По - другому (СИ)
Процесс запущен. Я приглашаю Ангелину отметить такое значимое событие вкусным кофе или чаем и десертом. Звоню родителям поделиться радостной новостью. В понедельник я получу предложения по ипотеке и список необходимых документов на её оформление. Хотя, зачем ждать — сразу переговорю с девчонками в бухгалтерии, уж они точно подскажут, что может потребоваться.
Ангелина отказывается от соблазнительного десерта, заменяя его на полезный салат, и аргументирует свой выбор тем, что празднование мы устроим позже уже по поводу новоселья и в самой квартире. Я соглашаюсь и с ощущением полноты сделанного большого шага чокаюсь с ней гладким бочком кофейной чашки.
После кафе мы вместе едем к риэлтору. Оформление проходит без накладок. Хозяевами квартиры оказываются молодожёны, которым она досталась в наследство. На продажу они решились в связи с переездом в другой город. Девушка с гордостью смотрит на своего мужа и поясняет, что его повысили в должности, но с переходом в новый филиал компании. Я догадываюсь, что им нужны свободные деньги и нужны в сжатые сроки, поэтому они не стали задирать цену, что мне только на руку.
Когда Ангелина подталкивает меня под локоть и указывает на документ передо мной, я понимаю, что слишком пристально и долго разглядываю блестящие обручальные кольца улыбчивой молодой пары. Хорошо, что я не успела подобрать вариант для себя. Я беру ручку и смотрю на ободок, оставшийся на коже от кольца, которое Марк надел мне на палец, когда я прохохотала «да-да-да!» на той яхте, где была так безудержно счастлива совсем недавно. Надо отменить запись на регистрацию. Хотя… пусть об отмене озаботится Марк.
Мы прощаемся, выражая надежду о скорой следующей встрече. Ангелина уезжает домой, а я еду к Алике. На всякий случай, утром, я кинула в сумку зубную щётку и сунула во внутренний карман смену белья. Позаимствовать футболку или пижаму у подруги — не проблема. Я ещё не решила, останусь ли у Алики с ночевой. Определюсь по ситуации и степени откровенности, на которую смогу настроиться.
Глава 6
Алика
Алика не спрашивая открывает в ответ на мой звонок по домофону. Каждый раз попадая в огороженный двор её дома, я восхищаюсь продуманностью планировки. Ухоженные дорожки и газоны, яркая детская площадка для малышей, беседки, спортивная зона, многоярусные клумбы. В таком дворе наверняка любят гулять и дети, и взрослые. Ловлю себя на далеко не новой мысли, что мне нравятся современные дома с удобной инфраструктурой, когда всё под рукой, красиво, функционально и для людей. Маринка любит повторять, что богачи с жиру бесятся, а у самой глаза горят, когда я приезжаю в новых сапогах, купленных не на рынке. Алика просто не представляет, что можно жить иначе. Я сама родилась и выросла в семье со средним достатком в понимании Маришки и нищей с точки зрения Алики. Про себя с уверенностью могу сказать, что, если у меня будет в будущем возможность переехать в такой жилой комплекс, я сделаю это, не раздумывая и не воспевая романтику стеснённости в средствах или наигранно отворачивая нос от прелестей обеспеченной жизни. И в то же время, в настоящий момент, я искренне рада своей первой скромной квартирке. Она моя. Она — шаг для меня в достижении целей и осуществлении желаний.
Алика встречает меня в дверях. Намётанным глазом подмечает и синяки под глазами, и моё осунувшееся лицо. Она протягивает ко мне руки. Я шагаю в её объятия. Она сочувственно вздыхает: «Ах, Лиза-Лиза, ну как же?» Её слова и интонация звучат так, словно это я накосячила. Я знаю, что никому не объяснила причину разрыва, но она же моя подруга и априори должна быть на моей стороне. Я останавливаюсь и ограничиваюсь пожатием рук, без обниманий и утыкания в плечо. В тысячный раз корю себя за разросшуюся во мне стену отгораживания от людей, которые пытаются меня поддержать.
Мы проходим в комнату Алики. Она усаживается по-турецки на кровати и хлопает по матрасу рядом с собой. Я опускаюсь полубоком, поджимая под себя одну ногу.
