По - другому (СИ)

— Досадное недоразумение с утренним кофе, — спокойно поясняет Ярослав.
— Надеюсь, вы не обожглись, — неумолимо начинаю краснеть, вспоминая наш с ним кофе в постели.
— Пострадали лишь моя рубашка и часы. Температура была…обволакивающей, — он лишает меня дара речи, прямо подтверждая, что тоже всё помнит. — Благодарю за вашу внимательность. Она отличает вас и в работе, — он обводит взглядом притихших коллег. — Продолжим.
Я ухожу с первым потоком, вливаясь в очередь на выход из конференц-зала. Сегодня намеренно не оттягиваю момент ухода. Решение принято. Мне не нужно завлекать его дополнительно. Мне хочется быть завлечённой. Хотя этот шанс, с большей вероятностью, безвозвратно упущен. Но я вновь разыграю карту притяжения. Только при любом исходе мне нужно не пережить, а прожить и прочувствовать то, что произойдёт.
Как мало я знала о нём на том первом судьбоносном собрании. Насколько больше знаю теперь. Он всё также один из владельцев нашей фирмы. Газет, пароходов и всего остального, что туда прилагается. Меня это по-прежнему не касается. Ему тридцать один. Предпочитает хороший коньяк. Любит плавать, бегать и водить автомобиль. Над верхней губой у него шрам от кошачьих когтей. Он не женат и детей у него нет. Я хочу быть его девушкой. И какое-то время, мне кажется, что он не просто тоже этого хотел, но и считал так. Отношения с ним сложно классифицировать. Я хочу подняться и стряхнуть прилипшую личину не-себя. Разорвать её до основания.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Покидаю кабинет с железной уверенностью, что он смотрит мне вслед. Определённо. Высокая кофейная температура окутывает меня с ног до головы. Я даже принюхиваюсь, не пахнет ли ароматными зёрнами.
Не задерживаюсь после окончания рабочего дня. Заставляю себя доделать разбивку мероприятий на два грядущих события. Отправляю Ксении на доработку по временным отрезкам, фамилиям, замечаниям. Не пишу ничего отвлекающего, хотя мой блокнот продолжает пестреть знакомыми и новыми цитатами. Работа на ум не идёт, но принудительное «нужно» выигрывает у «не хочу».
Я не проверяю, собирается ли Ярослав. Не уточняю окольными путями, планирует побыть ещё в офисе или уже уехал. Поднимаюсь, надеваю сброшенные туфли — сегодня это те же самые, что и два месяца назад, но уже без последствий, мозолями не чреваты. Иду в туалет. Поправляю макияж, освежаюсь влажными салфетками. Расчёсываю волосы, до пощёлкивания, и заправляю короткие пряди за уши, полностью открывая лицо. Растираю каплю парфюма запястьями, прикладываю их к шее и вискам. Провожу под носом. Делаю глубокий вдох. Хорошо. Смотрю на расстегнутый воротничок рубашки. Тяну руку расстегнуть еще одну пуговицу, но передумываю. Я не собираюсь устраивать сеанс соблазнения. Как и в прошлый раз, но по другой причине. Если между нами что-то сохранилось, оно сработает само.
Наш этаж пустеет на глазах. Я возвращаюсь к себе, подхватываю сумку, выключаю свет. Бесшумно закрываю дверь и иду к лестнице. Не ощущаю спиной даже малейшего теплового воздействия. Не оглядываюсь.
Спускаюсь в подземную парковку. Там, по обыкновению, прохладно. Я плотнее запахиваю жакет. Нахожу его автомобиль. Подхожу к нему, останавливаюсь и жду. Не разглядываю себя в отражении на глянцевой поверхности. Просто стою рядом полубоком, глядя в никуда. Я не знаю, сколько времени проходит. Ощущаю, что начали подмерзать ноги. Переступаю и пытаюсь поджать пальцы. В узких туфлях удается проделать такое лишь процентов на тридцать.
Пока смотрю на носки туфель, слышу шум разъезжающихся створок лифта. Выходят несколько человек. Быстрые и размеренные шаги в разные стороны. Не улавливаю обострившимся слухом никаких заминок, как и потепления. Но знаю, что он приближается. Я поднимаю голову и смотрю ему в глаза. Нечитаемое выражение на лице. Абсолютно. Ощущаю волнение, потому что мне не становится жарко. Наоборот, холодно. Возможно, это показатель. Что написано на моём лице? Без разницы. Я хочу знать наверняка, без догадок.
Пиликает сигнализация. Если Ярослав сядет и уедет, оставив меня стоять на том же месте, я не расстроюсь. Так я себя убеждаю и сама себе не верю. Выставлю себя дурой. Но я она и есть. Собственноручно обесцветившая свою радугу. Уедет — и будет мне оплеуха. Финальная. Если он пригласит с собой, я поеду. За этим я здесь. С надеждой на НАС. Разворошить сжирающие меня переживания. Они кричат наперебой, но я знаю, что по сути повторяют лишь три слова: мне нужен он.
Яр смотрит на меня. Я выдерживаю его взгляд. Ни кивка, ни жеста. Только взгляд. Он открывает дверцу с водительской стороны и садится за руль. Дверка плавно закрывается. Холод стремительно поднимается от стоп к сердцу, замедляя его перестук. Мышцы сковывает, в глазах покалывают мелкие льдинки. Я не сдвинусь, пока он не уедет, поэтому стою как вкопанная, глядя снова в никуда. Раздаётся щелчок. Я скорее понимаю, чем вижу, что изнутри открывается дверца с пассажирской стороны впереди. Не чувствуя ног, обхожу автомобиль и опускаюсь на кожаное сиденье. Он не смотрит на меня. Я закрываю дверь, пристёгиваю ремень. Двигатель начинает довольно урчать. Машина плавно трогается с места.
  
