Моя девушка с клыками
– Уже соскучилась? – спросил я, затем потащил пакеты на кухню, разбирать их.
Вика бесшумно возникла рядом и тоже включилась в работу.
– Ты бы осторожнее с шаурмой, – проговорила она. – Если так уверовал в силу вампирской крови, то зря.
При этом она невозмутимо вытащила шуршащий сверток, развернула и откусила, чуть ли не мурлыкая от удовольствия.
– Ты и обычную еду ешь? – удивился я, но не расстроился. Шаурмы-то две, как знал, что надо ждать гостей, когда заказывал.
– Иногда, – отмахнулась она. – Как холодную закуску перед горячими лживыми мальчиками.
Она с такой интонацией произнесла «горячими», что я ухмыльнулся в стиле «Да, детка, я такой» и подвигал бровями. Вика широко осклабилась в ответ, демонстрируя острые клыки. Да, похоже, не сошлись в трактовках, но оно того стоило.
– Правда не боишься, что я тебя выпью? – она все же отложила шаурму и вытащила из сумки свой термос. Сделала оттуда несколько жадных глотков и облизала губы. – Очень зря, Егор. Я дико зла после поездки к твоей бывшей. Вы, наверное, нехорошо с ней расстались, если ты решил скормить бедолагу вампирской мне.
– А ты взяла и не съела! – с притворным сожалением произнес я и устроился за столом со своей шаурмой. Действительно вкусная, но соуса многовато, в отличие от мяса. – Лина два раза звонила мне и кричала, какая я скотина, что отправил к ней свою девку. – Точнее, выражалась Лина куда крепче, но я не настолько больной, чтобы повторять это Вике. – И что теперь я, как честный человек, должен дать ей денег на маникюрный салон. Даже не представляю, откуда у нее такие мысли.
Вика почему-то смутилась и отвела взгляд, но быстро взяла себя в руки. А поздно! Меня теперь раздирает любопытство, о чем они говорили с Линой.
– Зачем обманул меня, мальчик Егор? – вкрадчиво спросила она. – Ты же мне буквально на один укус.
При этом так сверкнула клыками, что мне ненадолго стало не по себе. Конечно, в прошлый раз она меня не тронула, но в этот у Вики есть все основания злиться.
– Затем, что нечего тебе делать у тех людей, – честно ответил я.
***
Некоторое время назад…
В этот дом я приезжал уже в третий или четвертый раз и успел выучить дорогу, хотя в первый серьезно заплутал в поселковых дорогах.
Продавцы лекарства снимали дом на отшибе, как я понял, чтобы любопытные соседи не лезли в их маленький бизнес, а покупатели не опасались лишних глаз. Разумный выбор, как ни крути. Вообще место отличное, здесь бы гостевой дом сделать или базу отдыха: лес рядом, тишина, воздух свежий. Но я слишком погано себя чувствовал, чтобы любоваться красотами, поэтому от машины прямиком прошагал к воротам. Меня ломало и крутило от боли, еще – постоянно тошнило. В первый раз лекарства хватило на две недели, во второй – десять дней, в последний я продержался на нем всего пять, и эта статистика не радовала.
И нет, оно не излечивало болезнь, просто позволяло чувствовать себя обычно. А это уже не так мало.
Мне всегда открывали дверь разные люди. Подозреваю, помощники Влада, хотя на вид эти крепкие ребятки меньше всего походили на фармацевтов или знахарей. Здоровые, сильные, некоторые – с оружием в руках, что навевало всякие нехорошие мысли. Но не в моем положении было задавать вопросы.
Доктора меня уже похоронили, а снадобье Влада хотя бы ненадолго оттягивало конец. Пока был здоров, я не сильно боялся смерти, представлял, как в случае чего сбегу куда-нибудь в горы или подальше в море, чтобы никто не видел моих последних минут. Нет, с последним не ошибся, до сих пор старался как можно реже видеться с родней. А вот с красивой кончиной не вышло. Оказалось, что жить-то мне очень хочется. Желательно жить без боли, тошноты и прочих прелестей болезни и ее лечения.
Поэтому когда-то и приехал сюда по наводке соседа по палате, а теперь понимал, что стал рыбкой, заглотившей наживку вместе с крючком.
