Призраки зла

И тогда все снова стало хорошо. Барри продолжал время от времени заезжать, молча оставлял в конверте деньги, — всегда не слишком много, — в таком месте, где они должны были попасться ей на глаза после его отъезда. Он гонял в мяч с Тэрри и мальчишками с улицы, сбрасывая с себя покров таинственности, свойственной людям из того другого мира, шутил с соседкой миссис Уилсон, как если бы никогда отсюда не выбирался. В таких условиях успех Барри согревал Маурин Кершоу, но не сжигал.
Когда Барри умер, она почувствовала себя самкой, опоздавшей добывать свое счастье, но еще способной цепляться когтями и плеваться, защищая своего мертвого детеныша. А полиция многозначительно ухмылялась в адрес погибшего, и какой-то коронер не прислушался к ее протестам, внимая этой чисто одетой мрази, которая все лгала и лгала. Он поверил, будто бы деньги сделали из ее мальчика такого же подонка и наркомана, как эта свора. И ей никто не верил, они считали, что она знает своего ребенка меньше других. Долго она билась с ними, долго плакала, а потом заползла в темную нору, вцепилась в своего младшего сына, утешая его своей ненавистью и подпитывая своим гневом. Потому что Маурин Кершоу знала, кто убил Барри. Настанет день, и ее Тэрри убьет эту гадину, сколько бы ни пришлось ждать.
А теперь Тэрри стал благополучным, пробился сам, так же, как раньше Барри. Они вместе покинули Этрурия Стрит и связанные с ней невыносимые воспоминания, сначала перебрались на лучший конец Ромфорда, а потом и в Брентвуд, в собственный дом. Когда Тэрри женился, они со Стэфани купили дом в Хайгейт, по соседству с ее родителями. Но теперь этот дом стал слишком мал, их близнецам уже исполнилось по двенадцати лет, и им с ней стало слишком тесно… А Стэфани могла бы… Ладно, неважно. Тэрри навещал ее каждую неделю, даже иногда оставался ночевать. Иногда к нему приходили старые друзья с Ист Энда, которые тоже выучились и выбились в люди. В остальное время Маурин Кершоу находилась в полном одиночестве. И смысл ее жизни составляла надежда на отмщение. Оно оставалось мечтой, пока эта женщина, которую они с Тэрри ненавидели всеми печенками, была далеко. Сейчас она вернулась, и Тэрри претворит мечту в жизнь. Ради Барри.
— У меня было время, чтобы подумать, и я, возможно, схожу с ума, — виновато сказала Люэлла, обращаясь к Тэсс. — Но мне все это не нравится.
— Разумеется, — Малтрэверс протянул гостье бокал вина. — Я тоже знал Кэролин, и мне не нравится, что она умерла. Но вам это не нравится еще больше. Почему?
— Потому что… — Люэлла раздраженно передернулась. — Потому что это случилось в плохой момент. Как раз после того, как вы спрашивали меня о Барри.
— И вы не допускаете мысли о совпадении? — спросила Тэсс.
— Я знаю, это подсказывает здравый смысл. Но с того момента, как я прочитала заметку в «Стэндард», я не могу избавиться от тревожного чувства.
— Которое основывается только на том, что она была на вечеринке в каком-то девятьсот мохнатом году, — отметил Малтрэверс. — Довод зыбкий.
Люэлла посмотрела на него в упор.
— Ну скажите мне, что я истеричка, и я заткнусь.
— Не истеричка, — поправил Малтрэверс, — но вы расстроены и не можете мыслить так стройно, как всегда. Давайте обсудим. Во-первых, какие отношения были у Кэролин с Кершоу? Насколько они друг друга знали? Она никогда не рассказывала мне о своем прошлом.
— В те времена Кэролин работала секретаршей у издателя пластинок, — пояснила Люэлла. — Там записывались некоторые клиенты Барри, в том числе «Джекс Спрэтс» и Тони Морокко. Она была очень хорошенькой и любила развлечься. В те времена женщина могла вести себя с мужчинами достаточно свободно, и никто не назвал бы ее шлюхой. Кэролин так и поступала. Многие из нас прошли через это, пока респектабельность и возраст не взяли свое.
— Так что связаны они были звукозаписью, — сказал Малтрэверс. — А чем еще?
— Насколько я знаю, ничем, а секретов друг от друга у нас почти не было. Кэролин с ним точно никогда не спала.
