Призраки зла

— Есть ведь еще помолвка, — напомнила Тэсс. — Никто из нас не может понять, почему они обручились так скоро и так торопятся пожениться. Это относится к делу?
Малтрэверс встал и начал ходить по комнате, физической активностью способствуя обогащению головного мозга адреналином. — Это совершенно необъяснимо. До того, как Кэролин умерла, они готовы были ждать, и вдруг такая спешка… Минутку! Что же сказала мне Джейн Рут? Она как-то услышала обрывок телефонного разговора между Тедом и Кэролин. Та говорила, что не пойдет на развод, и… Что же там было дальше? Я тогда спросил Джейн, потому что… Вспомнил. Кэролин сказала что-то насчет того, что ей безразлично, о какой сумме идет речь.
— Ты мне об этом никогда не говорил, — заметила Тэсс.
— Пока мы ходили вокруг да около в поисках связи Кэролин с Барри Кершоу, это казалось несущественным. Было известно, что Тед и Кэролин не имели друг к другу финансовых претензий. Все было улажено, когда они разошлись, а «Скимитер Пресс» не стоит больших денег. Максимальная сумма, на которую он может рассчитывать при продаже издательства — двадцать тысяч. При его доходах из-за такой суммы не ссорятся, тем более, не убивают… Следовательно, Кэролин говорила о каких-то других деньгах. О каких же?
— Эти деньги как-то связаны с разводом. У них был дом, который…
Малтрэверса убивала мысль, что им известно какое-то существенное обстоятельство, которое они не могут правильно оценить. — Они продали дом, когда расходились, и поделили деньги. Они сделали все, чтобы прекратить этот брак, но не поставили своей подписи под документом о разводе.
— Но разговор, подслушанный Джейн, все-таки касался развода, — настаивала Тэсс. — Не надо зарубать с самого начала мои гипотезы.
— Извини, — Малтрэверс рассеянно поцеловал ее, чтобы загладить обиду, и снова сел на диванчик. — Давай рассуждать спокойно. Первое. Тед Оуэн волновался бы только из-за суммы с большим количеством нулей. Второе. Это сумма как-то связана с его браком с Кэролин. Третье…
— Неправильно, — перебила Тэсс. — Деньги зависят от развода с Кэролин. Но ты говоришь, что от развода он ничего не выигрывал. Или выигрывал не столько, чтобы забеспокоиться.
Малтрэверс согласился. Он подумал, что как только смерть Кэролин выделилась в самостоятельную проблему, обозначились новые грани.
— Джейн сказала еще кое-что, но я не могу вспомнить… — Он в раздражении помотал головой. Когда Кэролин положила трубку, она сказала что-то насчет… Что же это было? Вот. Ну и целуйся с ее тетушкой.
— С чьей тетушкой? — спросила Тэсс.
— Вероятно, Дафны… но куда это нас привело?
— У нее есть тетка? Люэлла же сказала, что ее родители погибли в автомобильной катастрофе, когда она была подростком.
— Да, и ее воспитывали родственники. Тетя?
— Может быть, но причем здесь деньги?
— Давай обдумаем, может быть, это приведет нас к решению проблемы, — сказал Малтрэверс. — Есть родственница — тетя, и есть деньги. Это надо как-то связать.
— Богатая тетя? — спросила Тэсс.
— Очень возможно… и ей не нравится, что племянница живет во грехе, — предположил Малтрэверс. — Такая может лишить наследства, если племянница не вступит в брак?
— Но зачем так торопиться? Разве что тетенька собралась помирать?
— А если тетушке цена — миллион, то возникает мотив убийства. — Малтрэверс встал. — Я хочу позвонить Люэлле. Может быть, Кэролин ей что-то рассказывала.
Когда через пять минут он вернулся в комнату, Тэсс все еще прокручивала в голове различные варианты. Он выглядел разочарованным.
По сведениям Люэллы, единственный живой родственник Дафны — ее брат. Они оба воспитывались у крестных родителей. Тед, кажется, ничего не скрывал. Так что нет никакой умирающей тетушки.
— Но все же какая-то тетка была, — возразила Тэсс. — Живая или умершая.
— Если не живая, то, естественно, умершая, — согласился Малтрэверс и с минуту в задумчивости смотрел на Тэсс. — Он что-то смутно сообразил. — Значит, речь все-таки может идти о завещании?
