Недруги (СИ)

Не раздумывая больше ни секунды, Горов поднялся с дивана и направился в сторону троицы.
— Егор? Что ты тут делаешь? — с удивлением задал Валя вопрос внезапно возникшему перед ним бывшему.
— Хотел поговорить с тобой.
— Не думаю, что нам есть о чём. Я тебе всё высказал ещё в понедельник, так что не стоило себя утруждать поездкой сюда.
— Что за…?! — тут же вскипел Горов на пренебрежительный спокойный тон парня. — Говоришь, не о чем? — глухо рыкнул мужчина. — Ты хоть представляешь, что, вообще, происходит?!
— Если ты о фотографиях, то «да». Я хорошо представляю, что происходит.
— Ты знал обо всём! — воскликнул Егор и в этот момент ему было глубоко наплевать на рядом стоявших людей и что они подумают. — И ничего не сказал мне! Ты понимаешь, что их увидели мои родители и обо всём узнали! Вы все были в курсе происходящего, — ткнул он пальцем сначала в Валю, а потом и рядом стоявшую с ним Юлю. — Вы хоть представляете какой шок испытала моя семья, увидев это. Мне пришлось во всём им признаться, а я ещё не был к этому готов! Да родителей чуть сердечный приступ не хватил, а они уже не молоды для таких потрясений!
— Твои родители?! — не сдержавшись взвизгнул Валя. — Как и следовало ожидать, ты думаешь только о себе: о своих проблемах и своих чувствах! А ты подумал хоть раз, что испытал при этом Я?! Или как страдала Юля? А что пришлось вытерпеть директору по твоей вине?! — распаляясь всё сильнее и тыкая указательным пальцем в грудь Егора, почти шипел Валентин, чувствуя, как на глазах закипают слёзы обиды. — Да он практически не спит последнюю неделю и живёт на работе, чтобы разгребсти последствия, в первую очередь, твоих поступков, о которых ты даже вспомнить не можешь! И ты, при всём при этом, нагло заявляешься сюда, ещё и жалуешься, публично высказывая своё недовольство?!
Валентин тяжело и быстро дышал, словно пробежав стометровку за рекордное время. Юля тихонько приобняла парня за плечи, погладив по руку.
— Тише-тише, — словно ребёнка, успокаивала она Валю. — Не стоит он твоих нервов и слёз. Высказался, а теперь выброси его из головы, словно и не было никогда в твоей жизни.
Егор не мог найти слов, чтобы хоть что-то вымолвить в ответ, а поэтому просто беспомощно открывал и закрывал рот, словно рыба, пойманная в сети и выброшенная на сушу. Он никак не ожидал от Валентина такой отповеди, а презрительный взгляд, обычно мягкой и добродушной, Юли, брошенный в его сторону, окончательно лишил мужчину уверенности в своей правоте. Неужели, он, действительно так облажался? Но ведь это был всего лишь чёртов поцелуй, который он даже не помнил!
— И почему же ты здесь? Когда я сказал тебе не приближаться, да даже не дышать в мою сторону, а, значит, и в сторону близких мне людей, — от знакомого, отдающего льдом, голоса, душа Егора ушла в пятки.
Буквально в паре шагов от него стоял Ларин. Как всегда, выглядел Валера просто сногсшибательно! В светлом бежевом костюме с синим галстуком и голубой рубашкой в тон его глаз. Чисто выбритое лицо и модная причёска. По его виду никогда не скажешь, что последние несколько суток мужчина спал урывками по несколько часов и у него едва хватало времени нормально покушать, однако, тут уже в игру вступал Юрка, который буквально отрывал Леру от работы, чтобы тот не забывал о необходимых для жизни вещах. Правда, за Никитиным стоял строгий и постоянный контроль любимой старшей сестры и жены, перед которыми также приходилось отчитываться о проделанной работе, а, главное, о соблюдении режима «сна и отдыха». Юра с Мариной не могли не заметить, что в отношениях Юли и Леры наступил кризис, который решить у супругов банально не хватало времени и сил из-за навалившегося количества работы и проблем с нею связанных, поэтому Никитину приходилось вдвойне тяжелее, находясь меж двух огней.
Выражение лица Ларина заставила Егора сглотнуть вязкую от страха слюну и стало ещё страшнее, когда Лера быстро преодолел короткое расстояние, разделявшее их, оказавшись вплотную перед Горовым, и схватил за воротник его зимней куртки так, что с силой сдавил шею мужчины. Может в росте у них и не было большой разницы, зато в силе разница была весьма существенной. Егор помнил, как ещё в школьные годы Ларин один мог справиться с четырьмя, не отличавшимися особой силой, противниками, так что страх Горова был вполне обоснованным и, судя по хватке на шее, непохоже, что с годами Валера стал слабее.
 
