Последний Паладин. Том 9 (СИ)

Недолго думая, я сиганул под «зонтик» и вывалился прямо перед реликвией на влажное дно. «Зонтик» создавал вокруг «Посейдона» свободное от воды пространство, словно купол. Воды внутри купола не было, правда, дышать без подпитки Пути Тела тут оказалось невозможно.
Вокруг витали лишь подавляющие энергетические частицы «Посейдона», источающие жар, но без давления озерной воды справляться с ними не составляло особого труда.
Разгоняя руками обжигающий стихийный пар, я подошел ближе и скользнул ладонью по горячему металлу «Посейдона». Хорошо сохранился, как по мне. Сияет словно новенький, а высеченные на корпусе древние руны выглядели идеально и без единой трещины.
То, что местные называли «Посейдон» было не пусковой установкой. Стабилизировать, подчинять и точно направлять заключенную в его центр мощь было лишь одним из свойств Реликвии. И как установку для запуска ракет в Ордене ее не использовали.
Назначение Реликвии, которую в Ордене называли «магнитом», имела ровно обратное назначение.
Не выплевывать из себя стабилизированную внутри энергию, а наоборот, притягивать ее извне, стабилизировать и удерживать в себе.
Другими словами, именно «магнитами» в Ордене стабилизировали перехваченные Порталы и не позволяли им расширяться или покидать пределы стен Башни.
Тот из местных, кто умудрился использовать ее безграничные способности к подчинению, стабилизации и высокоточном захвате координат, неплохо постарался. Если честно, мне бы и в голову не пришло использовать из «магнитов» пусковые установки для ракет, но люди всегда были изобретательны.
Особенно в том, что касалось убийства других людей.
— Похоже, быстро не получится, — констатировал я результат беглого сканирования и убрал ладонь.
Под давлением Воды «магнит» разгулялся в полную силу, и в таком виде название «Посейдон» ему явно подходило.
Оценив фронт предстоящей работы, я в предвкушении потер ладони и шагнул в центр. Энергетические цепи древней реликвии ударили в меня, привычно пытаясь подчинить энергию, что попала в ее центр.
— Ну, удачки тебе, железяка, — усмехнулся я и не стал сопротивляться.
Я пропускал сканирующие, подавляющие и сковывающие импульсы сквозь себя. Больно было только первые пять минут, по истечении которых «Посейдон» понял, что я ему не по зубам и вернулся к поддержанию «зонтика» над головой, а меня теперь игнорировал.
Руны горели ярко, и их сияние с каждой секундой только увеличивалось.
Вздохнув, я сел в позу лотоса прямо по центру, закрыл глаза.
Сконцентрировался.
Первыми ушли затхлые запахи. Следом сознание покинули звуки, погрузив меня в полную тишину. Сложнее всего было заставить тело игнорировать подавляющий стихийный жар вокруг и расслабиться.
Но, в конце концов, удалось и это, после чего разум оказался кристально чист.
Разве что где-то на задворках сознания гневно бурчал старик Акс, который за такой долгий вход в транс мне бы неделю мозг проедал своим ворчанием.
Впрочем, сейчас времени на это потребовалось действительно куда больше, чем я привык. В боевой обстановке фиг кто мне даст так спокойно это сделать, но и врагов, для которых бы состояние транса и полной концентрации потребовалось, я еще в этом времени не встречал.
Это было последней осознанной мыслью, после которой в голове стало пусто, а на душе спокойно.
Только сейчас, пребывая в полном покое, я осторожно нащупал энергетическую нить ближайшей руны и потянулся к ней. Осторожно, аккуратно, подключил ее к своему внутреннему источнику, и всплеск инородной энергии отозвался в груди адской болью.
Потребовалось какое-то время, чтобы ее унять. А вместе с болью снижала свою активность и руна.
Я подавлял ее ровно до тех пор, пока пространство вокруг не вздрогнуло, а часть «зонтика» не схлопнулась, уменьшив площадь купола. В сознание тут же вторглись обратно звуки, запахи и боль, да.
Куда же без нее. Но с болью мы давние друзья, так что на процесс это не повлияло.
Поморщившись, я открыл глаза и скосил взгляд на руну и убедился, что она погасла окончательно.
  
