Папочкин Ангелок (ЛП)

Моя киска сжимается, но я делаю то, что мне велят. Я не особенно хочу быть арестованной, но Тайлер искушает меня. Неужели он действительно сделает это? Черт. Я не могу перестать представлять себе как он нагнет меня сейчас, пока разогреваю пиццу и беру пиво.
После еды я запираюсь, иду по коридору маленькой квартиры и ложусь в постель. Мне трудно заснуть, а когда я, наконец, засыпаю, мне снятся большие руки, которыми он проводит по моему телу. Жесткие, шепчущие требования и большие, толстые члены, трахающие меня. Я просыпаюсь со стоном, мои трусики влажные. Луна светит сквозь открытые шторы, и я смотрю на часы, чтобы увидеть, что уже два часа ночи. Я пытаюсь снова заснуть, но моя киска все еще пульсирует, требуя разрядки.
Поэтому я просунула руку под одеяло и залезла в трусики, обнаружив, что они насквозь мокрые. Другой рукой я стягиваю рубашку, пощипываю и покручиваю сосок. Я представляю, что это Тайлер прикасается ко мне, представляю, как он ртом скользит по животу к моему влажному теплу. Пальцами ныряя в меня без предупреждения, разгибая и снова входя, трахая меня ими, пока он рычит грязные слова мне на ухо. Как Тайлер языком проводит по моему клитору, как сейчас это делаю я большим пальцем.
Я приподнимаю бедра и трахаю себя пальцами, держа глаза закрытыми, пока почти чувствую его. То, как его язык сплющивается, когда Папочка проводит по моей киске, как он широко разводит меня пальцами, обещание, что Тайлер скоро кончит.
Это посылает меня за грань, и я кончаю неловко быстро с приглушенным криком, уткнувшись головой в подушку. Задыхаясь, я вытаскиваю пальцы, содрогаясь от последующих ударов оргазма, и лежу так, пока не вздыхаю. Я поднимаюсь на ноги, иду в ванную и быстро привожу себя в порядок.
Очевидно, что Тайлер завладел моим разумом. Я никогда не смогу освободиться от его околдовывающей власти над моим разумом и сердцем. Одни выходные — вот и все, что для этого потребовалось. Я проводила месяцы с мужчиной и никогда не чувствовала себя так отчаянно нуждающейся, как сейчас. Или такой нужды в нем, такого отчаяния.
Это ужасно. Чувства так сильны, но я не в силах им сопротивляться. Как приливная волна, они смывают меня своей мощью, и я не в состоянии держаться ни за что, кроме него.
Завтра я снова увижу Тайлера. Все те силы, которые я сохранила, рассыплются под одним его взглядом. Я знаю это, и мне все равно. Я скучаю по моему Папочке, и плевать, что подумают другие.
Включая тебя, Джастин. Твой отец все равно делает это лучше.
  
20
 
 
ТАЙЛЕР
 
Прошло немало лет с тех пор, как я ходил на свидания. Я заржавел.
Но знаю несколько хороших ресторанов, и я выбрал один из них, который открыл сам, не для того, чтобы похвастаться, а потому что знаю, что он ей понравится. Я надеваю серые брюки и белую рубашку, добавляю пиджак, прежде чем отправиться покупать цветы.
Я пришел рано, я знаю это, но ничего не могу с собой поделать. Я отсчитываю часы, пока не увижу Ангела снова. Она поглощает все мои мысли. Я никогда не чувствовал себя так. Помню, она как-то давно сказала мне, что ее любимые цветы — подсолнухи, поэтому я купил самый большой букет, который смог найти, стебли перевязал ярким золотым бантом. Затем я отправился к ней домой.
Сегодня мы несколько раз переписывались. Лекси спрашивала, что надеть. Она прислала мне фотографии, на которых она завтракает. В течение всего дня я не мог оторваться от вибрации телефона, зная, что эти сообщения от нее. Я остановился возле ее дома и нахмурился. Он не выглядит безопасным. Входная дверь открыта. Это достаточно хороший район, но это не значит, что преступности здесь нет.
Выйдя из машины, я еще раз проверяю номер ее квартиры и поднимаюсь по каменным ступеням в вестибюль. Там пожилая женщина с лающей собакой проверяет почту, и я киваю, проскальзывая мимо и поднимаясь по лестнице на второй этаж. Я следую по номерам к двери квартиры Лекси. Она живет в самой последней квартире на этаже, и я выпрямляюсь, прежде чем поднять руку, чтобы постучать.
 
