Папочкин Ангелок (ЛП)

— Позвони мне, если что-нибудь понадобится. — Он указывает на них. — Если я увижу на ней хоть одну отметину, я покалечу вас обоих.
Я улыбаюсь, когда мой сосед возвращается в свою квартиру, и я закрываю сломанную дверь, насколько это позволяет уединение, прежде чем посмотреть на двух мужчин в моей гостиной. Какой беспорядок! Слезы наполняют мои глаза, и я борюсь с ними.
— Я не хотела, чтобы ты узнал об этом вот так, Джастин…
— Конечно, блядь, не хотела!
— Что ты хочешь от меня? — огрызаюсь я, утирая слезы. — Мы расстались, я могу спать с кем хочу.
— Только не с моим гребаным отцом, детка. Какого черта? — кричит Джастин, хватаясь за голову и дергая себя за волосы.
— Я не буду извиняться за то, что была с твоим отцом. Я люблю его, Джастин.
— Подожди, что? — спрашивает Джастин, дергая головой, словно от удара.
Тай тоже смотрит на меня. Ладно, я не собиралась говорить ему об этом, но просителей не выбирают. Я улыбаюсь ему.
— Да, я люблю тебя.
Он сияет, его глаза светятся счастьем.
— Я тоже тебя люблю, Ангел…
— Заткнись, блядь! — кричит Джастин, прерывая нас.
Моргнув, я закрываю рот. Мое сердце замирает от признания Тайлера, но об этом позже. Сейчас нам нужно разобраться с Джастином, а это зашло слишком далеко.
— Тебе нужно успокоиться, сынок, — огрызается Тайлер, скрещивая руки. — И перестань кричать на нее.
— Или что? — рычит Джастин, вскакивая на ноги. — Ты собираешься трахнуть еще одну из моих женщин?
Он фыркает.
— Не твою женщину, — возражаю я, и Джастин смотрит на меня так, что я замолкаю.
Тайлер делает шаг вперед, его слова размеренны и медленны.
— Мы можем обсудить это, когда ты успокоишься, но до тех пор тебе нужно уйти. Мы с Лекси вместе, так что тебе нужно принять это или найти способ.
— Я пришел к тебе за советом! Я сказал тебе, что хочу вернуть ее! — хнычет он, и Тайлер вздыхает.
— А я пытался быть добрым и отговорить тебя. Тогда мы уже были вместе, — парирует Тайлер.
— Джастин, мне жаль; тебе, наверное, тяжело, но ты не можешь помочь тому, чего хочет сердце. А мое хочет Тайлера, и всегда хотело.
Джастин вздрагивает от этого признания и поворачивается ко мне. Я задыхаюсь и падаю назад, когда вижу, что его кулак направляется ко мне, но Тайлер уже там. Он ловит его в воздухе, и прежде чем я успеваю закричать, Тай ударяет кулаком в разъяренное лицо Джастина.
Джастин падает назад, из его сломанного носа капает кровь, и он смотрит на своего отца. Тайлер смотрит в ответ, словно не может поверить, что только что сделал это. Шагнув вперед, я прижимаю руку к плечу Тайлера, пытаясь утешить его. Джастин срывается с места, заставляя нас с Тайлером подпрыгнуть, когда распахивает разрушенную дверь и уносится прочь.
Мы оба выдохнули, и я обвела Тайлера взглядом, обхватила его щеки и посмотрела в его грустные, полные вины глаза.
— Спасибо, — бормочу я.
— За что? — спрашивает он, его голос низкий и потрясенный.
— За то, что защитил меня, за то, что постоял за меня. Никто никогда не делал этого раньше. — Наклонившись, я нежно целую его в губы. — Мы ничего не можем сделать сегодня вечером. Давай закроем дверь и вернемся в постель. Я лучше поцелую твою руку, Папочка, — дразню я.
Это заставляет Тайлера хихикать, и он притягивает меня в свои объятия, прижимая подбородок к моей макушке.
— Я всегда буду защищать тебя, Ангел, и говоря всегда, я именно это и имею в виду.
Тайлер отстраняется и пальцем поднимает мой подбородок, заглядывая мне в глаза.
— Я люблю тебя.
Мое сердце переворачивается, когда я слышу, как Тайлер произносит это снова, и широкая улыбка, которую я не могу контролировать, пересекает мои губы, когда наклоняюсь и целую его.
— Слова, Ангел, используй слова, — напоминает Тайлер, заставляя меня хихикать.
— Я тоже люблю тебя, Тайлер, — обещаю я.
— Хорошо, потому что ты моя навсегда, Ангел. Я никогда не отпущу тебя. Что бы ни случилось, это я и ты, — рычит он, а затем шлепает меня. — Иди и верни свою прекрасную задницу в постель, я заблокирую дверь.
 
