По - другому (СИ)

Время новогодних праздников, наполненное бесконечным общением с друзьями, родственниками, выездами на каток и горки, походами в кино и клубы, сменяет не менее бурная рабочая полоса. Я принимаю активное участие в составлении плана мероприятий на лето и осень — до нашей фирмы добрались страшные звери апгрейда* и ребрендинга** под строгим контролем головного офиса. Всех встряхнуло и, надеюсь, отсеет зёрна от плевел. Я — молодой сотрудник. Нас, таких горящих, добрая половина штата. Но кто-то откровенно сидит на одном месте ровно, а кто-то фонтанирует идеями и производительностью. Посмотрим.
У Марка полным ходом разворачивается новый проект, на который он делает большие ставки. Мы оба пропадаем на работе все дни, включая субботы. Пересекаемся на кухне и в спальне, крадём поцелуи и ласки, делимся новостями, когда один принимает душ, а второй рядом чистит зубы. В воскресенье же устраиваем лежачий день. Спим до самопросыпания, валяемся, занимаемся любовью, досыпаем. Чтобы не зарасти грязью, договариваемся два часа после завтрака-обеда тратить на уборку и бытовые дела. Надо отдать должное Марку, он участвует во всех процессах нашего общежития. Даже если просто стоит рядом, пока я загружаю вещи в стиральную машинку. Если серьёзно, то у нас не было ни одной стычки на фоне бытовых вопросов. Он больше ленится, чем я, и мне приходится иногда напоминать ему почистить обувь или выхлопать входной коврик, но меня это не напрягает, потому что он всё делает, хотя порой и в сопровождении нытья и вселенского плача. После физического труда на благо дома, мы снова заваливаемся на кровать и смотрим какое-нибудь кино. Вечером выбираемся прогуляться, зайти в магазин и просто побродить пешком, размять ноги в преддверии недельного сидячего положения.
В таком режиме я не особо замечаю, как пролетает январь и февраль. Март наступает настоящим приходом весны. Голубая высота неба раскидывает собиравшиеся с вечера мутные снеговые тучи. Солнце распускает стрелки лучей, светит ярко и греет ласково. По карнизу на невидимых звонких клавишах играет капель. И щебечут птицы. Я замираю у окна, открываю створку и пью весеннее приветствие. Марк обнимает меня сзади и щипает за грудь. Я смеюсь и шутливо бью его по руке.
На улице люди ворчат, перепрыгивая лужицы и балансируя, чтобы не расскользнуться на островках ледышек. А я шагаю в своих утеплённых красных резиновых сапогах и растопыриваю пальцы рук, ловя ластящийся ветерок.
В офисе начинается ажиотаж подготовки к Восьмому марта. Парни шепчутся в курилке, носят что-то в закрытых коробках и просят женщин не задерживаться по вечерам. Весна приносит мне свободное время. Марк, мало того, что занят проектом, так он тоже мужчина и явно будет вовлечён в восьмимартовский переполох.
На работе я общаюсь со многими. С кем-то исключительно по рабочим вопросам, с кем-то можем посидеть за чашкой чая и поболтать на отвлечённые темы. Я не набиваюсь никому в друзья, но общаться люблю. Вот такой я человек.
Перед Новым годом в отдел рекламы начальником пришла новая девушка. Майя. Нежное имя, которое составляет подходящую пару её решительному характеру. Мы иногда вместе ходим на обед и раз в неделю, по очереди, по средам, балуем друг друга кофе на вынос из кофейни напротив офиса. Она всегда деятельна, что мне очень импонирует, на всё имеет своё мнение и высказывается довольно прямолинейно по любому вопросу, чем ограничивает количество людей, желающих с ней сблизиться и которых Майя сама подпускает к себе. Мне приятно, что меня подпустила.
Мы с лёгкой душой пользуемся возможностью уходить в восемнадцать ноль-ноль в эти предпраздничные дни. Приятное разнообразие после полного загруза предыдущих месяцев и передышка перед предстоящей защитой подготовленных материалов. Остаётся подправить несколько обоснований и ждать замечания для доработки. Но мне жутко интересно.
