Не своя война (СИ)
— Жрать хочу, — выдохнул он, догоняя брата.
— Это поправимо, братец, — отозвался Ллойву. — Наверняка здесь есть, чем тебя накормить.
Дженве на ходу размял плечи. Навстречу, услышав, что в башне появились чужаки, спешили вооруженные воины в порыве остановить беглецов.
— Позволь, я, — Дженве отодвинул брата за спину и пошел вперед. Ярость, накопившаяся за последние дни, требовала выхода. Кулак, обмотанный цепью из черного металла, опускался без разбора на любого врага, пытавшегося проникнуть за рубеж, очерченный для себя Дженве.
Бес подошел со спины.
— Из вас двоих он — сила, я так понимаю, — усмехнулся он, наблюдая, как Дженве голыми руками расправляется с противниками. Ллойву скривился.
— Он не глупец… Если ты это имеешь в виду.
— Но с тобой ему не ровняться…
— Как и мне с ним… — Ллойву обменялся с Бесом взглядами. Это странный полулюдь-полудемон говорит и делает вещи, которые не каждый мог бы себе позволить. Но для кошмара или галлюцинации простительно. Даже воплощённой.
Дженве швырнул последнего противника о стену, отряхнул руки, поправил цепи и поманил за собой. Осторожно ступая среди павших, Ллойву прошел вперед. Теперь вел Дженве. Наконец, придя в себя, он снова принял на себя роль командира и ведущего, как и обычно в общих авантюрах.
— Не спрашиваю, кто там за моей спиной, брат, но у меня от него волосы встают дыбом, — бросил с улыбкой Дженве.
— Представь, что меня нет, — парировал Бес. Из боковых коридоров на них смотрели недоумевающие патрульные, но препятствий беглецам больше не чинили. А потому были отпущены с богом. Отовсюду слышался отдаляющийся топот ног. Противник бежал с поля боя, что казалось странным и немного пугающим. Ллойву краем внутреннего чутья слышал, что башня начинает пустеть. После широкого коридора все трое попали в большую залу, впрочем скудно обставленную. Несколько грубо сколоченных столов, и скамей составляли его обстановку. А освещалась эта зала через несколько высоких стрельчатых окон под высоким потолком.
— Если бы ты был Изольтаром, где бы ты обосновался? — Невзначай спросил Дженве, заприметив арку, ведущую на лестницу на другом конце залы.
— Наверху, — в унисон сказали оба брата. И Дженве повел свой отряд к лестнице, но путь им преградили новые лица. Мильен в мужском платье спустилась со ступеней и встала, преградив дорогу, а позади откашлялся Меоке с клинками наизготовку.
— Вот черт! — Дженве с лихой улыбкой поднял кулаки. — Кому-то придется драться с девчонкой.
— Пусть это будет Ллойву, — парировал Меоке. — Сейчас их, хотя бы можно отличить друг от друга…
Ллойву с надменным лицом повернулся к младшему брату.
— Ты понимаешь, конечно, что оскорбил сейчас своей фразой обе стороны.
— Вряд ли он понимает, что говорит, — рассмеялся Дженве, поворачиваясь к Меоке. — Связь слов и мыслей никогда не была его сильной стороной.
— Ллойву, — Мильен спустилась на пару ступеней. Кимейры в ее руках слегка дрожали. — Это правда?
— Смотря что ты имеешь в виду, — Ллойву вытянул свое оружие из-за спины на всякий случай, но кинжалы оставались в покое.
— Аст’Эллот…Ты опустил его? — Мильен спустилась еще на ступень. Голос ее едва слышно дрожал.
— Я был не один…
— Но это правда?
— Правда, — Бес показался за спиной астеры. Ллойву вскинул руку, предупреждая страшное. — Не трожь!
Мильен обернулась, но никого не увидела. Она спустилась с лестницы.
— Я так хочу вернуться… — Прошептала она, глядя брату в глаза, и слезы заставили её голос дрожать. — Хочу, чтобы все было, как раньше…
— Так не будет, Милле, — Лойву убрал кимейры в ножны. — Все будет иначе, по-новому…
Мильен выронила свои клинки и, сделав ещё пару шагов, повисла на шее у брата. Тоненько в голос зарыдала. Ллойву обнял ее, утешая.
— Мне так жаль! — Всхлипывала она, уткнувшись в плечо, — я скучала, правда, очень… Я хочу вернуться…
Дженве, наблюдая за этой сценой, повернулся к Меоке, распахнув объятия.
— А ты, воробушек? Скучал?
