Дневник (СИ)

— Э, какого?! Нет, только не опять уколы!
Послышался тихий удар, и вот уже вся зелёная жидкость пошла по крови Ивана. Он издал вздох и театрально показал, что умирает.
— Вот теперь точно завтра выпишем! — удовлетворённо сказала Эльвира Хабибулина.
 Глава 4. Они 
Ранним днём я вернулся за Иваном. Позитив исходил из меня бурным потоком. Я сидел на ступенях госпиталя и просто наслаждался хорошей погодой. Но время тянулось бесконечно долго и дошло до того, что мне уже осточертело ждать. Я раскрыл двери и зашёл внутрь. Никого не было, полная тишина. Дойдя до середины здания, я услышал какие-то звуки. По мере приближения к источнику становилось очевидно, что это не просто человеческий разговор, а самая настоящая ссора.
— Какого хера вы сделали с моей одеждой?! Где мои штаны?!
— Мы их ещё не нашли, успокойтесь, пожалуйста, скоро всё отдадим.
Голос первого собеседника принадлежал Ивану, это точно. Успокоить его пыталась, видимо, Алиса. Иван продолжал отчаянно ругаться.
— Нет, ну это просто бред. Зачем вам моя одежда?!
— Да не могли же мы вот так взять и в грязных вещах вас оперировать, поймите уже.
Я открыл дверь в помещение и увидел большой склад, в котором было огромное количество вещевых мешков. Такое ощущение, что здесь была вся утварь, которая когда-либо принадлежала пришлым пациентам. Понятно, почему Ивану никто ничего не мог выдать.
— Блядь, ну что там, что с вещами?!
— Да угомонитесь вы, ищу-ищу! — уже не сдерживалась Алиса, попинывая своего помощника.
— Ivan, how are you? Why so long? (пер. с англ. «Иван, как ты? Почему так долго?»)
— Ох, Джон, вэтс идиотс кант файнд май клоус, ай рили нид вэм! (пер. с рус. англ. «Эти идиоты не могут найти мои вещи, а они мне очень нужны!»)
— Relax, they are trying to help you, don’t be such a dushbag (пер. с англ. «Расслабься, они пытаются помочь тебе, не будь таким мудаком»).
— Хтьфу, блядь. И ты туда же! Ну чего, не нашли ещё?
— Иван Д.? — спросила Алиса, читая бирку на одном из мешков.
— Предположим, что Иван, а Д-то откуда взяли?
— Ваш приятель нам так сказал.
— Джон, кен ю эксплейн зис? (пер. с рус. англ. «Джон, ты можешь мне это объяснить?»)
— Sorry, mate, I saw your documents… (пер. с англ. «Прости, мужик, я видел твои документы»).
— Ну ты… и чё там ещё увидел?
— Nothing special, I just wanted to tell them your initials and that’s all. Your name is a secret, trust me (пер. с англ. «Ничего особенного, я просто хотел им сообщить твои инициалы и всё. Твоё имя под секретом, верь мне»), — сказал я, показав, что рот у меня на замке.
— Траст, ну траст и траст, по**й, — посмотрел на меня Иван с нескрываемыми эмоциями на лице. — Доставайте там всё.
Помощник Алисы неуклюже выгреб всё имущество из мешка и вывалил его на пол.
— Да поосторожней ты, остолоп.
Иван моментально начал переодеваться, не стесняясь Алисы. Понять такую спешку у меня не получалось. По завершении своего переодевания Иван похлопал себя по штанцам и радостно посмотрел на меня.
— Вот, вот теперь я доволен! Хэппи нау! (пер. с рус. англ. «Теперь счастлив!»)
— Glad to hear it. So move on! (пер. с англ. «Рад это слышать. Тогда пошли!»)
— Е-е, гоу. Ну-с, спасибо вам, барышня, за уют, за спасение моё и передайте тётке вашей мои признания.
— Эльвире Хабибулиной… — устала повторять Алиса.
— Да-да, ей самой.
Выходя из госпиталя, я помахал рукой Алисе, невидимому Терапевту и сказал спасибо этому месту. Иван же словно выпрыгнул из здания, выпрямился и сделал несколько глубоких вдохов.
— Ах, хорошо, хорошо-то как. Знаешь, как меня задолбало дышать этими склянками?
— …
— Бля, гуд везер ай сэд (пер. с рус. англ. «Хорошая погода, я сказал»).
— Yeah, the weather is wonderful. I admit (пер. с англ. «Да, погода прекрасная. Я согласен»).
 
— Соу, вер ви а гоинг? (пер. с рус. англ. «Так куда мы идём?»)
