Папочкин Ангелок (ЛП)

Поэтому в пятницу вечером я забираю Лекси с работы, удивив ее. Я жду на улице, прислонившись к машине. Она выходит в своей кожаной куртке, короткой юбке и топе, на этот раз на обычных каблуках. Лекси роется в своей сумке, поэтому не замечает меня, пока я не прочищаю горло.
— Скучала по мне, Ангел?
Она замирает, и поднимает голову. Как только Ангелок видит меня, она ухмыляется и бросается ко мне. Я отталкиваюсь и встречаю ее на полпути, хватаю и тащу в свои объятия. Ее сумка падает на землю, а она взбирается на меня, обхватывает ногами мою талию и приникает губами к моим губам.
Я издаю стон ей в рот, хватаю ее за задницу, прислоняюсь спиной к машине и крепко обнимаю ее. Я скучал по этому. Один вкус ее губ, и я забываю о своей усталости и тяжелой неделе. Все стрессы, переживания, все исчезает, кроме нее. Моя девочка, мой ангел снова в моих объятиях, где ей и место. Это такое чертовски правильное чувство.
Она стонет у моих губ, и я сглатываю.
— Снимите номер! — раздается чей-то крик, и Лекси поднимает голову, смеясь и оглядываясь через плечо. Я прослеживаю ее взгляд до молодой блондинки с фотографии на холодильнике. Сейчас она выглядит немного старше. Девушка, прислонившись спиной к стене, курит и с ухмылкой смотрит на нас.
— Ух-ха-ха, ну ты и болтушка, Блэр! — кричит Лекси, выскальзывая из моих объятий, но она не уходит далеко, а просто прислоняется к моему боку. — Где те мальчики, которые все время таскаются за тобой по пятам?
— Дала им отставку.
Блэр усмехается, выпуская струйку дыма. В этот момент дверь открывается, и она чертыхается, когда трое мужчин выходят и, кажется, смотрят на нее. Смеясь, Лекси подхватывает свою сумку и машет на прощание. Я помогаю ей сесть в машину, улыбаюсь и машу девушке, которая сейчас спорит с возвышающимися над ней парнями. Я колеблюсь мгновение, но она подходит к ним, и они отступают с поднятыми руками и ухмылками на лицах.
Смеясь, я забираюсь в машину и завожу двигатель. Лекси откидывается на сиденье, лижет и кусает мое ухо.
— Лучше бы тебе поднажать, Папочка. Я слишком давно тебя не имела, а кончать на свои пальцы, пока я фантазирую о тебе, не считается.
Я отъезжаю от обочины и мчусь как оглашенный, мой член уже твердый, а она смеется, облизывая мое ухо. Лекси кладет ладонь на мой член и гладит его по всей длине через брюки, пока я не ругаюсь.
— Черт, продолжай в том же духе, Ангел, и мы можем разбиться.
— Хм, как ты думаешь, оно того стоит? Почувствовать тебя у себя во рту? — дразнит она.
Я выкручиваю руль, чтобы избежать столкновения с машиной.
— Пристегнись, сейчас же, — требую я.
Лекси смеется, но делает то, что ей говорят, пристегивается и смотрит на меня голодными глазами. Я чувствую то же самое, эту срочность, эту потребность. Прошло слишком много времени с тех пор, как у меня была она, и это безумие. Я могу месяцами обходиться без секса, но одна неделя без моей девочки — и я голодный мужчина.
Я еду домой так быстро, что наверняка нарвусь на штраф за превышение скорости, но мне все равно. Я выпрыгиваю из машины, и она оказывается с другой стороны. Я хватаю Лекси, перекидываю через плечо и врываюсь в дверь, потому что не могу больше ждать.
Мне нужен мой Ангел.
Я даже не успеваю далеко зайти в дом. Я вжимаю ее в стену кухни. Ангел смеется, но звук вскоре переходит в стон, когда я задираю ее платье и раздвигаю бедра, чтобы взять в охапку ее уже мокрую киску. Лекси прижимается к моей руке, наши губы встречаются в темноте, наши души притягиваются друг к другу.
Лекси переплетает язык с моим, мы боремся за контроль, но когда я ввожу в нее палец, она передает мне бразды, позволяя делать все, что я захочу. В конце концов, моя непослушная маленькая девочка знает, что это даст ей то, чего она желает. Иногда отказ от контроля — это еще одна форма силы. Ты позволяешь кому-то контролировать тебя, доверяешь ему, и у тебя есть вся сила, чтобы сказать «стоп».
— Тайлер, пожалуйста, — умоляет она у моих губ, когда я прижимаю большой палец к ее клитору, просто надавливая на него, пока неглубоко трахаю ее пальцем.
 