— Я ничего не могу возразить, пока ты не объяснишь, что имеешь в виду.
 
— Если бы я что-нибудь имел в виду, мы бы не топтались на месте.
Тэсс пошла к бару. — Допинг, — сказала она, возвращаясь с двумя бокалами, — он нам требуется.
— Спасибо, — Малтрэверс взял стакан. — Давай вернемся на минуту к родителям Дафны. Когда они погибли, она была подростком, так что если после них оставались деньги, то они должны были поступить в распоряжение опекуна — до достижения ею совершеннолетия.
— В таком случае, сейчас она их уже получила, — уточнила Тэсс. — Ей же почти двадцать пять лет, не так ли?
— Да, но мы ничего не знаем о ее родителях. Они могли назначить любой возраст… Ну конечно, не любой, но старше двадцати пяти лет.
— Следовательно, какой бы ни был назначен возраст, если она проживет достаточно долго, то получит эти деньги. А какое это имеет отношение к тетушке?
— Принцип — тот же. Ее, вероятно, тоже нет в живых, значит, деньги, из-за которых Тед ссорился с Кэролин, заключены в завещании. Если бы мы его нашли, многое бы прояснилось.
— Но как это сделать? Мы даже не знаем, где искать… или Кэролин говорила Люэлле?
— Нет, единственный способ — это посмотреть завещания родителей, не содержатся ли в них какие сведения?
— Это тоже проблема. Как ты их найдешь? — возразила Тэсс.
— Завещания являются публикуемыми документами, и каждый желающий может пойти в Сомерсет Хаус и ознакомиться там с любым завещанием. Хочешь верь, хочешь не верь, но есть агентство, оно называется «Сми и Форд», промышляющее продажей местным газетам выдержек из завещаний. Люди обижаются на них за разглашение своих секретов, но нарушения закона в их деятельности нет, и остановить их нельзя.
— Хорошо, но как найти завещание?
— У нас есть имя, к счастью, Джилли не очень распространенная фамилия, и приблизительная дата смерти — лет десять назад. Я никогда не был в Сомерсет Хаус, но у них же должны быть каталоги. Я позвоню своему адвокату Дэвиду Ширли завтра утром, и спрошу, как ими пользоваться.
— Тэсс сомневалась. — Это долго. Даже если ты найдешь завещания ее родителей, это может ничего не дать.
— Но пока у нас больше ничего нет… и, разумеется, если фамилия ее тетки — тоже Джилли, может быть, удастся найти и ее завещание. Это было бы интереснее.
— Могу поспорить, что она вышла замуж за какого-нибудь Смита.
— Пессимистка. Это хоть какое-то начало и не противоречит тому немногому, что нам известно.
— Все это очень странно, но следует попытаться в этом разобраться, — согласилась Тэсс. — А Кершоу и Дженни Хилтон здесь совсем не при чем?
— Я теперь не уверен, что между ними есть связь. Но ее легче проследить, если отвлечься от Кэролин и ее смерти, — ответил Малтрэверс. — Самый актуальный вопрос — почему и зачем кто-то разыскивает ее адрес. Мне это не нравится, но еще пару дней, пока она не вернулась в Лондон, нам не о чем волноваться. Потом я позвоню ей… и попытаюсь заставить ее рассказать мне все. Если понадобится, скажу ей, что знаю о ее романе с Джеком Бакстоном.
— Ты хочешь выдвинуть версию, что у нее был особый повод убить Кершоу?
— Если придется, я скажу ей и об этом, и не потому, что это меня особенно беспокоит. Но если это правда, то тот, кто ее разыскивает, может представлять серьезную опасность.
— Кто-то о ней что-то знает и собирается шантажировать? — предположила Тэсс.
— Хотелось бы в это верить, но шантажисту достаточно было бы обратиться к ней по почте — через «Кроникл». — Малтрэверс покрутил свой стакан, наблюдая, как вращаются кубики льда. — Если кто-то разыскивает ее адрес, он хочет к ней пойти. Мне приходит в голову только одна причина. Кто-то подозревает, может быть, даже знает, что Кершоу убила она… — и хочет отомстить.
— Спустя столько лет? — Тэсс сделала жест, как будто отгоняла рукой что-нибудь неприятное. — Нет, милый, это — чересчур.
— Вы можете вынести на рассмотрение комитета другие идеи?