Истинная для волка (СИ)

— Свежий хлеб! Покупайте свежий хлеб! — надрывался грузный мужчина, стоявший около лотка со своей продукцией. — Калачи, баранки, пряники!
— Свежее молоко! — стоявшая неподалёку женщина в сером платье не отставала от него ни в нахрапистости, ни в горластости. — Только что из-под коровы!
И так им всем захотелось и того и другого! Они с Жоланой переглянулись и печально вздохнули.
— Ничего, сейчас договоримся насчёт места выступления да купим и хлеба и молока, — подбодрил их Прас.
Он надеялся, что в этот раз сильно цену ломить не будут. Как оказалось зря. Уж слишком много желающих оказалось в городе и все хотели выступить на главной площади. Дело могло закончиться чем угодно, вплоть до аукциона за главное место на площади, ведь к городничему подошли не только Прас с Гармой и прочими членами труппы, но и прямые конкуренты.
Все они толпились в приёмной. Там было так душно, что Жолану отправили вместе с дочерью Гармы и одним из парней на улицу, дабы той не стало плохо. По-хорошему, не стоило идти сюда всей толпой, но в такой ответственный момент могло случиться что угодно, лучше быть вместе, мало ли.
Народ толпился разношёрстный. Кто-то здоровался, кто-то отворачивался и не желал знаться, а кто-то даже принялся подкалывать друг друга. Особенно прошлись по Гарме, стоявшей рядом с Прасом, мол, совсем у них всё худо, раз пришлось объединяться и делить потом гонорар. Правда, одного взгляда грозной «Атаманши» в сторону генераторов оригинальных идей хватило, чтобы они резко захотели сменить тему
И тогда они перешли на новенькую, ведь та имела несчастье отойти от своей компании, дабы подышать свежим воздухом из открытого окна. Слишком душно. И много немытых тел вокруг.
— Смотри, какая конфетка, — обратил на неё внимание высокий худой мужчина с вислыми усами. — Я бы на месте городничего её пощупал.
— А я бы и после него не отказался попробовать, — похабно хмыкнул второй — чуть пониже, но такой же худой и вислоусый приятель.
Рената честно пыталась вести себя скромно и тихо, но… не смогла. Попаданка была не из тех, кто сидит в углу и ждёт принца, который её спасёт. О нет, она скорее сама заработает на коня, доспехи и копьё, сядет верхом, всех порубит и уедет в закат при полном параде. А уж где там король её сердца ошивается — Бог знает. Если хватит прыти — пусть догоняет!
Фигурально выражаясь, конечно, но характер у девы был боевой. Да и знала она, что не одна, и в случае чего ей помогут. Пусть, не принцы на белых конях, но соратники по будущей концертной деятельности.
— А вас мама не учила, что обсуждать человека в его присутствии — признак недальновидности? — невинная улыбочка тронула губы. — А вдруг он вас услышит и захочет ответить.
На её голос все встрепенулись. Начиная с Видара и братьев Гармы, которые дружно сохли по красавице, заканчивая посторонними, которым скучно было просто так ждать приёма.
— Это тебя, похоже, не учили родители, как разговаривать с мужчинами, — хмыкнул низкий, пока высокий отходил от наглости.
Как так, какая-то девица смеет ему указывать, как себя вести?!
И до того паскудной была его ухмылка, что Ренате стало противно.
— С мужчинами, — она сделала особое ударение, дабы показать, что не считает своего собеседника таковым, — уважительно.
Похоже, её сарказма не поняли.
— Что ж ты плохо слушала? — двинулся было к ней вислоусый, вот только не учёл один момент.
Девушка не была одна. И с нормальными мужчинами действительно общалась уважительно. Разумеется, эти самые мужчины не могли допустить, чтобы их принцессу кто-то тронул.
Кто же тогда будет петь главную партию?
Шутка, конечно же, о выступлении они думали сейчас в последнюю очередь.
Но конфликту не дали развиться. Скрипнула дверь, выглянул помощник городничего, отчего все встрепенулись. Гарма стояла в первых рядах, подталкивая в спину Праса, дабы тот посветил лицом.