— Да, Папочка, — отвечаю я и пробираюсь по коридору, оборачиваясь в конце, чтобы увидеть, как Тайлер смотрит на меня со знающей улыбкой на губах и глазами, наполненными такой любовью, что я почти ошеломлена.
Наша любовь… в некотором смысле запретна. Многие сочли бы ее странной и неправильной. Но мне плевать, потому что для меня она идеальна.
  
29
 
 
ТАЙЛЕР
 
Я не мог уснуть той ночью, даже когда Лекси крепко спала в моих объятиях. Я ударил своего сына. Чувство вины переполняет меня, но я бы сделал это снова и даже больше, чтобы защитить Ангела в моих руках. Джастин — мой ребенок, всегда им будет, и моя любовь к нему безгранична, но он становится все меньше и меньше ребенком, которого я помню, и все больше и больше мужчиной, которого я не узнаю. Из-за этого его трудно любить, и когда он замахнулся на мою девочку, я увидел красный цвет.
Мне пришлось сдерживать себя, чтобы не ударить его больше одного раза. Но как только я увидел боль и разбитое сердце на его лице, напомнившее мне о том, как он был ребенком, а я был его героем, я понял, что облажался. Я должен был сделать что угодно, только не ударить Джастина. Но это случилось, и я ничего не могу сделать, кроме как жить с последствиями и надеяться, что смогу сохранить отношения с сыном.
Может быть, когда он успокоится, мы все сможем сесть, поговорить и дать ему понять, что это больше, чем просто секс, это любовь, и я не отдам Лекси никому.
Включая его.
Но когда встает солнце, я все еще не сплю. Мои мысли бегают по кругу. Лекси стонет и зарывается головой в мою грудь, заставляя меня улыбаться, когда я смотрю на нее сверху вниз. Она такая красивая. Каждый раз, когда я смотрю на Лекси, у меня перехватывает дыхание. Она открывает глаза и моргает, глядя на меня.
— Ты слишком любишь утро, — ворчит Лекси, и я притягиваю ее ближе, заключая в свои объятия. Я не упоминаю, что еще не спал.
— Хм? Могу я загладить свою вину завтраком? — предлагаю я.
Это веселит Лекси, заставляя меня смеяться, когда наклоняюсь и целую ее. Когда я чувствую вкус сладости, которая присуща Лекси, мой член подрагивает, но я не обращаю на это внимания. Не все сводится к сексу, и я хочу, чтобы она это знала. Как бы я ни хотел видеть ее тело, распластанное подо мной, свой член в этой маленькой тугой киске с ее наслаждением, капающим на него, я так же сильно хочу близости. Ее доброты, ее слов, ее поддержки и любви.
Я сползаю с кровати и, оставив Лекси просыпаться, направляюсь на кухню. Мой взгляд останавливается на разрушенной двери, и я быстро отправляю сообщение знакомому подрядчику, и он обещает быть здесь в течение следующего часа, чтобы починить ее и предусмотреть дополнительные меры безопасности. Я хочу, чтобы моя девочка была в безопасности, и никто не должен войти в дом, пока она спит или уязвима.
Черт, да никогда, пока она сама их не впустит.
Я слышу, как Лекси собирается, поэтому я поворачиваюсь к холодильнику и достаю несколько сосисок и бекон, чтобы сделать парочку быстрых бутербродов. Я сварил кофе и как раз накрывал на стол, когда она вошла, освежившаяся и одетая в простое облегающее платье, из-за которого я чуть не уронил кружку, спеша к ней. Смеясь, Лекси пытается оттолкнуть меня, пока я целую ее лицо и шею, погружаясь в моего Ангела и ощущая ее.
— Сначала еда, потом член, — хмыкает она.
Ухмыляясь, я отстраняюсь и целую Лекси.
— Но ты выглядишь достаточно хорошо, чтобы поесть, Ангел, — бормочу я.
— Ну, в таком случае… — начинает Лекси, но потом принюхивается. — О боже, это бекон? Подвинься.
Она отталкивает меня, и я чуть не падаю от смеха, когда Ангел бросается к столу и начинает есть.
— Я вижу, где стою в твоей иерархии, — дразню я, садясь и тоже принимаясь за еду.