Не своя война (СИ)

— Нет, — Дженве запустил руку в волосы. — Я незаметно снял его. Они не поняли, что произошло.
— Хорошо, — кивнул Ллойву.
— Это противостояние принимает странный оборот, — Дженве задумчиво повернулся на месте.
— Отец бы не стал сидеть, сложа руки. Им надо как-то выживать. Он принял сторону сильного соперника, вот и все, — заметил Ллойву.
— Думаешь таких много? — Дженве кивнул на Октис на столе.
— Нет, не думаю, — Ллойву отодвинул от себя Октис пальцем. — Они ушли малым числом с Аст’Эллота. Думаю, эти устройства можно пересчитать по пальцам. Только если люди не вошли в контакт с мастерами острова…
— Это врядли, — Дженве вернулся к столу. — Здесь нужна еще черная кровь. Кто-то дает ее добровольно.
— Мы можем выяснить все, — Ллойву поднял глаза на брата. — Если отправимся по следам.
Дженве задумался.
— Похоже, нам не избежать этой войны, да, братец? — Усмехнулся он.
— Мы можем поступить, как отец, руководить из тени, но не учавствовать в битве, — заметил Ллойву.
Дженве покачал головой.
— Я врядли так смогу. Через эти устройства могут многие погибнуть.
— Это людь. Они гибнут постоянно. От голода, от болезней, от усобиц… — Ллойву снял окуляры и положил их на книгу. — Наше присутствие или отсутствие ничего не поменяет. Исход, возможно, будет иным. Чаша весов склонится на сторону победителя, но кто-то всегда будет страдать. Это неизбежно.
— Ты предлагаешь просто смотреть? — Дженве взглянул на брата, словно увидел что-то новое для себя. Ллойву отвернулся.
— Я только хочу сказать, что если мы вступим в эту войну, то придется идти до конца. И оказаться либо победителями, либо побежденными. Разве за этим мы пришли сюда?
— Возможно, отец уже начал эту войну. А с ним и Меоке…И Мильен.
Ллойву поднял голову.
— Мне больно, так же как и тебе. Что если нам придется столкнуться с ними лицом к лицу? Что ты сделаешь?
Дженве стиснул зубы.
— То, что должен.
— Тогда вот тебе последняя задача, — Ллойву опустил взгляд. — Уверен ли ты, что примешь правильную сторону?
— Что с тобой? — Удивился Дженве. — Ты вел себя иначе на Аст’Эллоте. И здесь, едва мы пришли на континент. Что случилось?
— Наверное, я поумнел.
Дженве только смотрел, как тонкие пальцы теребят душку окуляров.
— Эта земля, Джев, жила до нас многие века. Она была разорена людьми и демонами, и каждый раз восстанавливалась. И люди снова отстраивали города и рожали детей, чтобы опять все уничтожить. Все это прошло без нас. И теперь установился хрупкий мир. Равновесие, если хочешь. — Ллойву похлопал ладонью по «Хронике». — Здесь все описано. Можешь прочесть на досуге.
— То есть ты считаешь, что нам лучше не вмешиваться?
— Да, считаю, — Ллойву кивнул. — Ты сам сказал, мы для них — почти боги. Боги не должны вмешиваться в дела людей.
— А это? — Дженве указал на Октис.
— Это необходимо пресечь, — Ллойву взглянул на браслет мирно лежащий рядом с книгой. — Это неправильно. Как и то, что асатры выступают на стороне тьярда. Они не должны делать этого.
— Если это так, как люди могут их остановить одни? — Дженве в порыве присел на колени рядом с братом, заглядывая ему в лицо. — Ответь! Если боги встали на одну из сторон, как это остановить?
— Ты разрываешь мне душу, Джев, — Ллойву попытался отвернуться. — Я не хочу войны. Нас только двое с тобой. Мы тоже не сможем повлиять на ход событий. Нас слишком мало.
— Ты сможешь, — Дженве стиснул руку брата. — Ты можешь все. Ты лучшее, что было у отца, но он так этого и не признал. Ты стоишь всех асатров вместе взятых, Ловкач.
— В тебе говорит безысходность, — улыбнулся Ллойву. — Я — все, что у тебя есть.
Дженве покачал головой.
— Отец всегда признавал твое превосходство. Он боялся тебя. Но теперь он думает, что мы мертвы. Что никто не помешает им делать здесь все, что вздумается. Они останутся безнаказанными, Ловкач. Что бы не сотворили.
— Джев… — Ллойву потер висок. Эта новая забота теперь отдавала в голову легким тиканьем.
— Мы справимся, если поможем друг другу.
— Джев… — Ллойву прочистил горло, взглянул на брата. Взгляд его светился уверенностью. Он все для себя решил. Ллойву вспомнил окровавленное его лицо в своих видениях. Дженве не справиться одному, что бы он не затеял. Он или погибнет, или сломается.
 
