Приключения дракона и кота. Большое путешествие

Кот чувствовал, как у него подгибаются лапы. «Это даже лучше, что я уже пойман и не могу бежать, – подумал Кот, – хорош бы я был, скрючившийся в опилках под взглядом бешеного монстра». В том, что пингвин нездоров и взбесился, Кот не сомневался. Конечно, это пингвин-убийца, хищный пингвин-пожиратель, который не остановится ни перед чем. Кот снова вцепился в свои бока и поскрёб их – кошачий пух полетел в стороны и закружился в воздухе.
Пока Кот не понимал только одного: зачем мутанту шарики для жонглирования. Где-то в верхних рядах послышался шорох.
«Сообщник! – догадался Кот. – Шарики разбрасывал сообщник. Или стая сообщников. Или стадо. Само собой, у всякого чудища есть причуды. Пингвин-переросток и его стадо… – Тут у Кота встала дыбом шерсть: – Помечали шариками своих жертв. А самый первый шарик нашёл…»
– Гусля… – застонал Кот.
– Конец твоему Гусле, – утробно клёкнул пингвин. – Больше ты его не увидишь.
Кот подпрыгнул, насколько позволяло его положение. Сетка закачалась маятником, заскрипела непрочная верёвка.
– Лучше тебе не дёргаться, – пингвин зло отмахнулся от упавшего на него рыжего колтуна и гортанно зарычал: – Трепещи!
Кот и без того трепетал. Пингвин-мутант издавал совершенно не пингвиньи звуки.
– Что ты сделал с Гуслей? – потребовал Кот, выдирая из собственного бока очередной клок.
– Молча-ааа-ааа… – Клок пролетел прямо перед красными пингвиньими глазами и приземлился на клюв: – А-а-а-гррр-ПЧХИ!
Зрачки Кота сошлись в щёлочки. Вот кто чихал за ними по пятам! Вовсе не кошачьи чихи слышал Гусля, когда тащил сонного Кота. И теперь Кот знал, почему. Он вытащил из хвоста репей с зацепившейся за него шерстью и пульнул в чёрно-белую тушу.
– Прекрааа-ааа-грр-пчхи! – взъярился пингвин. – Всё равно ты ничего не можешь сделать!
Но Кот уже грыз сетку. Он мог. Он кот. Он зубаст. Он прыгуч. Он гибок. Он умеет рассчитывать траекторию. Уж эти-то способности он не терял. И пусть пингвинячья туша раздавит его, но перед смертью Кот покажет, кто здесь кот. Сейчас-сейчас… он разорвёт проклятую великанскую авоську, в которой так позорно застрял. Разорвёт, выпрыгнет и… вцепится в жирный чёрный загривок всеми десятью когтями и четырьмя клыками. За Гуслю! За Капибару! За себя, почти родную мать!
– Я КОТ! – взревел Кот. – Я…
– МОГУ!!! – загремел вдруг в ответ многоголосый хор.
Из-за сидений в последнем, самом верхнем ряду показались кошачьи морды. Коты поднялись на задние лапы и, расправив когти, двинулись к арене.
– Ты позвал нас, о Кот, и мы пришли, – сказал серый кот и приложил лапу к груди.
– Я? – Кот вертелся в сетке, пытаясь принять позу подостойнее. – Позвал?
– Моя магическая способность – сверхтонкий слух, – объяснил серый кот. – Я прочёл Волшебную Книгу после Тожекота и научился слышать товарищей, попавших в беду. Ты отправил нам шипящий призыв, и мы собрались.
Коты сделали ещё несколько шагов вперёд. Пингвин мелко затрясся.
– Ты подарил нам Книгу, – сказал Тожекот. – Ты доказал, что коты – могут. Теперь ты понимаешь, почему все хотят быть рыжими?
Коты сужали круг и уже вплотную подступили к арене. Пингвин трясся всё сильнее и внезапно, по-прежнему не разевая клюва, загудел. Это был какой-то страдальческий гул, словно внутри у него что-то нарушилось.
– А-а-а… – сипло стонал мутант, – а-а-а-пчхи-пчхи! А-а-а…
Пингвин чихал. С жутким хрипом, сотрясаясь всем телом, он чихал и чихал, подвывая между чихами. Коты перешагнули бортик и, наклонив головы, рассматривали чёрно-белую тушу, которая вела себя очень странно. Голова пингвина обвисла, один красный глаз мигал, а брюхо… Брюхо ходило ходуном, как будто пингвин заглотил стаю собак, которые дрались между собой и чихали, чихали, чихали без конца.
 