Меня вели по знакомым коридорам, пока провожатый не остановился возле кабинета Влада и не сказал, что главный уже ожидает. Я поблагодарил и зашел внутрь.
Дом обставляли давно и безвкусно. Все эти старомодные обои с золотыми вензелями, темная массивная мебель и по контрасту – желтые от лака двери и наличники. Каждая деталь по отдельности имела право на жизнь, а все вместе смотрелось донельзя странно.
Кабинет вообще напоминал магазинчик дорогих и бесполезных подарков: бутафорские звериные головы на стенах, целый набор песочных часов на полках, бар-глобус и маятник, качавшийся на столе. Были здесь и странные картины, и курительные трубки, в которых никогда не набивали табак, и причудливые бутыли, и даже коллекция книг, выставленная точно по цвету. Каждый раз меня тянуло посмотреть, нет ли на этих вещах ценника. Вдруг сюда не всех водят за лекарством, некоторым просто пытаются продать громоздкий и бесполезный хлам?
Влад по контрасту с интерьером выглядел очень строго: обычный темный костюм, белая рубашка и галстук. В первый визит я мысленно похвалил его за стиль, а сегодня понял, что это просто рабочая униформа, чтобы выглядеть солиднее перед покупателями. Такая же бутафорская, как и все остальное. Без нее Влад смотрелся бы совсем сопляком, которому только псих доверит свое здоровье.
– Егор, рад видеть! – начал он.
– А я вас как-то не очень, – я решил сразу перейти к делу. – Лекарство действует все меньше.
Он взмахнул руками и начал нести свою обычную чушь. Препарат экспериментальный, по тайно-секретному рецепту, потому его действие непредсказуемо. К тому же веществу нужно накопиться в организме для лучшего результата, и так далее в том же духе.
– Мне нужна доза, которая подействует, – произнес я и уверенно поглядел в глаза Владу.
Тот будто стушевался и подался назад. Но быстро взял себя в руки и написал на листе сумму в две сотни тысяч. Прошлую дозу я купил всего за восемьдесят, первая не стоила и тридцати. Кажется, я понимал, к чему все движется, и это мне совсем не нравилось.
– А если найду у кого-то дешевле?
– Не найдете, – уверенно произнес Влад и растянул губы в усмешке. Впечатление портили только его сощуренные под ненужными очками глаза. – Я использую один уникальный компонент.
– Да ну? И какой? Хочу знать, за что плачу столько денег.
– За свое здоровье, конечно же! – удивился он.
Вот упертый, а? Как бы на него надавить…
– Потому мне и важно узнать, в чем эта уникальность. Не собираюсь выбрасывать двести тысяч за очередной фуфломицин.
Хуже всего то, что Влад выглядел шарлатаном, вел себя как шарлатан, наводил туману, точно как шарлатан, но при этом его лекарство работало! Я тщательно следил за собой, делал анализы и ходил к врачам, все отмечали улучшение, которое нельзя списать на эффект плацебо.
Влад нахмурился в ответ на мой вопрос, снова залился соловьем на тему потрясающего действия и редкого вещества.
– В конце концов, у вас нет выбора, – он развел руками. – Больше никто не сможет предоставить вам подобное лекарство.
– Подобные деньги вам тоже не многие заплатят, – отрезал я, – тем более на постоянной основе. Для меня же они не проблема, но хочу знать, за что их отдаю.
Я видел, как Влад мнется, размышляет над чем-то, сомневается. Так забавно наблюдать, как жадность боролась в нем с желанием сохранить тайну.
– Этот ингредиент не совсем обычен, – наконец выдал он. – Многие знания – многие печали, слышали о таком?
– Если это не кости младенцев, то я не опечалюсь. Но или показываете, или ухожу.
– Тогда вы умрете, – заметил он.
Я пожал плечами. Если блефовать, то до конца. Уверен, Владу тоже не хотелось терять платежеспособного клиента, с которого можно стрясти еще немало денег.
– Я покажу, но сумма за эту дозу удвоится.
– Идет, – согласился я.
Вскоре мы уже шагали по лестнице в подвал. Точнее, это я так обозначил, уверен, владельцы задумывали помещение как бильярдную: очередные безвкусные обои на стенах, не подходящая по цвету мебель и составленные к стене столы с зеленым сукном. Но главное – большая стальная клетка в центре, сделанная как для медведя.