Повелитель Теней. Том 4 (СИ)

Я уже ничему не удивляюсь.
Но и в разведку девчонок-гарпий тоже не отправляю — подбить их мифриловыми стрелами довольно просто.
А стрелы эти…
Передав поводья Эллибероут, я потянулся к колчану со стрелами и вынул одну из эльфийских «пуль средневековья», принявшись рассматривать наконечник.
Фратер перед выездом, с горящим взором, сообщил мне, что наконец-то разобрался в причинах, почему легкие мифриловые стрелы наносят такие страшные повреждения.
При том, что в них не заключена никакая магия.
А ларчик-то просто открывался.
Но от этого факта я меньше материться не стал.
Эльфийские наконечники на стрелах… поражают не только металлом.
Но и каким-то образом формируют впереди себя воздушный «кулак», который и наносит такие страшные повреждения.
А вот на вид они мало чем отличаются от наконечников, которые куют люди, например.
Разве что больше размером.
Какая-то странная срань получается.
Но Люция утверждает, что все именно так — Фратер при ней провел контрольные отстрелы и благодаря сверхчеловеческой реакции высшей вампирши, подобный феномен удалось запечатлеть.
Делали они это в тайне от остальных, якобы просто тренируясь в стрельбе из эльфийского лука.
Который тоже нихрена не прост в освоении, оказывается.
Эльфийский наконечник для стрельбы по людям больше размерами чем металлический на человеческих стрелах, но при этом легче.
И в то же время стрелу практически не сносит ветром, а повреждения она наносит такие, будто в упор из дробовика картечью пальнули.
Причем, не важно — дерево это, камень, плоть или кость — она сработает практически одинаково на каждый из материалов.
Злоебучая загадка длинноухого народа.
Что ж, пора использовать двух ближайших великовозрастных дамочек, чтобы прояснить ситуацию.
Может они чего интересного знают.
Впрочем, это даже не план — надежда.
Потому что Люция говорила, что в Последнюю Войну и позже вообще никто не задавал таких глупых вопросов.
Отговорка одна — мифрил, ептыть, чудо металл.
И все, живи с этим.
— И почему эта срань такая смертоносная?! — не выдержал я, разочарованный своим непониманием.
— Мифрил, — коротко ответила Эллибероут.
Как будто это все поясняло.
На дракошу у меня были большие надежды.
Как-никак, а ее братия поумнее нас, смертных, да и более осведомленная в различных вопросах.
— Да, стало понятнее, — поморщился я.
— Дракоша наша скорее всего хочет сказать, что эльфы по-разному обрабатывают мифрил, — зевнув, сказала Ликардия. — Потому и поражающие свойства у клинков, например, отличаются от таковых у стрел. Мы с Лаурель сделали такой вывод, когда сравнивали металл наконечников и клинки мечей, кинжалов… Не смотрите на меня так — мы с ней не только о комбинациях разговаривали, — хмыкнула Ликардия. — Мы же воительницы, как-никак. И да, предрекая обоснованный вопрос почему никто раньше не задавался решением такой проблемы, могу сказать, что в Последнюю Войну такие наконечники появились уже тогда, когда армии союзников вступили на территорию Гиблых Земель. Нежить ими уничтожать попроще будет, чем обычными стрелами.
Больше вопросов возникает после того, как Ликардия дает ответы.
Ну или просто Лика.
После того, как мы сломали дубовую кровать, думаю, имею право на то, чтобы сократить ее высокопарное имя.
— Ничего не понял, но звучит опасно.
— Хвостатая, не хочешь поделиться мудростью? — спросила Ликардия, явно провоцируя драконессу.
— Не перегибай, — одернул я Вестницу.
— Не защищай, — посоветовала драконесса. — Однажды она спровоцирует меня и наградой за этот глупый поступок будет ее забвение.
— А получится? — лениво поинтересовалась Вестница, за что получила поджопник рукой. — Ох, опять эти ваши дипломатические нежности.
— Мы члены одного отряда! — напомнил я. — Собачиться между собой — не дело. Вредит общим целям.