— Дай мне слово, что все свои шаги ты проговоришь со мной.
Дженве довольно пожал руку брату еще раз и поднялся.
— Вот тебе мое слово.
— Ты сказал, что взял у Валлара капли для сердца.
— Сейчас, — Дженве вышел, чтобы принести флакон. Вот война и перестала быть чужой. Ллойву вздохнул поглубже. Только бы хватило сил на нее.
  
Глава 9 в которой кошмар превращается в благо
 
Мели гудели и суетились, словно разворошенный муравейник. Слухи о нападении витали в воздухе, хоть и не были ни разу произнесены вслух. Ужин прошел в относительном молчании. Только дети никак не желали угомониться. Старик Вериго сверлил асатров глазами за ужином, но не сказал ни слова. Едва ужин был съеден, дети отправлены спать, а со стола убрали остатки еды, Джарий поднялся и ушел в свои комнаты. Туда же следом отправился и его кровный и двоюродные братья. Дженве скользнул взглядом по ним.
— Иди отдыхай, Ловкач, завтра у нас много работы.
— Ты хочешь идти с ними? — Ллойву поднялся.
— Возможно, мое мнение будет полезным.
— Хорошо, — И Ллойву отправился наверх, к себе. Его тянуло к книгам, но не к людям. Дженве наоборот хотелось общества. Особенно теперь. Мысли соскользнули на проводника. Где-то он теперь? Едва они въехали в Мели, Пивень как-то незаметно исчез, словно растворился, и никто о нем не вспомнил. Возможно, этот факт и послужил причиной нападения. Или, может, он пьет, не просыхая, растрачивая заработанное золото. Какая разница? Марисса больше не показывалась. А жаль. Ллойву хотел расспросить ее побольше о ее папе, который… Заранее знал, что Ллойву и Дженве попадут в Мели? Бред. Они и сами этого не знали.
Ллойву устроился на табурете возле единственного источника света в комнате. Канделябр со свечой был поставлен еще вчера. «Хроника» требовала внимания к себе. Он что-то упустил. И Ллойву погрузился в чтение.
Спустя время в дверь раздался стук, и вошел Дженве.
— Я к тебе, брат, — озабоченное лицо его не предвещало ничего хорошего.
Ллойву нехотя оторвался от чтения.
— Что-то решили?
— Джарий отправится к Грольсонам. Тот недалекий тан, помнишь? Который едва не обвинил тебя в колдовстве.
— Неожиданное решение. Почему? — Ллойву чуть улыбнулся, вспоминая произошедшее.
— Он хочет посоветоваться с его дядей.
Ллойву улыбнулся и снова обратился к книге.
— Видишь, они все решат без нас. Не обязательно нам участвовать в этом.
Дженве помолчал.
— Мне предложили ехать с ними, — сказал он после долгой паузы, словно бы опасаясь реакции.
— Ты согласился? — Ллойву замер. Он ждал чего-то подобного.
— Я хотел посоветоваться с тобой. Если я соглашусь, они и дальше будут рассчитывать на меня.
— Думаю, ты все решил для себя, Джев. — Ллойву склонил голову на бок. — Твое присутствие там даст нам информацию из первых уст. Ты сможешь оценить шансы на здравое решение. Или повысить их, при случае.
Дженве скорчил гримасу и прошел в комнату, чтобы сесть на край кровати.
— Я ждал этих слов. Все что я услышу, узнаешь и ты.
Ллойву кивнул. Не сказать, что он хотел вмешаться в этот конфликт, но чем глубже увязал в нем Дженве, тем сильнее затягивало и его.
— Прошу, будь осторожен, — Дженве почти с мольбой посмотрел на брата. — Я не смогу быть рядом какое-то время.
— Тебя не было рядом несколько оборотов! Я не умер, — возразил Ллойву с улыбкой.
— За тобой присматривал Валлар. И ты два раза был при смерти, — Усмехнулся Дженве. — Здесь, я даже не знаю, поймут ли, что с тобой. И что необходимо сделать.