– А-а-а… – Пингвинье пузо раздулось, напряглось, раздался треск: – …ПЧХИ!
Пузо лопнуло, глаза вспыхнули красными огнями и погасли, сжатый клюв тюкнулся в опилки.
– Класс, – подытожил Кот. – Теперь я понял про шарики.
  
Глава 16. Разрушенная жизнь
 
Внизу под Котом, на тряпичных остатках чудища, сидел директор цирка. Хорошо знакомый Коту директор. Бывший мучитель котёнка, ходившего по верёвочке в красном колпаке. Глаза директора слезились, из носа текли сопли. Он вытирал их рукавом и всхлипывал.
– Снимите меня, кто-нибудь, – попросил Кот.
Он чувствовал себя по-дурацки, болтаясь вниз головой с торчащими из сетки лапами. Коты сделали кошачью пирамиду и освободили Кота. При виде этого акробатического трюка директор взвыл так громко, что к мыши, навсегда сбежавшей из цирка в неизвестном направлении, вернулась память. Серый кот зажал уши и забился под сиденье.
– Разойдитесь немного, – Кот махнул лапой. – У него аллергия на котов.
– И началась она с тебя! – Тучный директор с трудом поднялся на ноги: – На нервной почве. Ты разрушил мою жизнь!
– Я всего лишь кот…
При этих словах коты неодобрительно заурчали.
– То есть, – Кот поправился, – я рыжий, и всё такое, но я же просто…
– Катастрофа! – покачнулся директор цирка и вытер нос огромным носовым платком. – После твоего ухода началась настоящая катастрофа. Жонглёры стали ронять мячи, акробаты – булавы, болонки перестали попадать в обручи… Я нашёл другого кота и перекрасил, но это не помогло.
– Ещё бы, – усмехнулся Тожекот. – Ведь я не обладал даром левитации. Кот помогал артистам, сам того не понимая. Тогда он ещё не верил в себя и не умел пользоваться магическими способностями. А надо мной вы издевались совершенно напрасно.
– Да уж, – хлюпнул директор. – Только аллергия обострилась.
Кот прищурился и покачал головой:
– Я рад, что Тожекот от вас сбежал.
– Сбежал?! – Директор вспыхнул. – Если бы! Откуда мне было знать, что он научился менять цвет?! Этот пройдоха внедрился в труппу под личиной разных котов. Чтобы спасти других артистов от меня. От кормильца!
Кот припомнил, как грыз под лавкой хлебную корку и усмехнулся.
– Я должен был вернуть тебя любой ценой! – Директор цирка сжал пухлые кулаки. – Но вокруг тебя всегда было слишком много непонятных зверей. Одного – заумного – я так и не смог вычислить. И я решил избавлять тебя от них постепенно.
– Значит, Капибару гномам от моего имени обещал ты, – сообразил Кот. – Это ты сказал им, что я буду рад его сдать?
– Всё должно было пройти тихо. Водосвин был лишним, он слишком много лазил по кустам, он мешал. Только эти гномские ворюги меня обобрали. Украли реквизит и…
Тут директор сморкнулся так, что серый кот-слухач снова забился под стул.
– Золотые папины часы стяну-у-ули, – директор промокнул глаза. – А это единственное, что осталось мне от семьи. Я подвёл родных. Я провалил цирковое дело!
Он плашмя упал на арену и зарыдал в голос. Коты переглядывались, не решаясь подойти ближе.
– Пусть поплачет, – сказал Кот. – Мне кажется, это и правда трагический момент.
– Ещё како-о-ой! – Толстяк утопал в слезах. – Я последнее потерял. Даже шарики для жонглирования, и те где-то выпали, пока я за вами по лесам гонялся. Я и не заметил, что в футляре дырка, а я так любил свой семицветный набо-о-ор… И вы вдобавок издеваетесь! Акробатические трюки проделываете. А моё шоу провали-и-илось…
Кот подошёл к директору и погладил его по спине.
– Ну, ладно-ладно, бывает… – приговаривал он. – Мне ли не знать… У нас с Гуслей тоже дом провалился. Да ещё из родного леса вытурили.