Дневник (СИ)

— Да уж, совсем негусто, у меня тоже голяк. Ну, у нас остаётся только одна дорога. Вставай, нам пора идти.
— Куда… — проронил я, не подумав.
— Куда-куда, сам знаешь куда — в берлогу психички одной.
***
Восточное крыло ничем не отличалось от западного, так казалось с внешней стороны. Абсолютно симметричный блок здания, который состоит из сплошного кирпича. Настоящая советская классика и привет из прошлого. Мы убили почти весь день на поиски паршивого офтальмоскопа и уже направлялись в одно из опаснейших мест — комнату Санитара. Смеркалось, появлялись розово-черные тени, которые напоминали бывших обитателей этих мест. И страшно, и красиво.
— О чём задумался, а? Сфокусируйся, баран, мы уже близко.
Слова Хана как удар серпом по яйцам, или, лучше сказать, молотом. Я взял себя в руки, сжал автомат и продолжал двигаться за своим гидом по дому смерти. Мы пробежали очередной коридор, чуть не упав в огромную дыру в полу, и сразу же оказались на втором этаже восточного крыла.
— Ага, на месте, аккуратно спускаемся вниз, вынюхиваем каждый угол и отвечаем на каждое движение свинцовым огнём. Собрался?
— Собрался!
— Да тише ты, тише…
Прокравшись на цыпочках до лестницы, мы шли спиной к спине к первому этажу. Хан смотрел вперёд и вниз, а я прикрывал нас сзади. Вдруг Хан остановил меня и показал на интересную деталь внизу за углом, возле последней ступени. Оттуда торчал одинокий ботинок, который легонько поднимался то вверх, то вниз. Похоже, кто-то пританцовывал, находясь на посту. Хан показал мне большой палец, прицелился из своей АШ-12 и произвёл оглушительный выстрел.
— Ай, бля, нога-а!!! — закричал бедолага.
Фигура сразу же пришла в движение. Хан рванул было добивать, но тут вмешалось моё паучье чутье, и каким-то образом я схватил его за куртку и дёрнул на себя. За угол успела выкинуться только нога Хана. И сразу же послышались выстрелы, раздался хор звуков разных стволов, нацеленных в предположительную точку нахождения Хана.
— Ты чё, мать твою, творишь?!
— Жизнь тебе спасаю, мудак! Ты чуть не сдох из-за своей жажды убийства!
— Заткнись, я знаю, что делаю!
Хан ударил меня по руке, встал на ноги и пристально посмотрел мне в глаза, потом он отвёл свой звериный взгляд и спокойно сказал:
— Ладно, работаем дальше.
— Могу это принять за спасибо?
— Принимай как хочешь и не болтай лишнее.
— По звукам я различил три разных оружия, но хрен его знает, сколько их там могло быть.
Неожиданно до нас долетел странный голос, не типичный русский, а какой-то прямо дикторский и с нотками безумия. Все дальнейшие реплики русских я передаю в собственной интерпретации.
— Пожаловали новые пациенты, а? Забились, как мышки, и сидят, ждут, когда им впрыснут лекарство. Ну-ка, мистер анестезиолог, покажите им нашу уверенность в лечении.
После слов этого мужчины в нашу сторону полетела стая пуль, по звуку это был АК какой-то новой серии, сложно было определить, какой именно. Хан не стал долго ждать и крикнул ему в ответ:
— Эй, гандон айболитовский, я пришёл за тобой. Помнишь меня? Я тебе на башке оставил хорошенький такой шрам.
— Батюшки, неужто это мой потерянный пациент вернулся? Слава богам и вершителю судеб, блудный сын узкоглазый вернулся. Как животик твой? Не болит случаем?
Хан снова повернулся ко мне, снял с себя рюкзак и начал что-то искать.
— Слышь, Джон, я сейчас этой гниде пущу кровь. Узкоглазым меня назвал, сука такая. Ну погоди, сейчас узкоглазым станешь ты!
Он достал из своего рюкзака целую связку светозвуковых гранат, которыми обычно лишают противника и слуха, и зрения, адская вещь. Хан попросил меня выдернуть вместе с ним чеку у каждой гранаты одновременно, и тогда он сразу же кинет свёрток во врага.
— Я подойду прямо к углу и кину им вдаль подарок…
— Пациенты, ау, вы где? Чего притаились? — прервал разъяснения Хана Санитар.
— Я пробегу потом в комнату соседнюю и буду уже в нескольких метрах от них, а ты…
— Чего молчим? Ау? Сейчас за вами мой коллега Проктолог выйдет, и вы будете досмотрены. А-ха-ха!
