Хльюи. Северный ветер (СИ)
- Господин дознаватель, - постучалась Тильба, - простите, что-то леди Хльюи задерживается, - не зная еще о случившемся, пришла со своими волнениями кухарка. — Не случилось бы чего… сердце неспокойно…
Я не знал, что ответить, я был не здесь. Я все искал и искал. Не желая сознаваться, что не просто проиграл эту битву, я собственноручно отдал врагам козыри против меня и короля. И черт бы с ним с Диригием! Я опять теряю ее… уже потерял…
Хльюи Де Ронго
Я пришла в себя и первое, что почувствовала — боль, треск и шум в голове. Я потянулась к многострадальному месту, чтобы нащупать на затылке шишку. Оглушили меня, наверное. Попытка встать на ноги привела к новой боли - в темноте не увидела насколько низок потолок, поэтому хорошенько стукнулась головой и снова упала на пол. Было больно. Из глаз брызнули слезы. Но сознание я сохранила. Через некоторое время, я смогла опять попытать счастье и начала подъем, но на этот раз, тщательно проверяя все руками. Тьма была кромешная, поэтому каждый шаг вызывал в животе страх, который все норовил подняться к горлу. По итогам исследований выходило, что я помещена в каменную коробку, два на два метра, с высотой около полутора метра и с решеткой в низком потолке. Ни кровати, ни соломы, только голый и холодный камень вкруговую. Невесело.
Я вспомнила, прочтенные мною в далеком детстве книги о всяких там приключениях и как узники выбирались из своих темниц…. Следующие несколько часов я страдала тем, что простукивала, обнюхивала и прослушивала каждый сантиметр своего узилища. Несколько раз у меня зарождалась надежда, когда я находила более или менее отличающийся от основной массы камня выступ или углубление. Но надежды не оправдались, хотя я обломала ногти, вытаскивая подозрительные кирпичи. Потом дело дошло и до решетки. Так, как потолок был низким, я без проблем смогла дотянуться до решетки и проверить ее на наличие замка с обеих сторон. Удивительно, но замок отсутствовал, хотя решетка и была заперта. Мелькнула паническая мысль, что меня замуровали.
Я начала паниковать, от чего постаралась выломать решетку силой. Силы у меня было «кот наплакал», поэтому вскоре я устала и опустилась на холодный пол, отчаянно плача.
Время тянулось невозможно долго. Иногда я засыпала, и мне снилось, что я сплю, но потом я просыпалась, и снова оказывалась во сне. Иногда мне снился Ильиз, который почему-то был солнцем, и искал меня, шаря по земле раскаленными лучами, уничтожая и испепеляя все на своем пути. Снился вор. Он крался по темным коридорам мелкими перебежками, иногда встречая странных людей в красных балахонах. Тогда вор подкрадывался к ним и тихо перерезал горло, спеша дальше по коридорам. Мне снилось, что я сижу в безобразно маленькой темнице, без окон и дверей, с маленькой решеткой в потолке. Я просыпалась и оказывалась все в той же темнице.
Я перестала различать, сон и
явь.
Поэтому, когда наверху раздались голоса, я не поверила в свое возможное счастье.
- Она там, - услышала я сверху испуганный женский голос, и сразу послышался глухой удар. Я насторожилась. Прежде мои сны были другими. Наверху был какой-то тихий скрежет, сопровождающийся редкими щелчками. Наконец-то, раздался чей-то победный «хмык» и решетка скрипнув исчезла с потолка. В мою камеру влетело несколько ручных светлячков. Это очень дорогое удовольствие. А главное — редкое. Не каждый может позволить себе прирученные живые светильники.
Яркие беззвучные насекомые осветили камеру, вырвав мою съежившеюся в углу фигуру из объятия тьмы. Следом за светляками, в камеру заглянула чья-то жуткая бородатая физиономия. Я не сразу узнала вора. А узнав — не поверила. Он уже приходил за мной во снах. И Лис приходил. И отец. Но потом, я вновь просыпалась в темнице.
- Честное слово, - ругался вор, вытаскивая меня из камеры, - мне было легче резать глотки, чем уговорить вас выйти…
Я не отвечала. Зачем? Очередной пустой сон, который перейдет в такой же сумасшедший сон. Вор попытался меня встряхнуть за плечи, чтобы я держала себя на ногах. Но предательская слабость в ногах, косила меня на пол.
