Повелитель Теней. Том 4 (СИ)

А на горизонте виднеются мрачные развалины местного форта, выглядящие как гнилые зубы в пасти великана.
Ох, ну и сравнения, конечно.
С другой стороны — не мы такие, а наш мир такой.
Я даже усмехнулся.
«Наш мир».
Давно ли Аурхейм стал и моим миром?
Как-то довольно быстро мои предположения о том, что на Земле уже «все пропало» превратились в неспешное изучение этого мира и бессознательное оттягивание возвращения.
А с другой стороны — что меня там ждет?
Родители мертвы, знакомых и друзей, за которых бы я переживал — нет.
Разве что Геката…
Хитрожопая комбинаторша, к которой есть определенные вопросы.
Но задавать их, я уже решил, буду лишь тогда, когда стану сильнее.
А потому…
Закрыв глаза, я обратил свой взор на астральное пространство и принялся перенаправлять потоки маны из пробитого Внешнего Барьера в свои магатоки, что отразилось на мне легкой эйфорией…
И появлением огромной «зубочистки» салатового цвета.
Невесомой, но смертоносной и ужасающе разрушительной магической хреновине, о природе создания и воплощения которой я и не подозревал до тех пор, пока оболочка моей души не была повреждена.
А теперь, выходит, часть «генетически» заложенных во мне знаний просачиваются наружу и могут быть использованы.
Я посмотрел на своих спящих соратников, размышляя над тем, стоит ли запустить Копье Лилит в форт Таут и уничтожить его «с дальней атаки».
Достоверных сведений о том, что Копье долетит, у меня нет.
Но и в прошлое его применение не сказать, что я имел разряд по метанию копья, а все же результатов своих добивался.
Рискну предположить, что это оружие имеет что-то вроде механизма самонаведения на ту цель, которую я намерен поразить.
И помешать этому может разве что существо, которое посильнее простого разумного.
Например, черный дракон.
— Или Бог.
Или Бог, да, спасибо за подсказку сухой как жердь мужик с вытянутым лицом и пижонской бородкой, одетый в блевотный зеленый кафтан.
— Предпочитаю считать его цвет темно-изумрудным, — негромким бархатистым голосом, богатым на обертона, произнес незнакомец, стоя рядом со мной и любуясь красотами озера. — Порой я забываю о том, как же красива природа в мирах смертных…
— Бывает, — как-то даже не нервирует меня то, что он взялся из клуба черного тумана, который от него же и исходит сейчас. — Раков будешь? Еще парочка осталась. Но выпивки нет.
— Благодарю, — он даже не попытался улыбнуться. — У тебя же есть божественное вино. Но эти мутанты не лучший выбор для закуски под алкоголь такого, не побоюсь этого слова, высочайшего рода.
— А мне зашло, — пожал плечами я. — Вкуснятина. Хоть и просто с солью отварили.
— Просто я не люблю живность из пресных водоемов, — пояснил мужчина. — Но, если добудешь меченосного осетра у берегов Мертвого Залива, позови, расскажу парочку секретов его приготовления. Потом спасибо скажешь.
— До или после того, как я буду тебя убивать? — уточнил я.
— Догадался? — на его лице появилась легкая улыбка, видимая лишь благодаря тому, что он повернулся ко мне и попал под свет костра.
— У меня не так много знакомых, которые залазят в голову и подхватывают мои мысли, — зевнул я. — Ты, Ликардия, да твоя бывшая. И доставляет же вам удовольствие копаться в моих мыслях.
— Они откровеннее слов, — пояснил Искариот. — Льстивые речи имеют свой шарм и туманят сознание, играют на алчности, амбициях. А мысли собеседника… Это чистейшее полотно, которое не может обмануть.
— Да ну?
— Если знать как копаться в чужой голове — да.
— Научишь?
— Ты этого не выдержишь, — вздохнул Аггел.
— Твоя бывшая тоже самое говорит про перепихон между нами, — хмыкнул я, следя за его реакцией.
— Элли… — Бог-Изгой бросил взгляд на спящую драконессу. — Она не лжет. Для людей близость — это нечто мимолетное, простое. Потому что ваши души примерно уравновешены. Чем сильнее сущность, которой ты намерен обладать, тем больше шансов, что твоя душа выгорит от потоков энергии, испускаемых партнером. Так что, да, тебе нужно вплотную заняться своим усилением, если хочешь…
 
— Мужик, ты в себе, вообще? — не выдержал я. 