 
— А она давала показания на дознании?
— Да, вот это-то меня и мучает. Она не знала, принимал ли Барри наркотики, но не собиралась опровергать эту версию.
— Кого она защищала? — резко спросил Малтрэверс.
— Она сама не знала, и ей было все равно, — уверенно ответила Люэлла. — Она радовалась, что этот ублюдок мертв, а потом мы просто перестали о нем вспоминать. Это было, как бывает в юности. Ты делаешь что-то необычное, а позднее об этом уже не думаешь.
— Очень верно, — заметил Малтрэверс, — но она ведь была не одна. Мы уже это обсуждали. Давайте подведем итог. Кэролин мертва, и полиция, по-видимому, считает ее смерть несчастным случаем. По-вашему, это было нечто худшее… Значит выдумаете, что она убита, и история тянется от Барри Кершоу. Правильно?
— Это то, что я думаю, — признала Люэлла. — Но имеет ли это смысл?
— Маловероятно, и вы знаете это. Даже если кто-нибудь знает, что Кэролин была замешана в убийстве Барри Кершоу, почему понадобилось так долго ждать, прежде чем что-нибудь предпринять? — Малтрэверс недоверчиво покачал головой. — Здесь что-то не так. Какие могут еще быть варианты? Мне сегодня звонили из полиции — они работают по записной книжке Кэролин, — и спрашивали, не была ли она склонна к самоубийству. Я ничем не мог им помочь. А вам они еще не звонили?
— Может быть, они звонили мне домой, но я из магазина пошла прямо сюда, — ответила Люэлла. Но они могут сразу же выбросить это из головы. Я разговаривала с Кэролин две недели назад, и она была склонна к самоубийству не больше, чем мы с вами. Это и другие могут подтвердить.
— Давайте поищем другой вариант. Мог кто-нибудь еще хотеть ее убить? Полиция спрашивала меня насчет ее мужа, но я о нем ничего не знаю, кроме того, что они разъехались. Когда это произошло?
— Тед и Кэролин разошлись… когда же это было? — года два назад. Они были женаты лет пятнадцать.
— Расходились со скандалом?
— Нет, вполне цивилизованно. Детей у них не было, — Тед не мог иметь ребенка, — и брак просто иссяк. Кэролин запустила «Скимитер Пресс», а Тед был по уши занят в ОГМ, «Оуэн Грэхэм Меткалф». Работа расстроила их взаимоотношения. Так случается.
— Кстати, свой рекламный телеролик я делала как раз в ОГМ, — сказала Тэсс. — И я встречала Теда Оуэна. За пятьдесят, очень высокий, с маленьким конским хвостом. Немного похож на Пола Ньюмэна.
— Я не знала о хвосте, но это в его стиле. Всегда старается идти в ногу с модой. А вы видели его девушку?
— Кажется, нет.
— Дафна, фамилию не помню… Дафна Джилли. Вдвое его моложе, и по словам Кэролин, — настоящая маленькая поганка.
— Так это она разбила их брак? — спросил Малтрэверс.
Люэлла покачала головой. — Нет, ее винить нельзя. Она поступила в ОГМ позже. Кэролин подозревала, что когда он принимает на работу сотрудниц, за него решает не голова, а другое место, — что отнюдь не редкость, — но Дафна появилась позднее. Сейчас они живут вместе.
— А Тед Оуэн во времена Кершоу уже принадлежал к тусовке?
— Насколько мне известно, нет. В шестидесятые годы он учился в Кэмбридже, а с Кэролин познакомился незадолго до того, как они поженились. Я знала его очень поверхностно. Когда Кэролин вышла замуж, мы продолжали с ней встречаться так же, как и раньше, наша дружба составляла ту половину ее жизни, к которой Тед не имел отношения.
— Значит, они расстались друзьями, а потом появилась новая подруга? — резюмировал Малтрэверс. — Так часто бывает.
— Было одно но. Тед хотел жениться на Дафне, а Кэролин уперлась и не давала развода.
— Почему?
— Она была католичка. Тед предложил быстрый вариант развода на основании того, что супруги в течение двух лет живут отдельно. Кэролин отказалась. Она возражала, что после пяти лет фактического развода брак может быть расторгнут и без ее согласия. Кэролин смирилась с тем, что их брак закончился и когда-то им придется развестись. Но это должно было произойти при условии, что она не будет активным действующим лицом в разводе.