 
— Понял?
— Нет! Эта скотина орёт как бешеная!
— Да и по**й. Раз, два, три, отцепляй!
Хан бросил все гранаты прямо по коридору во врагов. Через несколько секунд произошёл просто колоссальный хлопок. Казалось, что от такого могли оглохнуть не только люди, но и стены, окна и вообще любые вещи, находившиеся поблизости. Сразу же после взрыва Хан перебежал в соседнюю комнату и показывал пальцами мне какие-то действия. Он что-то кричал, но я не мог разобрать, что именно. Я осматривал в прицел весь коридор, но так и не мог увидеть ни одного врага. Хан продолжал жестикулировать, кричал и показывал какую-то вещь в руке. Чёртовы шарады, я не понимал. Его движения становились различимее — это была граната, точно. Он хотел, чтобы я бросил ту самую странную гранату, которую он мне дал прямо перед нашим заходом на территорию санатория. Я судорожно прощупывал себя в поиске этой причуды. Нашёл, какая же она странная на ощупь. Я выдернул чеку, прицелился в конец коридора и запульнул её так, как это делают профессиональные бейсболисты. Пока она летела до цели, я готовился зайти снова за угол, чтобы избежать волны взрыва, но эта маленькая «игрушка» взорвалась сразу же, как только столкнулась о первую преграду. Взрывная волна смогла даже дойти до меня, немного откинув моё тело назад, но мне удалось устоять на ногах. Осколки тоже не полетели в меня, повезло. Я посмотрел в сторону Хана и заметил, что он смотрит на меня и делает радостный жест, словно при забитом голе. Удивительно, но из моего горла каким-то образом ещё смогли вылететь слова:
— Какого хера, Хан, это была контактная!
— Что? А, ага, знаю.
— Ты придурок?
— А?
— Я спросил, ты почему мне не сказал, что она контактная?!
— А?
— Пошёл ты в жопу, Хан.
— А? Ага, сам пошёл. Я вперёд.
Мы двинулись змейкой, осматривая комнаты и справа, и слева. В одном помещении лежал труп, осколок гранаты торчал у него прямо в глазу. Отвратительная смерть. Чуть дальше распластался ещё один из свиты Санитара, он едва шевелился, кряхтел. Хан прошёл мимо живого трупа.
— Джон, контрольный ему.
— А есть смысл? Он сейчас концы отдаст.
В это же мгновенье я увидел, почему Хан называл этих ребят монстрами. Тот полудохлый мужик уже было достал из кармана штанов какой-то шприц и был готов его вколоть в себя. Послышался один громкий выстрел. Хан прострелил бедняге голову. Забудьте, что я называл ужасной смертью ранее. У этого товарища ничего не осталось от лица, сплошное месиво.
— Не дай им шанса ширнуться! Ни в коем разе! Вот сейчас он при смерти, а через мгновение уже готов расхерачить тебе голову. Че там, кстати, у него? — Хан подошёл к телу и вытащил из его руки шприц. — О, везуха, лови.
Хан подкинул мне шприц. Только вблизи я заметил, что он с какой-то зелёной субстанцией. Как раз про такой и говорила Терапевт. Отлично, остался только LEDX. Кстати, а где Санитар?
— А где Санитар-то? — сказал Хан, словно прочитав мои мысли.
Мы ускорились и заметили, что Санитар просто испарился.
— Чёртов Гудини, оставил своих друганов, а сам по съ**ам!
— Хан, приглядись к полу, я вижу кровь, свежую!
На полу были небольшие следы крови, видимо, Санитару тоже досталось, и сейчас он удирает из своего логова прямиком на громадную территорию всего побережья.
— За ним, за этой мразью!
— Но куда, Хан? Он мог пойти в любую сторону.
— С такой раной далеко не убежишь.
Мы вышли из восточного крыла, справа от нас виднелась большая площадка со старым вертолётом, за его лопастями проглядывалась зелень побережья. И лишь небольшой, маленький участок был синим. Синим?
— Форма Санитара синеватого оттенка же? — быстро вбросил я.
— Ну да синева...
— Он за вертолётом!
Между нами и Санитаром было где-то 400–500 метров. Далеко же он успел уйти. Хан побежал с такой скоростью, будто гепард на охоте. Добежав до вертолёта, мы обнаружили, что след Санитара опять оборвался. Хан пристально осматривал каждый куст и каждую ложбину.