— Да, — невозмутимо ответил он.
— Ты мне советы даешь о том, как трахнуть твою жену!
— И что тебя смущает?
— Не вижу у тебя на глазах очков, жирного пуза и клички в честь породы собаки, чтобы быть самым известным куколдом.
Бог-Изгой негромко рассмеялся.
— Скорее всего ты не поверишь, но я желаю ей счастья. 
— Какой догадливый — не верю. Хотел бы — не убил ваших детей.
Веселье слетело с его лица.
— Значит, она рассказала?
— А то ты не в курсе?
— Я не лезу в глубинные воспоминания, предпочитаю в разговоре обходиться поверхностными.
Мой тяжелый вздох вызвал у него усмешку.
— Понимаю как много противоречий на тебя свалилось, Практик. Это часть твоего восхождения к Теням.
— Ты сейчас вообще ничего не прояснил.
— Поймешь со временем. Быть Практиком — значит познавать себя путем проб и ошибок. Разум — то, что не позволяет нам пасть в безумие. Любопытство — то, что толкает нас вперед. Долг — то, что не дает свернуть с намеченного пути. Баланс этих качестве — величие. Нарушение баланса — безумие.
— Вот ты достиг этих качеств, и что? Дважды предатель, детоубийца, со своей женой поступил как последняя мразь… Не-не-не, — погрозил я ему пальцем. — Не говори. Я угадаю — у тебя не было другого выбора.
— Это не догадка, — сказал он. — Это понимание пути, по которому я пошел.
— Ради чего?
— Ради человечества.
Ага, так он и говорил, когда высших демонов вырезал.
— Стоило того?
— Стоит ли переступить через лжецов ради того, чтобы выбраться из вселенского механизма и стать повелителем своей судьбы? — уточнил тот. — На мой взгляд — да. Ты тоже это поймешь, когда осознаешь, что все вокруг лгут. Но не принимают, когда ты лжешь им в ответ.
— Про лицемерие мне не нужно рассказывать, полными ложками уже насытился. И на Земле, и здесь…
— Именно поэтому Геката выбрала тебя для нашей игры.
— Ах вы уебки стремные, — спокойно выдал я, почему-то понимая, что оскорбление останется без последствий. — Так и знал, что все со мной происходящее — не просто так.
— Это замысел Создателя, — сказал Аггел. — Мы же… Мы лишь корректируем его так…
— Как нужно вам?
— Это нужно всему человечеству, — посерьезнел Аггел. — Сейчас ты этого не понимаешь…
— Потому что молод, глуп и не видал больших залуп?
— Потому что ты еще не встал окончательно на путь Практика, — невозмутимо произнес Бог-Изгой. — Для тебя это какая-то игра, проверка себя на прочность, попытка доказать, что ты, слабейший из всех, но станешь великим. Я… Да все великие Маги Теней начинали так. 
— Любопытство?
— Оно самое. Чем умнее человек — тем больше он достигнет. Чтобы взобраться на гору, недостаточно только иметь снаряжение и желание.
— В этом мире хоть кто-нибудь говорит прямо? — уточнил я. — Реально, начинают бесить ваши иносказания.
— Я бы и рад сказать все прямо, — признался Аггел. — Но есть правила, которые даже я не могу нарушить.
— Изгой, который не послал социальные нормы в задницу? — усмехнулся я. — Интересный ты мужик, Аггел. Но ссыкун, раз приходишь сюда тогда, когда твоя благоверная спит.
— Это лишь аватар, — признал он.
— А чего не синий и без хвоста?
— Это аватар личности Бога, — уточнил Иуда. — Сам же я… В другом месте.
— То есть я не дорос, чтобы общаться с тобой лично?
— Тебя просто выжжет Магией Теней.
— И вот он я, вроде бы и крепок, но все равно сосунок, — усмешка вышла грустной. — А читов в этой вашей игре не предусмотрено?
— Я сделал для тебя уже все, что могу на начальном этапе, — сказал Аггел. — Элли, Паладин, Гарпии, Корделия, Люция, Олегус…
— И гарпии.
— Это ты уже сам.
— А Лаурель?
— Это тоже твоя самодеятельность.