Я почти дрожу от потребности, мой член готов погрузиться в ее лоно, оказаться внутри моего Ангела. Я хочу чувствовать ногти Лекси в моем плече, когда беру ее, и слышать крики в своем ухе. Поэтому я вытаскиваю палец, заставляя моего Ангелочка хныкать, когда она порывисто наклоняет бедра.
— Сначала мне нужно снять напряжение для нас обоих, Ангел, а потом я собираюсь провести всю ночь меж твоих бедер, — обещаю я, и она кивает, отчаянно целуя меня. В поцелуе замешаны наши зубы, сплетаются наши языки, когда я спускаю молнию и высвобождаю свой член.
Я провожу им по ее щели, смачивая ее, пока она издает нетерпеливые звуки.
— Такая жадная девочка, — бормочу я.
Она впивается ногтями в мои плечи и закусывает губу.
— Войди в меня, пока я сама себя не трахнула.
— Терпение, Ангел, — приказываю я, даже когда прижимаю головку члена к ее входу.
Мы оба одновременно делаем вдох, и одним толчком я проникаю внутрь нее, прокладывая себе путь через ее тесноту.
Лекси откидывает голову к стене, и она закрывает глаза, поднимая одну ногу и обхватывая мою талию. Она крутит бедрами, надавливая на мой член, пока я не погружаюсь в нее до упора. Мы оба задыхаемся, когда я наматываю ее волосы на кулак, притягивая голову Ангела вперед, пожирая ее губы и начиная двигаться внутри нее.
Я трахаю Лекси быстрыми, жесткими толчками, она подпрыгивает на моем члене. Я впечатываю ее в стену, но моей грешнице это нравится. Она дает столько же, сколько получает, притягивая меня ближе и встречая мои толчки, продолжая целовать меня. Встреча наших тел громкая, грязная и чертовски великолепная. Она поворачивает голову, чтобы отдышаться, ее сиськи прижимаются ко мне, и я проникаю между нами и стягиваю ее рубашку, освобождая грудь Лекси, чтобы она оказалась у меня в ладонях. Я сильно сжимаю и кручу ее сиськи, пока она не вскрикивает от каждого толчка. Лекси близка, я чувствую это.
Я тоже. Я слишком долго был без нее. Никакие фотографии и видео не компенсируют то, как она чувствует себя подо мной, ее киска обхватывает мой член, ее губы на моих губах, а ее тело обнажено.
— О, блядь, Тай, блядь, пожалуйста, — умоляет она.
Ворча, я поднимаю ее ногу выше и захватываю один из ее сосков, засасывая его в рот. Она кричит, ее киска сжимается, когда она кончает. Я трахаю Лекси до конца, и когда она содрогается от молний своей разрядки, я вытаскиваю член из ее лона и разворачиваю ее. Прижав ее к стене, я отодвигаю ее задницу назад и вхожу в нее.
Я трахаю Лекси жестко и быстро, пока со стоном не кончаю, упираясь лбом в ее спину. Я прижимаю ее к себе, задыхаясь, мой член размягчается, когда я высвобождаюсь из ее цепкого тела. Удерживая Лекси на месте, я жду, пока смогу нормально дышать, чтобы отойти. Но когда я отступаю назад и смотрю на нее, я снова начинаю напрягаться.
Я никогда не смогу насытиться ею.
— Наверх, быстро, Ангел. У тебя есть две минуты, чтобы раздеться и лечь на мою кровать, прежде чем я приду за тобой. И где бы я тебя ни поймал, я буду тебя трахать.
  
24
 
 
ЛЕКСИ
 
Он трахает меня там, где находит, то есть на лестнице. Его руки путаются в моих волосах, когда он заставляет меня кричать так громко, что я, несомненно, перебужу всех соседей, но мне плевать. Затем он несет меня наверх, в душ и трахает меня, долбя об кафель, вбивая в меня большой толстый член, пока я не могу больше ходить.
После этого мы падаем в кровать и обнимаем друг друга, пытаясь отдышаться. Моя киска и бедра болят самым наилучшим образом. Папочка крепко прижимает меня к себе, переплетая руки и ноги, и осыпает поцелуями мое лицо. Я не могу удержаться, чтобы не хихикнуть. Мне кажется, что мое сердце сейчас разорвется от счастья. Это больше, чем секс, хотя секс просто потрясающий, но после него, просто… быть с ним, смеяться, разговаривать и обнимать друг друга, постепенно становится моей любимой частью.