Для того, чтобы переключить «Посейдон» с режима хаотичного «выброса» энергии, нужно полностью погасить руны и заново их активировать в правильной последовательности.
С этой мыслью я перевел взгляд на коммуникатор.
М-да. С первой провозился целых полтора часа.
— Что ж, еще семь и полдела сделано, — облизнулся я, и с мыслью, что надо было позавтракать плотнее, вновь закрыл глаза.
  
Глава 6
 
На то, чтобы переключить режим «Посейдона» у меня ушли целые сутки. Чуть больше, чем я рассчитывал. Все-таки неудобно работать под толщей пытающейся тебя убить Воды. А особенно неудобно было настраивать «магнит» на стабилизацию энергии, которая находится не внутри него, а в стороне.
Хорошо хоть запечатанный Портал был не так уж далеко, и немного помогал тот факт, что от разрушенного Храма по дну тянулись энергопроводящие кабели, которые можно было взять за ориентир.
Достаточно было запитать эти кабели и пустить энергию «Посейдона» по ним напрямую к печати на генераторе Водопада. Добавить к этому нужную последовательность активации рун, помочь выйти «магниту» на частоту запечатанного Портала, и Реликвия стала делать то, ради чего и предназначена.
Питать, подчинять и стабилизировать.
Дикая стихийная энергия выходила из Портала сквозь печать, шла в «Посейдон», а он успокаивал ее и возвращал обратно, обеспечивая непрерывную циркуляцию.
Основную работу я сделал в первые двадцать часов, а последние пять мне оставалось только наблюдать, чтобы в выстроенной мной энергетической цепи нет критичных потерь энергии и она работает стабильно.
А пока ждал и наблюдал, успел поднять Путь Тела до второго уровня, сидя в медитации под потоком стихийной Воды как восточный монах.
Концентрироваться она действительно помогала, да и с каждой погасшей руной, «зонтик» купола над головой начинал протекать все больше, а потому не пропадать же добру просто так.
Уснуть тут все равно было невозможно.
Путь Тела работал на полную катушку, и это было одной из причин, почему я решил его поднять прямо в процессе. Обычно так делать не рекомендуется, но мой подъем Путей уже давно далек от обычного.
Уж какой-то водичке меня точно не убить.
За пять часов энергия сделала уже три круга от «Посейдона» до печати с Порталом и обратно, но серьезных сбоев и потерь я не заметил. А находиться тут еще дольше становилось опасно, ведь «зонтик» постепенно разваливался, а заполонившая купол вода уже доходила до колен, поэтому я осторожно отсоединил свой внутренний источник от «Посейдона» и открыл глаза.
— Доброе утро, — бодро поприветствовал меня женский голосок, и я увидел, как напротив меня прямо по воде весело скачет рыжеволосая девица.
Она находилась внутри купола, но там, где мне вода была по колено, Камилла просто скакала по водной глади имитируя игру в классики, а ее платье цвета солнца отражалось миллионом стихийных искорок в каплях воды.
И пусть это была не сама Камилла, а ее полуматериальная астральная проекция, выглядело это все-равно завораживающе.
— Доброе, — зевнул я и скинул с себя остатки одежды, от которой остались лишь лоскуты.
Уцелела лишь мантия, которую я привычно обтянул вокруг тела как в старые добрые. Камилла продолжала скакать на одной ножке по глади воды как по лужам, но искоса поглядывала на меня без всякого стеснения.
— Завтрак захватила? — поднявшись на ноги, спросил я.
— Увы, — остановилась рыжеволосая и развела ручки в стороны, — но, если хочешь, могу тебя доставить ко мне в Обитель, накормить… отогреть, — сверкнули игривые глазки.
— Вынужден отказаться, у меня на этот день другие планы, — глянул я на часы.
Да, задержался я на востоке прилично.
— Так я и думала, потому и пришла сюда сама, — вскинула носик и расцвела улыбкой Камилла, — вижу тебе интересно как я сюда попала? — сказала она, а потом посмотрела на меня внимательнее и качнула головой, словно прочитала мои мысли, — не-е-ет, тебе интересно почему я не сделала это раньше! А я отвечу! Видишь ли, Маркус, этот Храм очень-очень нам мешал и блокировал астральную сеть Ядра. А его разрушение открыло кое-какие лазейки, поэтому, спасибо за это.