Крымский «ЛИКБЕЗ»
– Я Вас понял, отец.
Они пересели в карету, где сидели их жены, начались расспросы, на которые удивлённые дамы не получили ответов. Общий вердикт был такой: провели успешные переговоры, это наши союзники, прибывшие из Южной Америки добровольцами на будущую войну с Турцией. Их предводитель: русский, весьма опытный генерал, воевал в Южной Америке. Это передовой отряд, скоро прибудут и остальные. По-русски и на французском не говорят, только на парагвайском. Именно такой была «официальная легенда», которую оговорили ещё в штабе.
– Тогда о каких машинах писал Лазарев? – переспросила Александра Федоровна.
– Какие-то новые паровые машины, но они ещё не прибыли!
– Как не прибыли? А Екатерина Тимофеевна, жена Лазарева, утверждает, что машины есть!
– Она их видела?
– Нет! Но слышала, что они есть!
– Милейшая Александра Федоровна! Ты бы поменьше выживших из ума старух слушала!
– Ну, какая она старуха! Ей всего 48!
– Ну, значит просто глупа, как гусыня. Сплетни распускает. Их послушать, так франкмасоны захватили всё вокруг. – недовольным голосом проговорил император.
Гораздо меньшую активность проявила молоденькая Мария Александровна, которая сказала лишь, что хотела бы посмотреть на совершенно другие машины, которые, совершенно точно, есть у жены предводителя волонтиров. Ей все уши прожужжали, показывая модели платьев, заказанных у новой знаменитости.
– Я с нетерпением хочу познакомиться с тем, как она умудряется с такой великолепной точностью обрабатывать ткани!
Вернувшись в Севастополь, Александра Федоровна попыталась ещё раз разузнать всё с точностью:
– Я понимаю, мон шер, что ты не захотел говорить о делах при этой недалёкой невестке, но мне-то ты можешь сказать, почему ты приказал повернуть армию назад, ведь волонтиры не подчинились Нам? Это же бунт!
– Никакого бунта не было! Даже думать об этом забудьте, дорогая! Во всем виноват князь Дубельт, проклятый выскочка! Он всё напутал и непроверенные слухи превратил в скандал! Чуть не поссорил нас с нужными людьми. Я не буду присутствовать на его похоронах.
Благодаря этому маневру, Николаю удалось погасить недоумение, как в ближайшем окружении, так и в кругах дипломатических. В газеты, практически, ничего не просочилось, за исключением того, что у «главаря волонтиров» есть катер, который развивает ход до 35 узлов. На нем утром на Графскую прибыл новоиспеченный генерал-адмирал с супругой. Но, рассмотреть катер никому не удалось! Как только прошла высадка, катер отбыл в Стрелецкую бухту. Взяв пролетку, супруги прибыли в свой дом. Там высилась гора визиток, присланных в течение прошедшего дня. Через пару часов прибыл гвардейский офицер и передал письмо от Николая. Предписывалось прибыть на совещание в дом генерал-губернатора.
