Присвоить любовь (ЛП)

◈ Переводчик: Denika
◈ Редактор: Иришка
◈ Обложка: Wolf A.
Глава 1
Хаксли
— Пиломатериалы, новые алмазные сверла, десять листов наждачной бумаги с зернистостью 60 мм и столько шурупов, что наполнят целое ведро. Что ещё есть в списке Уайлдера? — спрашиваю я Кассиана.
Он смотрит прямо перед собой, любуясь пейзажами, проносящимися мимо, пока мы спускаемся с горы за продуктами. Мой бывший армейский рейнджер и друг почти не разговаривал с тех пор, как мы присоединились к Уайлдеру здесь, в Дымчатых горах.
Кассиан хмыкает и отрицательно качает головой один раз. Его лицо твердое, как камень, и угол наклона носа и подбородка более выражен, а лицо наполовину скрыто тенью. Это самый хороший ответ, который я могу получить, поэтому просто киваю и включаю радио.
Песня «Dust in the Wind» группы «Канзас» заполняет кабину грузовика, и я не могу сдержать кривой ухмылки, появляющейся в уголках моих губ. Как это уместно. Знакомые слова песни по-другому звучат во мне после нашей последней миссии за границей.
«Dust in the wind». Все мы — лишь пыль на ветру. Всё та же старая песня, всего лишь капля воды в бескрайнем море, всё, что мы делаем, рассыпается прахом, хотя мы отказываемся это видеть.
Подходящее описание того, что мы все четверо почувствовали, вернувшись в Штаты в последний раз. Уайлдер, Кассиан, Эллиот и я прошли через ад и вернулись обратно, чтобы эвакуировать тот город, пока не начались новые разрушения, и всё же…
Я делаю глубокий, очищающий вдох, любуясь деревьями и листвой, растущей вдоль грунтовой дороги, вьющейся вниз с горы. Здесь, в Дымчатых горах, потрясающе красиво. Суровая красота, смягчаемая только туманом, оседающим на верхушках деревьев.
Мы все сейчас здесь, и это всё, что имеет значение. Ну, почти все мы. Уайлдер, Кассиан и я получили несколько травм. Мне потребовалось несколько операций, но Эллиоту пришлось тяжелее всего. Врачи не были уверены, сможет ли он снова ходить, но за последние несколько месяцев он добился поразительного прогресса. Он должен скоро присоединиться к нам, хотя ему всё равно придётся посещать физиотерапевтические процедуры несколько раз в неделю, пока он полностью не поправится.
Я проезжаю мимо первого указателя на крошечный городок у подножия горы, посмеиваясь про себя над его названием.
Рок-Боттом. (прим. перев. — Каменистое Дно).
Интересно, это игра слов из-за его местоположения или, возможно, название было дано сто пятьдесят лет назад, когда оно не имело такого значения, как сегодня. В любом случае, похоже, что название предвещало то, каким станет город.
Помимо бара, универсального магазина, который одновременно является магазином обуви и одежды, почты и хозяйственного магазина, в этом городе мало что объединяет. Некоторые жители являются фермерами и скотоводами, в то время как другие просто собирают чеки социального страхования и тратят их в баре.
Я проезжал здесь всего один раз во время своего первого восхождения на гору, но этого было достаточно, чтобы понять, что это место, где мечты уходят в небытие. Я думаю, что любому человеку было бы трудно выбраться из этого бедного места, где нет возможностей, а экономика находится в упадке.
Кассиан ёрзает на сиденье, и я понимаю, что он начинает беспокоиться. Ему не нравится слишком долго сидеть взаперти. Понимаю его. Мы провели годы в тесноте, либо в казармах, либо в палатках. Когда мы не были заперты внутри, мы буквально были вместе в окопах.
Все мы четверо вернулись из «Рейнджеров» сломленными по-разному. Физически мы в основном исцелились, за исключением Эллиота. Но эмоционально? Ментально? Я не знаю, восстановимся ли мы когда-нибудь. Или, по крайней мере, я сомневаюсь в своём собственном исцелении.
Что-то, что, кажется, вызывает у Кассиана посттравматическое расстройство в наши дни, — это теснота в помещении. Я был удивлён, что он отправился со мной в эту поездку, но, полагаю, он сделал это только потому, что Уайлдер был занят своей новой женщиной, Ари, а Кассиан знал, что мне понадобится помощь, чтобы погрузить пиломатериалы в кузов грузовика.