— Членов в отряде у нас всего три, — поправила меня Ликардия. — За мохнатенького и рыцаря я биться не буду, а вот твой мне подходит. Прекрасно входит и выходит… Ай! Ты серьезно?!
 
— Вполне, — ответил я, продолжая за ухо ее оттягивать от себя. — Посиди рядышком и подумай над своим поведением.
— Ее не перевоспитать, — фыркнула драконесса. — Бездушное существо не имеет представления о морали и чести…
— Урок нравственности я не заказывал, — Эллибероут поджала губы, уязвленная тем, что и ей тоже досталось. — Хотелось бы послушать насчет разницы в обработке мифрила. Лаурель не знала в чем загадка убойности ее стрел. А я по себе помню, что они куски тела как тараном поражают. Да и у Фратера остались сходные воспоминания.
— Возьми кинжал и сравни поверхность мифрила, — сухо посоветовала драконесса.
Ну и хрен с вами, обиженки-мороженки.
Вынув эльфийский кинжал с переделанной для удобства человеческой руки рукоятью, я стянул перчатку доспеха и провел по телу клинка.
Хм, гладкий как зеркало.
Острие — как у бритвы, даже «Пожиратель Душ» более «затупленный», но, как мне объяснили, только эльфы, благодаря запредельной прочности мифрила, делают колюще-рубящее оружие с подобной заточкой.
Люди же более традиционны в подобном подходе и их оружие, хоть так же и предназначено для колюще-режуще-рубящих ударов, все же больше походит на острие ножа, которое необходимо «поправить» на точильном круге.
У гномов оружие более острое, чем у людей, но не до маразма, как у эльфов — ибо их клинки и доспехи создаются из сплавов многих металлов, а не как у людей.
Звучит так, будто народ рудокопов пытается металлургическим способом подобраться к крепости мифрила, но пока не получается.
Учитывая, что залежи этого металла не найдены нигде, где не проживают эльфы (даже в Восточной Провинции, которую они некогда занимали), то возникает еще несколько вопросов к длинноухим.
Наконечник стрелы же…
Да, он острый — хоть брейся им.
Он легкий и с виду такой же полированный как и металл клинка, но если внимательно его трогать, то можно заметить определенную шероховатость поверхности.
Как если бы сравнивали поверхность глянцевую и матовую.
— И… В чем суть?
— Никто точно не знает, — взяла слово Ликардия. — Но сходятся во мнении, что из-за разной обработки металла эльфы каким-то образом предают мифрилу разные же свойства. Прочность у него выше, чем у человеческой стали и гномьих сплавов, но вот доспехи и кольчуги пробиваются лишь магическим оружием, вроде «Пожирателя Душ», или самим же эльфийским. А стрелы… На скорость их полета влияет натяжение ээльфийских луков. Усилия, которые прилагает человеческий лучник для стрельбы из своего оружия намного меньше, чем то, что тратить эльф для выстрела.
— Угу, а шершавый наконечник собирает воздух перед собой и превращает его в «воздушный кулак», — хмыкнул я.
— Это наиболее правдоподобное объяснение, — сказала Эллибероут. — Эльфийские стрелы летят дальше, быстрее и более смертоносны, чем человеческие или гномьи.
Ага.
Аэродинамика вышла из чата.
— По крайней мере полурослики пытаются с этим бороться, модернизируя наконечники так, чтобы они причиняли ужасные раны, — сказала Ликардия. — У Слуги были гномьи наконечники для болтов. И они, при поражении цели, разворачиваются как цветочный букет, нанося страшные раны.
Приехали!
У гномов экспансивные наконечники для стрел?
— С плотностью их сплавов подобное более чем реальность, — добавила Эллибероут. — Что всегда и бесило гномов — они лучшие металлурги и оружейники в Аурхейме, но эльфы каким-то образом их превосходят.
— Только если с помощью магии, — уверенно заявил я. — Иначе мифрил — откровенно читерский металл.
— Поэтому за ним и охотятся многие люди, — сказала Ликардия. — Да и гномы. Да и вообще все, кому это интересно. Наш рыцарь, — она указала на Фратера, красующегося в своих блестящих эльфийских доспехах, — практически неуязвим в своем доспехе для обычного оружия. А вот эльфийское…