Я затуманенным взором обвела помещение, в которое меня вытащил вор. Небольшая комната с одной дверью и черным квадратом в полу, где недавно была решетка, сейчас откинутая наружу.
- Там нет замка, - отчаянно призналась я вору. — Я пыталась ее открыть, но там нет замка…
- Замок вмурован в камне, - он показал мне на маленькую почти незаметную скважину в полу, рядом с краем черного окна в мир тьмы и отчаяния. — Не бойтесь, - погладил меня по голове вор, - я отведу вас к мужу.
Я кивнула, не веря в его слова. Он уже говорил это, но потом опять наступала темнота.
- Кто это? — бесцветным тоном спросила я, глядя на лежащую рядом симпатичную девушку в красном балахоне. Я задала вопрос не из интереса. А просто потому, что ее еще не было в моих снах.
- Сектантка, - ответил вор, выводя меня под руку из комнаты.
- Ты убил её? — почему-то мне стало жалко девушку.
- Оглушил, - недовольно ответил вор.
Больше мы не разговаривали. Вор вел меня по темным коридорам, не выпуская своих светлячков, почему-то. Он передвигался медленно и тихо, аккуратно ступая на холодные камни. Это я уже видела во сне. Иногда вор, просил меня подождать его на месте, исчезая в темноте, но каждый раз он возвращался за мной и брал за руку, чтобы я не думала потеряться. Один раз, вор пропал надолго, и тогда я решила, что снова оказалась в камере. В одиночестве и темноте. Но потом, моей руки коснулась уже знакомая грубая ладонь, и привычный шепот велел идти тихо.
Мы долго блуждали по лабиринтам темного коридора, пока вдали за очередным поворотом не забрезжил тусклый свет.
Вор снова приказал, ждать его на месте. Я проводила его силуэт, исчезнувший в лучах тусклого желтого света, и стала ждать. Но Вор все не шел и не шел. Прошло слишком много времени. А вор не появлялся. И тогда я, страшась каждого своего шага, отправилась на свет, неуверенно перебирая по стеночке дрожащими руками.
Глава 46 - 47
Ильиз Де Ронго
Я помню, как оказался на улице. Маленьким, потерянным, беспомощным. Ничего не понимающим еще. Трудно сказать, сколько мне было, когда я потерял отца. Шесть или пять? Матери я и так не знал. Да, мое рождение убило ее, иссушив, выпив жизненную силу из ослабленного организма. Мне не повезло так, как Хльюи, когда я появлялся на свет, мимо не проходил добрый колдун, чтобы отрезать меня новорожденного от дара.
Я не помню, чтобы отец был сильно зажиточным. Я не помню, чтобы мы жили в достатке. Я вообще мало, что помню из своего детства. Потому что ярость солнца, что с каждым днем моего взросления, росла соразмерно моим физическим возможностям, застилала мне разум. Я не знаю, был ли я причиной смерти отца. Я не могу исключать этого варианта. Когда я очнулся, я уже был круглой сиротой на пепелище нашего небольшого, но все же дома.
И вот оказавшись тогда на улице, опасным полубезумным ребенком, я не испытывал такого страха и такого отчаяния, какое меня охватывает сейчас. Я тогда не мог осознать всю степень ямы, в которой оказался. А сейчас меня убивает это осознание. Наверное, будет благом, если я сойду с ума. Чтобы не понимать, не знать этой правды.
Семнадцать часов. Мы ищем Хльюи уже семнадцать часов. Мои ищейки и разведчики Де Комта перерывают вверх дном столицу. Я просвечиваю своим магическим зрением все вокруг, город на три этажа ниже уровня земли, хоть туда и не доходят возможности «глаз солнца» Я все равно ищу! Я задействую совсем другую магию. Опасную и темную, но я не могу сдаться и признаться себе, что ее больше нет.
А ее действительно нет. Я не чувствую ее ауру. Нигде. В этом мире. В другие миры, мне нет возможности заглянуть. Что может укрыть от меня жену настолько плотно? Не могли же ее убить, право слово! Это глупо и не дальновидно. Чтобы связать мне руки, заговорщикам нужен рычаг давления на меня. А значит, она нужна живой. Мертвая, она будет лишь угрозой. Это наоборот не только развяжет мне руки, но и сорвет мне все возможные моральные барьеры. Значит, она должна быть… должна… живой…