Генерал-губернатором был вице-адмирал Мориц Берх, из штурманов, бывший директор флотского училища. Дом находился недалеко от Покровского собора, был разрушен во время второй бомбардировки, после осады не восстанавливался. Вообще, все адмиралы и офицеры флота жили на Большой Морской. Нижние чины могли ходить там только по делам и поручениям. Просто так находиться на этой улице запрещалось. Сергея поселили в «инженерной» стороне, там его соседями были, в основном, артиллеристы береговых батарей и инженеры-строители. Офицеры флота избегали появляться в тех местах. Но, на момент принятия решения Сергей не был офицером флота, поэтому его и Светлану поселили в том месте. Дабы не нарушать священных традиций императорского флота. Само собой, это ограничивало контакты Сергея с офицерами флота, зато среди артиллеристов он был хорошо известен. В отличие от самих офицеров, женам разрешалось ходить везде, кроме Корабельной слободы, поэтому на количестве заказов у Светланы местоположение дома не влияло. Вместе с гвардейцем Сергей приехал в довольно большой дом, в котором расположился император. Тот отсутствовал, уехал осматривать Адмиралтейство, которое находилось не так далеко от этого места. Дом был довольно неплохо украшен и обжит несколькими губернаторами. Но, долго любоваться интерьерами не пришлось: за окнами застучали копыта, раздались команды, забили барабаны. Сергей вышел на крыльцо дома. Довольно длинный караван карет и повозок уже остановился, матросы откидывали трапики, давая их «сиятельствам», «величествам» и «высочествам» спуститься на грешную землю. Сверкали аксельбанты и бриллианты, звенели шпоры. Простая экскурсия превратилась в балаган. Проект Адмиралтейства, с большими сухими доками на восточном берегу Южной бухты, был произведением инженерного искусства в исполнении адмирала Лазарева и англичанина Джона Уптона, который также сопровождал Его Императорское Величество на этой экскурсии. Из-за него Сергей и не стал располагать строительство новых кораблей в Севастополе. Известно, что инженер-полковник Уптон отказался воевать в Крымскую войну, а первоначальный проект самонаполнения доков оказался ошибочным. Пришлось покупать котлы и насосы в той же Англии. Вместе со всеми Сергей вернулся в главную залу и поприсутствовал на награждении Лазарева и Уптона орденами Святой Анны с вручением денежной премии. Лишь после этого командование флота, император, великий князь и два министра удалились на совещание. Император не стал прилюдно представлять полномочия Сергея. Может быть и верно поступил. Совещание длилось более 6 часов. Основной итог можно было подвести коротко: VII отделение получило годовой бюджет 60 000 000 рублей золотом и ассигнациями в равных долях. В случае обострения ситуации, предусматривалось двухкратное увеличение бюджета. Канкрин и Орлов были посвящены в тайну появления у России «союзников», но, без деталей, только по ходу Крымской войны. Однако, доставка в Севастополь такой значительной суммы была довольно длительным мероприятием и требовала целой экспедиции. Часть суммы находилось в Киеве, но там было всего около трех миллионов рублей в империалах и полуимпериалах. Или 1,16 грамма золота за рубль, или 3480 килограммов в золотых монетах. При цене золота в 2014 году 1427,47 рубля за грамм, только в Киеве лежало более 5 триллионов рублей.
Поручив Корнилову и капитану Харламову перебросить в Николаев один БТР и джип Светланы, Сергей ушел домой, требовалось встретится со «Змеем». Дальнейшие действия проводить без поддержки на самом верху становилось невозможным. Слишком значительными были суммы, и слишком много требовалось закупить! Шифровку от «Змея» получил сразу, по выходу на острове, Правда, пришлось пешком по льду добираться до Синёво, где стояла машина. Встретились на даче.
– Половину отгрузил! Дня через три будут на месте. Что новенького?
– Да мы тут «склад» нашли. – Сергей достал из кармана упакованный столбик монет, аккуратно развернул бумажку и не дал раскатиться монетам.
Генерал кашлянул.
– Ну, ты, вечно, и впутаешься! За этим, что ли, ходил? Золото Колчака, небось! Думаешь, что Забайкалье бомбить не будут? Будут!
– Ошибаетесь, Виктор Саныч, это не там. Но, к золоту Колчака это имеет отношение. В некотором смысле этого слова.
– И как много?
– Пока на 5 триллионов рублей поднимаем, по курсу ЦБ, но там ещё есть.
– Ты же понимаешь, что это операции не "местного значения".
– Ну, так, поэтому, я и здесь.
– Надо на Сергей Борисыча выходить, без него никак. А что нужно?
– Оборудование для производства процессоров, ну, и так, по мелочи. Вот список.
Генерал пробежал глазами по нескольким листам, скрепленных скрепкой.
– Довольно странный заказ. Что ты там собрался делать?
– Новую империю, а она должна быть с зубами.
– Я вижу. Сергей Борисовича, Настенька! Сергей Борисович! Моё почтение, товарищ генерал-полковник! … Нет-нет! Всё по плану! … Да, спасибо! Конечно!
Несколько минут они обсуждали что-то, никаким боком несвязанное с темой, затем «Змей» запросил разрешение подъехать для доклада, лично. И замолчал. Через некоторое время сказал какую-то «абракадабру». Затем подтвердил, что его правильно поняли. Еще немного послушал и ответил: «Есть!». После этого повесил «кремлёвку».