— Лиза, на тебе лица нет.
Я усмехаюсь.
— Вы же пожениться собирались, — напоминает Алика. — Что произошло?
Я мешкаю. Разглаживаю покрывало, поправляю волосы. Алика накрывает мою руку своей ладонью и останавливает бессмысленные движения.
— Расскажи и станет легче, — она пытается поймать мой взгляд.
Я вздыхаю.
— Марк согласился уступить меня на время своему приятелю в обмен на сделку по работе, — каждое слово даётся мне с неимоверным трудом. Легче не становится.
Алика обдумывает сказанное мной.
— Лизунь, а как у вас в плане секса — всё активно?
— Что ты имеешь в виду? — я смотрю на Алику и убираю руку к себе на колени.
— Ну ты и сама понимаешь, что мужчину нужно держать в тонусе. Разнообразие и фантазия. Нельзя допускать, чтобы ты ему приелась.
— Алика, к чему ты клонишь? Что я ему наскучила? Тогда зачем оставаться со мной и одновременно толкать меня к другому?
Подруга придвигается ближе.
— Лиз, — меня передёргивает это этого обращения. — может, ты неправильно поняла? Возможно, Марк не тебя к нему толкал, а пробовал впустить к вам двоим новое лицо, чтобы ваш огонь вспыхнул ярче?
Я просто сижу, округлив глаза. Алика не ждёт, когда я переварю её предположение и начинает частить:
— Я помню наш поход в клуб прошлым летом. Марк завёлся от твоих танцев, а я сама завелась, глядя на вас. Я хотела предложить вам устроить для Марка приват-танец. Чтобы показать, насколько заразительна ваша страсть. В духе смотреть, но не трогать. Мы бы все получили новые ощущения, но вы тогда были слишком увлечены друг другом.
— Такой третий за стеклом? — я пересаживаюсь, опуская обе ступни на пол.
Алика же, наоборот, подбирает под себя ноги и упирается коленками в кровать.
— Для подруги я бы расстаралась, не сомневайся.
Не сомневаться больше не получается. Я почему-то уверена, что мы не просто так съехали в эту сторону в разговоре, который меня коробит.
— Тебе нравился Марк? — спрашиваю Алику, позволяя внезапным мыслям сразу срываться с языка, без раздумий.
Пауза в несколько секунд отвечает за Алику. Я ещё не отошла от выходки Марка, чтобы слишком поразиться новому открытию.
Алика поджимает нижнюю губу перед тем, как начинает говорить.
— Мне больше нравилась его увлечённость тобой. Как у него блестели глаза и как он вставал в стойку на тебя.
— Ты же никогда не была обделена вниманием мужчин, — произношу я, отмечая появившуюся в Алике суетливость. Она всегда уверена в себе, снисходительно не спешна. Сейчас же она ёрзает и постоянно меняет положение рук.
Алика спрыгивает с кровати, хватает меня за руку и тащит на кухню.
— Пойдём пить чай. Я как раз заварила перед твоим приходом.
Я следую за ней. Она достаёт чашки. Я сажусь на стул.
— Знаешь, я вижу, когда интересуются мной самой или деньгами моего папули, — Алика достает конфеты и ставит их на стол. — Извини за прямоту, но деньгами ты похвастать не можешь, а значит привлекла парня сама по себе. Я даже поверила, что бесповоротно.
Меня царапает её последнее слово. Я снова не даю себе время обдумать и иду на поводу ощущения:
— И долго ты не верила?
Алика зачем-то взбалтывает заварку, приоткрывает крышку, принюхивается и ставит чайник на место.
— Долго, — она наконец-то разворачивается ко мне лицом. — Лиза, ты и сама наверняка удивлялась, как у вас всё быстро и гладко получилось. Будто вы сто лет знакомы, — она издаёт сдавленный смешок. — Безупречность напрягает и не вызывает доверия.
— Когда же ты изменила своё мнение и почему? — я вижу, что Алика нервничает, хотя пытается делать вид, что это не так. — Алика, между мной и Марком всё кончено. Если ты знаешь что-то ещё, можешь рассказать. Но я и без дополнительных подробностей знаю, что ошибалась на его счёт.