Глава 32
 
Лиза
Я гляжу в окно на вечерний город, зажигающий огни и спешащий освободиться от дневных настроений. Иногда откровенно перевожу взгляд влево и ни разу не ловлю его кофейное внимание. Яр смотрит на дорогу, левая рука придерживает руль, правая расслабленно лежит на его бедре. Я возвращаю глаза на городские виды, обещая больше не смотреть на него. Я знаю, куда мы едем. Усмехаюсь, внезапно вспомнив, как представляла в первый раз, что он подвозит меня к моему дому и высаживает обязательно у самого подъезда. Я благодарю за доставку. Поднимаюсь домой, наконец скидываю туфли, открываю вино и сажусь на балконе. Пью прямо из бутылки и жду звёзды. Чувствую, что он поймал мою усмешку. Губы согреваются, и я вместе с ними. Согреваюсь и продолжаю смотреть на мелькающий за окном городской пейзаж.
Мы останавливаемся у подъезда. Район мне теперь знаком. Но это не мешает удерживать предчувствие шанса начать всё с чистого листа, без программы и настроек. Яр покидает салон. Я жду его действий. Он открывает мою дверцу. Не подаёт мне руку, оставляя выбор за мной. Я выхожу. Теперь усмехается он. Кривит рот в одну сторону, что подчёркивает тонкий излом над его верхней губой. Одновременно игра света и шрам. Яру он идёт. Я говорила ему. И это была не игра. По-честному.
Он проходит вперёд, прикладывает ключ к замку домофона. Молча придерживает открытую дверь подъезда. С привычным нейтральным выражением лица, по которому ничего нельзя прочитать. Только взгляд начал посылать сигналы повышенной температуры. То, что нужно. Пусть топит невыносимый лёд подчистую.
Пролёт. Начищенные кнопки лифта, отражающие потолочные софиты. Уютная прохлада площадки перед квартирой. Он попадает длинным ключом в замочную скважину с первого раза, без заминок. Уверенно и спокойно. И вдруг его пальцы застывают. Ключ в замке. Спина напряжена. Я настроилась быть уверенной и спокойной. Я всё решила. Только эта секундная пауза ключа рушит все мои установки. Начинают дрожать руки. Нестерпимо хочется накрыть его пальцы и начать вращение. Кажется, все мои силы уходят на то, чтобы остаться на месте. Мгновение длиною в вечность. Его плечи расслабляются и звучит оборот внутреннего механизма.
Прихожая. Опять на язык просятся два слова: современно и лаконично. Ничего лишнего. Как он сам. Яр проходит вглубь квартиры не разуваясь. Я не спеша снимаю обувь. Аккуратно ставлю туфли к стенке, а сумочку на консоль у большого зеркала. Следую за ним в просторную гостиную. Хочется включить камин и утонуть в широком кресле перед ним.
Ярослав открывает бар. Вопросительно приподнимает одну бровь. Я утвердительно киваю. Бровь не опускается. Глаза слегка прищуриваются и сканируют меня. Я не отвожу взгляд. Киваю повторно. Он отворачивается. Что он выберет? Я тоже отворачиваюсь и подхожу к окну. Смотрю сквозь тюль на предзакатное небо.