Истинная для волка (СИ)

Да-да, о защите Рената знала всё, ибо не раз подходила к той черте в отношениях, когда пора бы уже. Изучала варианты, процент гарантий, но потом то срочные съёмки, от которых она не может отказаться, а потом оказывается, что парень не выдержал напряжения и спустил пар с другой. То в самый разгар прелюдии она вдруг осознавала, что это не тот мужчина, которому она готова родить ребёнка. И тогда её перемыкало: зачем всё это?
Потом, оставшись в одиночестве и придя в себя, она недоумевала: какой ребёнок? Ей двадцать три, вся жизнь впереди и надо брать от неё всё! Карьеру строить, скиллы прокачивать, а рожать уже ближе к тридцати. И что, оставаться в девственницах? Бред!
Но с инстинктами не поспоришь, а они требовали на роль партнёра кого-то надёжного, основательного, а не студента с педагогического или оператора в период междубрачья.
Так и жила.
Пока дева нерешительно мялась, раздумывая: бежать или всё-таки решиться на экстрим, экстрим сам нагнал её. Каких-то несколько шагов, и мужчина уже перед ней. Ноздри раздуваются, грудь вздымается, глаза сверкают — того и гляди сорвётся… Миг, и Ренату подхватывают сильные руки, голову кружит необычный, но такой приятный аромат. Терпкий, мужской, напоенный хвоей и мускусом.
— Моя! — густой низкий голос обволакивает всё её существо, гонит дрожь по жилам, воспламеняет кровь.
Мозг из последних сил посылает импульсы благоразумия: «Стой! Ты даже имени его не знаешь! А вдруг он маньяк? Вон, какой взгляд бешенный».
Взгляд и вправду не отображал признаков разумности (а что вы хотели от оборотня, встретившего свою пару?!), но так проникновенно смотрел, так смотрел…
Руки тоже даром времени не теряли: они вовсю гладили, сжимали, снимали… Так горячо, так чувственно, что Рената капитулировала. Имя не известно? Потом узнает, когда его губы расскажут о том, какими бывают сладостными поцелуи. Когда она испытает, каковы на ощупь его литые мышцы. Когда его плоть сольётся с её…
Каким образом его рука попала в карман кофты, он не помнил, как и тот момент, когда ладонь сжала что-то мягкое, упругое. Он автоматически вытащил найденное и поднёс к лицу…
Зато никто из них не забудет тот миг, когда до него дошло,чтоон нюхает! Страшный рык вырвался из горла, лицо исказилось, рот оскалился, а зубы… точнее челюсть принялась вытягиваться.
Клыки! У него совершенно точно выросли клыки!
— Мама! — заверещала Рената, переходя с высоких нот на ультразвук.
Это её и спасло — природный высокий голос, доводивший порой съёмочную группу до белого каления. Её хотели придушить, ей затыкали рот рукой, подушкой, кляпом, но она упорно продолжала тренировать связки, поя всё, начиная с оперных арий, заканчивая рок-н-роллом. Ария Плавалагуны особенно всех добивала.
Не выдержав звуковой атаки, подозрительный мужик отбросил грибы в сторону, заткнул руками уши, втянул шею в плечи и зажмурил глаза. С учётом более чем брутальной внешности, выглядело забавно. Но Ренате было не до смеха — пора было делать ноги!
Вот только кофта, с расстёгиванием которой никто не заморачивался, сковывала движения, ведь её попросту спустили с плеч на бёдра, дальше она соскользнула сама. Запнувшись, Рената упала.
— Что случилось? — Чей-то вскрик заставил её обернуться.
В глубине души она надеялась, что это Жора, организовавший розыгрыш и не учёвший мускулисто-зубастый форс-мажор. На худой конец какой-нибудь прохожий… в лесу, ага. Но к ней бежал ещё один полуголый мужик! Второй, третий, четвёртый… Они приближались с невероятной скоростью, ещё немного, и ей несдобровать!
Но вместо того, чтобы нападать на неё, как подумала Рената, они схватили своего собрата. Чёткими, техничными движениями заломили ему руки, один из мужчин заткнул взбесившемуся нос. Сами они, судя по озверевшим лицам, тоже старались не дышать. Задерживаться около неё не стали — быстро уволокли сопротивлявшегося изо всех сил товарища.
Рената сидела на земле и хлопала глазами. Что это сейчас такое было? Они сумасшедшие? Качки, пережравшие анаболиков до галлюцинаций?