— Em, how is better to say… (пер. с англ. «Эм, как бы лучше сказать…»)
Иван уже понимал, что следующие мои слова уж точно его не обрадуют. Дело в том, что за всё это время я так и не навестил Сергея Арсеньевича и не успел ему передать посылку от Егеря.
— Ю вот??? (пер. с рус. англ. «Ты что???»)
— Yes… (пер. с англ. «Да…»)
— Ай донт вонт ту гоу ту хим. Ноу-ноу-ноу, итс ёр фрэнд, со ду ит элоун (пер. с рус. англ. «Я не хочу к нему идти. Не-не-не, это твой друг, так что сделай это сам»).
— But, but, we did it together, that’s why I thought… (пер. с англ. «Но мы же сделали это вместе, поэтому я подумал…)
— Не-не, ай хэв сoу мач дилс, ду ит фор ми (пер. с рус. англ. «У меня так много дел, сделай это для меня»), — перебил меня Иван.
— Fine, I’ll do it… (пер. с англ. «Ладно, сделаю»).
— Другое дело!
Ох и страшно же было. Больше всего на свете Сергей Арсеньевич не любит, когда кто-то заставляет его ждать. Он считает, что время надо тратить всегда с пользой, а за его пустую трату можно и умереть. Однако я рассчитывал на наши сложившиеся дружеские отношения. Подходя к железной двери его каморки, я несколько раз прочистил горло, чтобы голос был более чётким и уверенным. Но прежде, чем я постучал в дверь, за ней уже послышался голос.
— Давай, заходи, тут открыто. Всё равно уже тебя по камерам увидел.
Сергей Арсеньевич всё так же сидел за своим столом и разглядывал только что собранное произведение искусства для массового убийства людей.
— Посмотри, как она прекрасна. Каждый уголочек переходит в аккуратную ложбинку. Любая делатель небеспричинна, всё на своём месте. Единственное, что сейчас не сходится, — это твоё нахождение здесь и отсутствие у меня посылки, так?
— Прошу прощения, Сергей Арсеньевич. У нас возникли непредвиденные обстоятельства, мой напарник чуть не отдал жизнь из-за этого, — сказал я, доставая из куртки заветную посылку.
— Знаю, слышал. Мимо меня такое не проходит, — потянув руку к посылке, отметил Сергей Арсеньевич.
Он вскрыл небольшую бандероль и достал оттуда маленькую оружейную деталь. Она была похожа на планку для установки прицела. Я подошёл поближе и внимательно осмотрел её. И просто не мог глазам своим поверить.
— Это же… это для тепловизионного прицела?
— Угадал. 10 баллов Гриффиндору.
— Вы и такое знаете?
— Знания не могут быть сосредоточены на чём-то одном. Иначе это уже одержимость.
— Вот как…
Он поставил при мне планку, достал из своего стола редчайший прицел и прикрепил его сверху. Передо мной действительно была винтовка M1А с глушителем и тепловым прицелом.
— Но кому нужна такая вещь? — никак не мог успокоиться я.
— Где же твоя этика? О таком не спрашивают.
— Простите. Но мне не понять, как кто-то мог отдать столько денег на… на такое. И зачем вообще подобное нужно в Таркове?
— Для охоты.
— Охоты???
— Да, на людей.
Я сглотнул. Стало как-то не по себе. Маньяков в Таркове хватает, это безоговорочный факт. Сюда съехались чуть ли не все любители беззакония. Рай для людоедов.
— В общем, так. Свою часть сделки ты всё же выполнил, пришёл мой черёд. Вот, держи, — Сергей Арсеньевич передал мне ледоруб.
— Ледоруб? Зачем?
— В такое время года Егерь очень любит отдыхать в горах. Туда, где его не достанет никакая гнида, как он любит говорить. Так что это тебе пригодится. Паракорд можешь взять вон там в углу. Удачи.
Вот и всё, никаких тебе особых проводов, ничего. Я сменил нож на ледоруб, так будет сподручнее, и, кто знает, может, этот инструмент послужит мне совсем не по назначению. Потрогав его лезвие, я сразу же порезал свой палец. Острый, зараза.
Мне нужно было срочно найти Ивана. Делишки свои он точно воротил на чёрном рынке Таркова, это я всегда знал. Бродя по серым улицам и рассматривая разбитые витрины, я наткнулся на Ивана. Всё это время он болтал с каким-то типом в шапке с помпоном. Странный мужик, кто вообще носит такое в начале осени. Иван приметил меня и подозвал к себе.