— Я-я не знал, — кое-как выдавил Егор, инстинктивно пытаясь разжать руки Леры.
— Ах, ну да, ты же не помнишь, — злобно ухмыльнулся Ларин, пугая до дрожи в коленках. — Но, когда незнание освобождало от ответственности? Или, может, тебе помочь освежить память? Говорят, шоковая терапия иногда помогает.
После этих слов последовал сильный удар кулаком в скулу Горова, от которого мужчина кулем свалился на пол, не в силах подняться, так как голова и вся левая часть лица дико болели. Но Лера не собирался останавливаться на этом, а взял бывшего друга, которому когда-то безгранично доверял, за волосы и стал поднимать вверх, пока их глаза не встретились вновь. Взгляд Егора был наполнен болью и ужасом, а Леры — бешенством и яростью, и ни капли жалости или сострадания не было в нём.
— Может ты хочешь подать на меня в суд? — спросил Ларин с издёвкой. — Смотри сколько свидетелей вокруг.
И, действительно, Валя сейчас в шоке смотрел на своего босса, также, как и все скопившиеся здесь сотрудники «Сапфира», помимо Юли с братом, взгляды которых не выражали ничего, кроме презрения к Горову. Эти двое хорошо знали истинный характер Валеры Ларина, как и то, на что он был, на самом деле, способен. Юля искренне считала, что её муж не станет проявлять беспричинную жестокость к другим и даже в этой ситуации полностью оправдывала его действия, а, вот, Юрку именно эта сила и контролируемая безбашенность его родственника, и заставляла признавать превосходство и лидерство Ларина над ним. Никитин чувствовал, как некоторые люди вопросительно поглядывали на него, явно считая, что начальнику службы безопасности стоило бы вмешаться в эту опасную ситуацию, но он не только этого не делал, но и не давал делать этого своим подчинённым, полностью поощряя действия гендиректора. Хотя, если вспомнить, что Ларин знал большинство сотрудников службы безопасности лично, особенно тех, кто в «Сапфире» работал уже давно, и участвовал с ними в спаррингах ещё до того, как стал директором, то можно понять, что те никогда не попрут против Ларина не только из чувства субординации перед руководством, а в первую очередь из уважения, зная, что Валерий Владимирович лично способен уложить их на лопатки.
Горов уж едва соображал и не в силах был говорить. Он даже помотать головой был не в состоянии, лишь ощутил, как ему в живот врезался кулак, выбивая последний воздух из лёгких. Егор вновь упал, сжавшись комочком, находясь на гране потери сознания, более того, был бы рад провалиться в забытьё, чтобы больше ничего не чувствовать.
— Лер, достаточно, — раздался спокойный голос Юли в образовавшемся молчании.
Она взяла мужа за руку, привлекая его внимание к себе. В глазах Леры всё ещё пылала ярость, но при взгляде на жену помаленьку стала стихать и через несколько секунд он кивнул, соглашаясь с Юлей, после чего перевёл уже более спокойный и осознанный взор на Никитина.
— Юр, вынеси этот мусор на улицу, — скомандовал Ларин.
— Есть, босс, — ответил Никитин.
Юрка наклонился и со спины сгрёб воротник куртки, валяющегося на полу мужчины, в кулак и потащил его по полу в сторону выхода. Те, кто стоял на пути главного безопасника быстро отходили, уступая ему дорогу. Пинком Никитин открыл дверь и, ухватившись за куртку Горова второй рукой, с размаха, швырнул мужчину за порог на замёрзшее заснеженное крыльцо, после чего, с чувством выполненного долга, захлопнул дверь обратно, довольно улыбнувшись, и подошёл к гендиректору, сказав:
 
— Идём. Развлеклись и хватит. У нас ещё куча работы.
- Да, — кивнул Ларин, нехотя отпуская руку жены, шепотом проговорил, чуть склонившись к её уху. — Сегодня я добью последние необходимые дела, а завтра освобожусь пораньше и мы всё обсудим.