Я не спешу сразу домой. Мы с Майей заглядываем в магазины и покупаем себе новые платья. Посещаем вместе маникюрный салон, где нам зеркально наносят одинаковые прозрачные капли на безымянные пальцы: мне на левой руке, Майе — на правой. Мы болтаем, смеёмся, выбираем себе объект из посетителей в любимой кофейне и сочиняем про него истории. В общем, ведём себя как заразившееся весной юные девчонки, щедро разделяя чудесное настроение. Эти дни нас очень сближают.
Всю неделю я готовлю простые, но самодельные блюда, чему радуется Марк, хотя и не всегда их сразу пробует, потому что приходит поздно и его хватает только на душ. Я ловлю себя на мысли, что мне самой очень нравятся ароматы домашней еды в нашей квартире. Они дарят уют и пахнут заботой. Обещаю себе не отлынивать и чаще готовить. В июне мы с Марком поженимся, а запахи тушёного рагу и румяных блинов точно можно назвать семейно-вдохновляющими.
Женский праздник проходит весело. Настроение взлетает еще и от того, что он выпадает на пятницу, и сегодняшний четверг дополнительно воспринимается как кусочек отпуска. Мужчины изображают вышколенных дворецких, встречают нас тюльпанами, устраивают небольшой концерт, показывают видеоролик, в котором нарезками сменяются кадры поэтических поздравлений и подловленных моментов из офисной жизни каждой сотрудницы. Затем нас приглашают на фуршет. У всех дам именные бокалы с привязанными к ним конвертиками с приятнейшими сертификатами, которые всегда беспроигрышно приходятся к душе.
Я смеюсь в компании Майи и её старшего коллеги по отделу, который сообщает нам о своих планах заявиться домой в костюме мажордома и представляет реакцию своей жены, если сам сможет не расхохотаться с порога и остаться в образе чуть дольше. Вдруг мою поясницу и ягодицы обжигает так, что я захлёбываюсь собственным смехом. Откашливаюсь. Майя подаёт мне стакан воды. Я освежаю горло и украдкой осматриваюсь, опасаясь, что меня нечаянно облили кипятком для чая. Хотя ощущения другие. Обожгло как будто изнутри. Я оглаживаю подол платья. Жжение отступает, оставляя тёплый зуд.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Диана, секретарь директора, буквально пару минут назад снявшая вечную маску вежливой сдержанности, надевает её снова, что-то тихо говорит нашему финансисту и подходит к нам.
— Майя Александровна, пройдите в кабинет директора, пожалуйста.
Майя вопросительно хмурится и отставляет бокал на столик-стойку.
— Что случилось? — уточняет она.
— Прибыло высокое руководство из головной компании. Собрание.
Диана уже ищет глазами начальника юридической службы и отходит от нас.
— Неужели сам Ярослав Валентинович пожаловали? — подмигивает мне Майя. — Не жди меня, если я задержусь. Надеюсь, в планах у начальства не числится завалить меня работой именно сегодня.
Я ободряюще ей улыбаюсь. Сама я всего пару раз видела нашего учредителя. Издалека. Больше помню его дорогой костюм и тёмные, средней длины волосы. Он редко бывает в нашем офисе. С другой стороны, в свете наметившегося капитального ремонта по всем направлениям и того, что этим филиалом занялись вплотную, его приезд не удивляет. Единственно, я, как и Майя, надеюсь, что её не задержат и мы попадём на дневной сеанс в кино в честь праздника и нерабочего дня для женщин. Хотя для Майи он снова стал рабочим.
На фильм мы всё-таки успеваем — руководство не оказалось противным монстром, даже поздравило присутствующих на совещании женщин.
— Видный мужик, — констатирует Майя, — и по делу. Без воды, чётко и, главное, понятно. Даже юрист не пустился в пространные рассуждения, — она многозначительно смотрит на меня, и мы обе прыскаем со смеху, памятуя, как удлиняют утренние летучки его разглагольствования.
— Последнее по работе и больше к ней сегодня не возвращаемся, — добавляет Майя. — На следующей неделе я тружусь в главном офисе. Ты скучаешь по мне и готовишь развёрнутые пояснения по всем своим пунктам общего плана, а через неделю я представлю тебя самому небожителю.
Я непонимающе смотрю на неё. Она подхватывает меня под руку и направляет к выходу.