Я завтракаю. Что тут подозрительного?
— Молча? Для человека, который вчера тыкал в меня пистолетом и грозился убить, как-то подозрительно спокойно, — хмыкает мужчина, — И я впервые вижу, чтобы завтракали с такой кровожадной ухмылкой.
— Я просто голодная.
— Не сомневаюсь. А теперь послушай сюда, принцесска, — от показной веселости Севера не остается и следа. Он подается вперед и продолжает, — Тебе это все может показаться игрой и ты, как я понял, до сих пор не понимаешь, куда и к кому ты попала. Можешь попробовать убежать, если хочется побегать по городу от моих парней. Я скажу им, чтобы немного спустили поводок. Но даже в момент, когда тебе будет казаться, что ты победила и сбежала — это будет не так. Ты со мной ровно до того момента, пока я не решу, что ты свободна. Твое «нет» здесь не играет роли. Точка.
— Предлагаешь просто смириться?
— Предлагаю расслабиться и получать удовольствие, — ухмыляется Север и поднимается со своего места, — Это лучше, чем побывать под толпой парней, которую с радостью организует твой муженек.
— Перестань меня пугать! — восклицаю я, хотя от его тона мурашки по коже бегут.
— Я говорю правду. Поверь, если я сейчас позвоню Паше и скажу ему, что срочно нужно найти десять любовников для его жены в обмен на его шкуру, он найдет их в течение получаса. И даже когда по кругу тебя пустят, постоит рядом и посмотрит, если будет знать, что его больше никто никогда не тронет.
Слова застревают в горле, а во рту становится сухо от этих слов. Нет, не может быть. Не настолько же Паша мразь. Он же… он хоть немного, но любит меня. Да?
— Это не так. Он так не поступит, — выдавливаю едва слышно.
— Хочешь проверить? — холодно уточняет Север, коротко кивая на телефон в своей руке.
Мы встречаемся взглядами и спину продирает озноб.
— Н-нет, — запнувшись, тихо говорю я.
— В таком случае просто делай, что говорят, и уже завтра будешь свободна. Я свое слово держу, в отличие от твоего мужа, — равнодушно отвечает Артур и выходит из столовой.
Я не могу унять дрожь в руках, даже вилка со звоном выпадает из ослабевших пальцев. Это ведь была не просто угроза, чтобы попугать меня. Взгляд Севера был настолько решительным, что я ни секунды не сомневалась в том, что, если бы продолжила дерзить, он бы позвонил Паше прямо при мне. Но я все равно не могла поверить в то, что Паша поступил бы так, как озвучил Артур. Не может же он опуститься настолько низко? Или… ниже уже некуда?
Глава 4
— Поехали, — грубо окликает меня Шрам.
Встрепенувшись, поднимаю на него глаза. Я и не заметила, как он вошел, настолько погрузилась в свои мысли.
— Или надо время подготовиться? — хмуро уточняет он.
— К чему? — растерянно хлопаю глазами.
— К осмотру, мать твою, к чему еще, — раздраженно цедит Шрам.
— А. Я… уже, — смущенно отвожу глаза.
— Так чего сидишь? Поехали.
Он явно не в духе, но спрашивать, почему, я, конечно же, не стала. Я же не самоубийца. Этот амбал такой здоровый, что поневоле кажется — скажи ему что не так и он тебя просто ладошкой прихлопнет, как надоедливую муху. Поэтому я не спорю, молча сажусь в машину, даже пристегиваюсь. Шрам садится рядом, еще два охранника — впереди.
Вся дорога до клиники проходит в молчании. Крепкие суровые мужики не настроены на разговор, а я тем более. Я занята продумыванием плана. А он простой, как рубль: попрошу помощи у кого-нибудь в клинике или сбегу. Вряд ли даже случайно проходящий мимо мужчина не полезет в драку с такими бугаями ради меня, то полицию-то точно вызовет! Главное, чтобы номер машины запомнили.
В клинике к кабинету меня провожает Шрам, оба охранника остаются на улице. На ходу я встречаюсь взглядом с девушкой на ресепшене, только открываю рот, чтобы сказать ей что-нибудь, как тут же мужчина пихает меня в спину, заставляя ускорить шаг.
— Веди себя нормально. Учти, что я терпеть не могу баб вроде тебя, — шипит негромко амбал.
— Вроде меня?
— Проблемных. Ниче с тобой не случится, один раз ноги раздвинешь и гуляй. Не убудет.
От шока я даже не успеваю возразить. Шрам сам открывает передо мной дверь кабинета и кивает:
— Давай, цыпа, шевелись.
— Сам шевелись! — огрызаюсь я. Никогда в жизни я бы не стала дерзить мужику в несколько раз больше меня. Но страх и накопившееся напряжение будто совсем отключают самосохранение, и я продолжаю молоть языком, — Сам ноги раздвинь, а потом гуляй! От тебя тоже не убудет!
«Заткнись, заткнись, заткнись!!!» — буквально вопит внутренний голос. Только запоздало как-то. Шрам меняется в лице, скрежещет зубами, и я от испуга сама мышью проскальзываю в кабинет и захлопываю дверь за собой. Поджилки трясутся до сих пор от одного его полного ярости взгляда. Теперь этот зверюга меня точно прикончит, если не по приказу Севера, то сам…
— Вы Алина Степановна Звягинцева?
Резко обернувшись, натыкаюсь на любопытные глаза молоденькой медсестры и врача — женщины лет сорока с аккуратно зачесанными назад волосами.