Как только я это делаю, дверь рядом со мной открывается, и оттуда выходит мужчина в сверкающем ярко-розовом топе и трусах, с очень внушительной бородой и длинными волосами.
— Ну привет, красавчик. Я тебя здесь раньше не видел. — Он перемещает взгляд на цветы и хлопает в ладоши.
— Боже мой, какие красивые! Скажи мне, что ты здесь, чтобы я пал пред тобой ниц только ради того, чтобы ты смог содержать меня до конца моих дней.
Я усмехаюсь, собираясь ответить, когда дверь Лекси открывается. Она стоит там в халате и смотрит сначала на меня, а затем на того парня.
— Прекрати пытаться украсть моего мужчину, Джон.
Он отмахивается от нее.
— Мог бы и догадаться, он слишком грубый, чтобы быть геем. — Джон подмигивает мне. — Развлекайся, и не позволяй ей втянуть тебя в слишком большие неприятности.
Затем он посылает нам двоим воздушные поцелуи и закрывает дверь.
Лекси оглядывается на меня с широкой улыбкой, и я протягиваю ей цветы.
— Это тебе, Ангел, — бормочу я.
Она смеется и берет их, выглядя очень счастливой.
— Проходи.
Ангел отступает внутрь.
— Мне просто нужно одеться. Это не займет у меня много времени. Устраивайся поудобнее.
Она останавливается и, быстро повернувшись на пятках, прижимается своим телом к моему, поднимается на цыпочки и целует меня. Я издаю стон, едва сдерживаясь, чтобы не схватить ее, бросить на диван и трахнуть до бесчувствия. Я накрываю затылок Лекси ладонью и углубляю поцелуй, прежде чем отстраниться. Она задыхается, и я ухмыляюсь.
— Иди оденься, пока я не решил, что тебе больше пойдет полное отсутствие одежды, — предупреждаю я.
Лекси усмехается и поворачивается, чтобы сделать то, что я сказал, но я не могу удержаться, притягиваю ее обратно и целую снова, заставляя ее смеяться, когда халат слегка распахивается, обнажая гребни обнаженных грудей. Я постанываю и щипаю себя за переносицу.
— Черт, иди уже, — бормочу я.
Смеясь, Лекси поворачивается и, бросив взгляд через плечо, подмигивает, сбрасывает халат и голая идет по коридору. Ее упругая задница выставлена напоказ, а вместе с ней длинные ноги и полные бедра. Мой член дергается в брюках, когда я смотрю на нее, мои пальцы чешутся от желания сжать эти полушария от одного воспоминания о том, как я вхожу в нее сзади, от одной мысли, что ей нравится пожестче.
Я отворачиваюсь, прежде чем последую за Лекси в ее спальню, осматриваю квартиру, проявляя здоровое любопытство. В гостиной два изумрудно-зеленых дивана, выставленных углом, с маленьким журнальным столиком между ними и телевизором. В углу стоит книжная полка, и я направляюсь туда, просматривая множество книг — бизнес-учебники, биографии, романы и триллеры. Похоже, моей девочке нравится все. Я прохожу по пушистому черному ковру и за перегородкой попадаю в маленькую, но длинную кухню. Конечно, они могли бы сделать так, чтобы здесь было больше места, но я ловлю себя на мысли, что начинаю перекраивать пространство, как архитектор. Профессиональная привычка, что скажешь.
Здесь все безупречно и по-домашнему, рука Лекси чувствуется в каждой детали. У нее повсюду картины с изображением танцовщиц и певиц бурлеска, демонстрирующие ее страсть. На холодильнике висит групповая фотография, и я присматриваюсь. Она стоит в центре в длинном, сверкающем, почти прозрачном платье. Слева от нее ‒ молодая блондинка с дымчатым макияжем глаз, а справа ‒ черноволосая пожилая женщина. В самом конце ‒ рыжеволосая женщина примерно одного с Лекси возраста. Все они улыбаются, стоя на сцене и обнимая друг друга.
— Это мои девочки, мы выступаем вместе, — говорит мне Ангел, и я поворачиваюсь, чтобы увидеть ее, стоящую в дверях. Она чуть наклонила голову, чтобы надеть серьги, а губы накрашены красной помадой. Ее глаза и брови подкрашены. У нее идеальная прическа, волосы волнистые, выглядят мягкими и шелковистыми. Но именно платье приковывает мой взгляд.