 
Видя, что девица бездействует, один из мужчин гаркнул:
— Беги, пока цела! И грибы свои забери!
И поволок припадочного с остальными товарищами в воду. Совместными усилиями они макнули его по самые плечи.
Рената тоже мешкать не стала. Ещё бы — такой посыл! Трясущимися руками она сгребла опята преткновения обратно в карман, кое-как натянула кофту на плечи и со всех ног бросилась прочь. И бежала, бежала, пока в боку колоть не начало.
Недолго Жолана «наслаждалась» звуками странной песни. Вскоре та замолкла, а потом раздался такой вопль, что она, несмотря на беременность, подпрыгнула на месте.
— Милая! — к ней тут же подлетел Прас, подхватил на руки и с перепуга даже не заметил, что жена изрядно потяжелела.
— Что там опять такое? — раздалось недовольное ворчание из-под кибитки. — Жоль, это ты так верещала?
— Нет, конечно, у неё же средний голос, — Прас не выдержал столь вопиющей путаницы.
Впрочем, нового веса жены он тоже не выдержал и аккуратно опустил её на ноги.
— Видар, вылезь оттуда скорей! — запаниковала женщина. — С кем-то случилась беда.
Нехотя, ибо работы предстояло прилично, брат выкарабкался из-под кибитки.
— Слушай, недавно мы уже подбирали одну несчастную девицу, и что в итоге из этого вышло? — Видара до сих пор передёргивало от ситуации двухмесячной давности. — Она оказалась беглой рабыней, обокравшей хозяина на круглую сумму. Нас самих чуть не посадили, если бы не имя Праса и твоё положение.
Спор прервал треск кустов, из которых вывалилось нечто. В длинном, но тонком и вообще каком-то хлипком платье, странной бело-голубой обуви и безумным взглядом. Косы разлохматились, кофта сползла с плеч (на деле Рената её попросту не успела до конца надеть после страстных объятий полоумного незнакомца), а в руках были… мятые грибы.
Эффектное появление, нечего сказать.
Увидев нормальных (ну или, по крайней мере, полностью одетых) людей, а самое главное — женщину, Рената остановилась. Попыталась прислушаться, но стучавшая в висках кровь заглушала все звуки.
— Что случилось? — Жолана хотела подойти к девушке, но Прас не позволил ей рисковать.
Рената не услышала вопрос. Она продолжала озираться, лихорадочно размышляя: дальше бежать или попытаться попросить о помощи?
— Эй, ты что, глухая? — Видар не отличался особой деликатностью.
В этот раз Рената вопрос услышала.
— П-помогите, — она дрожащими руками попыталась натянуть кофту на плечи и застегнуть пуговицы.
Но руки тряслись, грибы мешали, ноги подкашивались, несмотря на то, что каблуки она сегодня даже не надевала. Пара неверных шагов, и она рухнула. Кончился запал.
— О, Боже! — воскликнула Жолана, тогда как Видар уже успел подскочить и подхватить сомлевшее тело незнакомки.
Красивой незнакомки, пусть и до чёртиков испуганной. От этого она выглядела особо привлекательно: огромные глазища орехового цвета, невероятной длины ресницы, идеальная кожа, подкрашенные глаза (значит точно не из простых, тем более беглых рабынь), приоткрытые губы, словно зовущие к ним прикоснуться…
Прикоснулся, только не к губам, а к не менее аппетитному телу. Горячему, волнующему, гибкому.
Вдали послышался протяжный вой. Волчий, от которого волосы встают дыбом и пробирает до костей.
— Ты от них убегаешь? — строго спросил Видар, обхватывая её своими крепкими руками ещё сильнее.
— Н-нет, — честно ответила Рената, пытаясь аккуратно выбраться из железных объятий. Что-то их сегодня слишком много. — Ко мне какой-то мужик начал приставать, а потом г-грибы понюхал и озверел.
Видар слегка ослабил хватку, но не отпускал.
— Эти? — парень кивнул на потерявшие свой товарный вид опята.
Рената их так и не выпустила из руки, хотя вообще об этом не думала.
— Д-да! — рука разжалась, останки грибов посыпались на землю. — Странно всё это. И страшно.
— Не бойся, я подозреваю, с кем ты столкнулась, — Видар подвёл дрожащую деву к костру и усадил её на расстеленное покрывало. — Жоль, поговори с ней, а то я в ваших бабских штучках не разбираюсь — опять наговорю лишнего и не так, как надо.