— Черт, Джев! — Выругался Меоке, складывая клинки. — Я просил не называть меня так. Когда ты запомнишь?
— Не стану, — примирительно прогудел Дженве, наступая на брата. Меоке нехотя позволил заключить себя в крепкие обьятия.
— Хорошо, хорошо, — выдавил он из себя, задыхаясь, похлопывая Дженве по спине. — Я тоже скучал.
Мильен вздрагивала всем телом в объятиях, изливая все напряжения последних дней слезами. Ллойву прижал ее крепче, вдыхая давно забытый запах духов, словно невесомый привет из прошлого. Дженве молчал, пережидая, пока Мильен успокоится. Молчал и Меоке.
— Вы видели отца? — Спросил он после паузы.
— Он покинул нашу беседу, — отозвался Ллойву. — Не пожелав ее закончить.
— Мы искали его, — всхлипнула Мильен, отрываясь, наконец, от брата, — но не смогли найти. Он словно исчез.
— Кажется, нас предали, — кивнул Меоке. — Наемники бежали, Дойванор куда-то пропал, а Таи Вайзе ведет сюда армию.
— Армию? — Дженве с неудовольствием прищелкнул языком. — Я думал, у папаши все под контролем.
— Было… Под контролем, — Меоке недовольно пожал плечами. — Пока отец не заключил союз с местным корольком. Кому-то это пришлось не по вкусу. Тиллу Гайо собрал свой союз среди недовольных. Я не совсем понимаю, кто сейчас за что борется.
— Нам нужно попасть в его кабинет, — спохватился Ллойву.
— Снова ищешь ответы? — Рассмеялся Дженве. Мильен молча поманила братьев за собой.
— Расскажи поподробнее, что за союз? — Попросил Ллойву Меоке, пока они поднимались по спиральной лестнице наверх.
— Я точно не знаю, — уклонился от ответа Меоке. — Знаю только, что кое-кто против всяких союзов с людью.
— Кто же?
— Тиллу Гайо, например.
— Как же он допустил, что Дойванор служит у отца? Я слышал, он стал зятем Советнику, — усмехнулся Ллойву.
— Стал, — Мильен фыркнула, поворачивая голову, как породистая кошка. — Поговаривают, он распускает руки… Тиллу прогнал его от себя… Он, наверняка, пожалел, что его зятем не стал ты, — Мильен улыбнулась хитро.
— Пусть он не беспокоится. Я сделал его дочь вдовой, — буднично заметил Ллойву.
— Это точно? — Ахнула Мильен.
— Точнее не бывает, — кивнул Ллойву. Девушка распахнула тяжёлую дверь кабинета перед братьями. Ллойву с замиранием сердца переступил порог. Советник сделал в этом кабинете точную копию своих апартаментов на Аст’Эллоте. Дженве присвистнул, оглядев дорогие переплеты на полках, множество милых сердцу вещиц. Взгляд его упал на четыре кимейра на почетном месте, на подставке.
— О, мои клинки, — Дженве радостно снял их с подставки. — Сними-ка мне эти штуки, братец. — Он погремел цепью. Ллойву молча бросил ему связку ключей. Пока Дженве возился с замками, Ллойву обошел кабинет кругом, любуясь коллекцией книг, затем подошел к столу, где разместилась карта Тангоры и раскрытый дневник с записями.
— Вот это важно, — Ллойву, достав из-за пазухи футляр с окулярами, склонился над картой. Меоке, со скепсисом наблюдая за братьями, тоже подошел к столу.
— С кем, говоришь, заключен союз? — Невзначай уточнил Ллойву.
— С тьярдом, сколько знаю, — отозвался Меоке.
— Они планируют сжечь все северные владения, включая Мели, — Ллойву поднял глаза на Дженве, посмотрел на него поверх окуляров. — А затем и Аст’Эллот…
Дженве подошел ближе.
— Почему ты решил, что это так?
Ллойву молча указал на карту. Искусно выполненные фигурки воинов окружили огромный залив, что стал новым приютом для острова.
— Нет, — Мильен несмело вмешалась. — Отец говорил, что мы лишь окажем помощь людям.
— Мы только немного помогаем, — кивнул Меоке. — Остальное они делают сами.
Ллойву сложил дневник и спрятал его себе за пазуху, как и окуляры.
— Отец сказал, что против действующего тьярда затеяли смуту, и мы должны помочь, чтобы сохранить мир, — продолжил Меоке, наблюдая за руками брата. Дженве нашел кувшин с водой и, наконец, утолил жажду.