  
Я, конечно, не ожидал, что Уайлдер — сварливый одиночка, бывший солдат, которому пришла в голову безумная идея переехать в Дымчатые горы и купить старый шахтерский городок — найдёт себе женщину. Я думал, что весь смысл строительства нашего собственного городка вдали от общества в том, чтобы, ну… быть подальше от общества.
Ари милая и заботливая, и она была хороша для Уайлдера, это очевидно. Он стал более уравновешенным, менее сварливым и искренне довольным своей жизнью. Я завидую ему в этом. Я до сих пор чувствую себя застрявшим в каком-то чистилище. Я ещё не совсем оставил военную службу позади, по крайней мере, в своём воображении, но в то же время я ещё не полностью принял свою новую гражданскую жизнь.
К чему это приведёт меня? Я продолжаю улыбаться, помогая своим друзьям приспособиться, вот к чему. Может, у меня и есть свои демоны из нашей последней миссии, но Кассиану нужно, чтобы я был спокоен прямо сейчас. У меня такое чувство, что Эллиоту тоже понадобится поддержка. Он чертовски озлоблен и не скрывает этого.
Грунтовая дорога заканчивается у знака «стоп», и я сворачиваю налево на гравийную дорогу, ведущую в город. Десять минут спустя мы въезжаем в Рок-Боттом. Я вижу кофейню, которую раньше не замечал. Возможно, мои первоначальные суждения об этом городе были неверными. Вывеска прослужила пять лет и выглядит современно, как и здание. Возможно, это место не так ужасно, как мне показалось вначале.
Главная улица проходит через весь город, на протяжении всех двенадцати миль. Все магазины находятся в северной части, которая ближе всего к горе. Я захожу в «Хозяйственный магазин Грегга», немного сомневаясь, что у них будет всё, что нам нужно.
Кассиан выпрыгивает из грузовика в ту же секунду, как я паркую его на стоянке, ему явно не терпится выйти на открытое пространство. Он разминает руки и расправляет плечи, делая глубокие вдохи, чтобы успокоиться. Я сочувствую ему. Война изменила всех нас.
Я захожу в магазин, позволяя Кассиану провести время на улице. Я распахиваю входную дверь, и над ней звенит колокольчик. Войдя внутрь, я приятно удивляюсь обширному ассортименту и тому, как четко обозначены проходы. Я заметил, что всё, кажется, тщательно организовано, и это ещё один сюрприз. Наверное, я тоже слишком рано оценил это место.
Я беру корзинку и быстро составляю список покупок, исключая древесину, которую нам нужно будет купить на лесоповале в соседнем городе. Когда я подхожу к прилавку, до меня доносится нежный, сладкий аромат. Как будто это какой-то экзотический цветок или…
Чёрт возьми. Кто это?
За кассой, прислонившись к стойке, стоит женщина, погружённая в чтение какой-то книги. Несколько прядей её каштановых волос выбились из-за того места, где она заправила их за ухо, и их глубокий красновато-каштановый цвет резко контрастирует с её бледной фарфоровой кожей. С этого ракурса я могу разглядеть только лёгкий изгиб её носа, силуэт её полных, надутых губ и другие округлости, на которые я стараюсь не пялиться. Не хочу, чтобы она чувствовала себя неловко. Но, чёрт возьми… полная грудь, широкие бёдра и, насколько я могу судить, мускулистые ноги, которые хорошо смотрелись бы на моих бёдрах.
«Господи Иисусе, возьми себя в руки», — ругаю я себя.
Моргнув несколько раз, я пытаюсь выбросить из головы эти неуместные мысли и подхожу к прилавку.
— Привет, — выдыхаю я, прежде чем закашляться. Боже, я говорю так, словно мне четырнадцать и я только вступил в половую зрелость.
Женщина вздрагивает, роняя книгу.
— О! — восклицает она, и в её изумрудных глазах вспыхивает шок. — Прости, — извиняется она. То, как она произносит это автоматически, заставляет меня думать, что это вошло у неё в привычку. Мне это не нравится, но я понимаю, что мои собственнические мысли совершенно неуместны.