Сработало. Увидев лицо хорошего, но скромного певца, мужчина махнул ему рукой:
— Твоя очередь.
Каково же было его удивление, как вместе с ним пошла Гарма с мужем и Рената. Братья с Видаром остались караулить под дверью, заодно продолжить занимательную беседу о правилах хорошего тона при общении с незнакомыми девушками.
 
Городничему идея коллаборации и необычной постановки в новом жанре очень понравилась. Рената с Прасом даже спели общую песню, окончательно покорив мужчину. Полного, важного, где-то чванливого, но в то же время хваткого и умного. Он мигом понял перспективу и даже не стал сразу брать «аренду», запросив процент от выступления. Не такой уж великий — десятую часть, что казалось вполне разумным… до первой прибыли. Ох, как потом было жалко отдавать ту груду монет, что они заработали! С другой стороны, довольный городничий — хорошие отношения в будущем. Тем более что он обещал протекцию княжескому церемониймейстеру…
С премьерой затягивать не стали. На уже имеющихся в центре площади помостках ребята принялись споро возводить декорации. Хотя, декорации — громко сказано. Лес, состоявший из нескольких довольно условных макетов деревьев для первой сцены. Трон с парой напольных канделябров для дворцового антуража. И, конечно же, рама со шторами, имитировавшая окно, из которого Принцесса будет слушать серенаду. Ну и ширма, за которой разбойники превращались в стражников и обратно.
Ничего сверхъестественного, зато мобильно и недорого!
Последние несколько репетиций показали, что с ролью чтеца, а впоследствии Гениального Сыщика лучше всего справлялся… Видар. Пусть, у него не было певческого таланта, зато зычный голос разносился далеко по округе, а единственная песня Сыщика не отличалась особой музыкальностью. Тут он брал харизмой, ибо так вжился в роль, будто и впрямь нюх у него был, как у собаки, а глаз, как у орла.
Посему именно он зазывал почтеннейшую публику на представление, а после начал повествование, в котором Глупый Король и Прекрасная Принцесса, высунувшись из условного окна, смотрели представление «зверей». А уж те разошлись: ходили на руках, тягали гири, метали ножи и играли на колёсной лире. То есть, по сути, занимались своими обычными делами, если бы выступали самостоятельно. А что, удобно и народ привлекает!
Учитывая, что Видар сменил роль, пришлось задействовать и Ольшану — дочку Гармы — в роли петуха. И та на удивление согласилась. Ведь ей так нравилась и сама Рената и её необычный репертуар!
Великие песни, взрастившие миллионы детей России и иже с ней, пришлись по душе жителям Старограда. К концу второго акта народ уже вовсю подпевал «Ничего на свете лучше нету» и радовался тому, что Принцесса таки сбежала из дворца вместе с голодранцем-Трубадуром. И, странное дело, совершенно немыслимый для местных сюжет был принят на ура! А ведь здесь большинство мечтало больше о том, как приблизиться к князю, к большим деньгам, а не вот это вот всё.
То ли никто особо не вдумывался в смысл, то ли взыграл внутренний авантюризм, но народ проникся. Столько денег, сколько за сегодняшний вечер собрал Видар и Ольшана, ходившие с шапками по зрителям, они не видели никогда. Даже за неделю активной работы столько не набиралось! Шапки наполнились буквально за пару минут. Пришлось бежать обратно, ссыпать монеты в мешок и возвращаться к зрителям, которые в нетерпении и каком-то экстазе уже швыряли деньги на помост к ногам Ренаты, Праса и их друзей — «животных».
Это был грандиозный успех! О представлении говорили все, от дворников до именитых купцов и даже родовитых бояр. Кому-то доложили служащие или домочадцы, кто-то сам попал, случайно проезжая мимо и заинтересовавшись ажиотажем.
Артисты не верили своему счастью. Теперь они могли себе позволить и комнаты в гостинице, и обильный ужин, и выпивку, и прочие радости души и тела. Рената особенно отрывалась, совершив на следующее утро набег на рынок и закупив там всё, начиная с одежды, заканчивая расчёской, косметикой и, конечно же, палочками для чистки зубов. Куда без этого?!