Стихия Перемен (СИ)

— Договаривались без шулерства. Давайте-давайте выкладывайте, я знаю о вашем тузе! — и обратился уже к Оплетале: — Работать на команду Темных Властелинов весьма опасно. Но для нас это возможность сохранить не только свое ремесло, но и остатки своего вида. Цели совпадают. Тем более, что по всему нашему миру терпимость Дракона очень хорошо известна.
— Так же как и опасность, которую нам сулит конфликт с Саламатом! — встрял Журавль. — Не хочется напоминать, но каких-то шесть-семь лет назад именно мы помогли добыть его алхимикам рецепты создания искусственных бестий! И тем самым обеспечили себе его нейтральность! А это дорогого стоит!
— Ива Блаженова несколько раз пыталась меня убить! — невзначай напомнил мэтр Оплетала, играя на повышение ставок. — И будет пытаться в дальнейшем.
Проехав долгий путь от самого сердца земли Брайдерийской, от белокаменных палат царских, мимо заиндевевших рощ и снежных полей, с проглядывающею сквозь снег черною землей, мимо быстрых речушек и обнесенных частоколами деревенек, встретив на пути сотни людей со своими нуждами пробирающихся из одного края земли в другой, экипаж запряженный четверкой златогривых быстроногих коней вынужденно остановился в самом неприемлемом для этого месте. Оси колес провернулись и замерли, колыхнув алую шторку в небольшом окошке. Кучер с лицом закрытым глубоким капюшоном беспокойно повернул голову влево. Со склона открывался хороший вид на дальнюю лощину, погруженную в сонный туман. Из земли торчали высокие, размером с популярные в этом краю осоки, столбы с многочисленными набитыми на них табличками. Конечно прочитать их было бы затруднительно, если бы не знать заранее содержимого.
Между табличками с заботливо выжженными магией резами, обращенными к Пресветлым Семарглу, Валоху и даже Бледному Жнецу, встречалось одно и тоже — ПУТИ НЕТ. И короткое слово, бросающее в дрожь любого знакомого с новейшей историей Царства. ВЕСЕЛОСТ. Верхушки домов теряющиеся в белом тумане, подрагивали словно мираж, а пустынные улицы лишь казались безопасными.
Зеркальноглазые охранники экипажа мигом взяли тот в коробочку, готовые в случае чего обнажить оружие. Дверца приоткрылась и из салона раздался женский голос:
— Что происходит? Зачем мы остановились?
Телохранитель мигом закрыл конем госпожу от любой возможной опасности.
— Какие-то молодцы перекрыли дорогу. Флаги знакомые, но чьи припомнить не могу.
Шторка сместилась и госпожа Блаженова приподнявшись глянула на совершенно пустую дорогу. Недоуменно взглянула на зеркальноглазого.
— Видите какая очередь? — сказал тот показывая рукой на грязный, но свободный тракт. — Ничего, сейчас мы их быстро разгоним!
Все прочие телохранители вели себя примерно так же. Как если бы видели на дороге всамделишный затор. Ива сощурившись глянула в сторону Веселоста.
— Не беспокойтесь! — по-своему понял её взгляд глава телохранителей. — Забирайтесь внутрь мы быстренько расчистим…
Облачко воздуха вышло из раскрытого рта зеркальноглазого. И он и его скакун замерли, превратившись в подобие восковых фигур. Как и все окружение Ивы. Кто-то застыл тиская узду, кто-то картинно приложив руку козырьком ко лбу и созерцая туманное село. Вся четверка коней вместе с кучером. Словно в театре марионеток. На окрестности обрушилась зловещая тишина.
Чавкая грязью по дороге в стоптанных башмаках из-за поворота показалась нищенка с подвешенной на шею жестяной кружкой. Обычная такая старая нищенка с косматыми немытыми волосами растрепавшимися из-под серой рогожи, одетая в собранные по деревням лохмотья. Ива следила за медленным приближением старухи. Когда она спокойно прошла мимо двух застывших, покрывающихся снежком всадников посланница Саламата ступила наземь и вышла навстречу похожей на олицетворение Холеры старой бабе.
— Я тебя не знаю, — проговорила она в морщинистое скованное печалью лицо попрошайки. — Никогда не видала. Что за горе у тебя случилось?
— Детки померли, — тихо проронила бабка. — Дочечки. Недавно. Плачу, как все матери. Со всеми плачу. Когда уже кончится это. Такая боль, что душу вывернуть охота.
 
Ива потянулась к своему кошелю.
— Позволь мне помочь тебе…
— Не нужно. Другие помогут, — просипела нищенка. — Тогда мука моя стихнет, как все винные в гибели деток на этой земле сами в землю лягут. А пока… пока что у меня для тебя есть одна помощь.
Засунув грязные пальцы в жестяную кружку на дне которой позвякивала мелочь бабка вынула оттуда маленький, с ноготок размером, темный изумруд. И старая нищенка протянула этот странный дар молодой красивой, богато одетой женщине. Когда та взяла камушек в руку то не справилась с лицом и показала свой страх.
Бабка же молча покачала головой и пошла своей дорогой, бросив на прощание:
— Много в тебе гордыни, деточка. На многое способна. За тебя все просили, но ты помни я была против. Дочек мне жалко. Ты про это крепко запомни. Не век же тебе властвовать. Свидимся еще…
И старая жрица богини Астис пошла прочь по пустой безлюдной дороге, оставив Иву Блаженову с бесценным подарком. Отныне она Владычица Ведьм. Коронованная не в тронном зале, а посреди разлогой грязной весенней дороги нищей старухой.
— … всех этих дуралеев, — закончил речь зеркальноглазый. И застыл, пораженный тем, что бесценная госпожа неведомым образом переместилась в пространстве.
— А где же все? — растерянно пролепетал кучер, обозревая совершенно пустую дорогу.
— Морок…
Ива спрятала изумруд и забралась в экипаж, хлопнув дверцею.
— Не обращать внимания. И поехали скорее, я хочу быть дома еще до ночи!
Три партии были отыграны на зеленом бархате стола. И во всех побеждал один и тот же игрок. Знаток магических теорий довольно потирал покрытые золотистой шерстью лапы и тряс меховой гривой.
Плавно и непринужденно тек обмен информацией, более похожий на задушевную беседу давно не видевшихся друзей. Кубки с вином и какой-то алой жидкостью наполнялись и опорожнялись. Компания медленно хмелела. Особенное упорство в этом проявлял Журавль — бравши по целому кувшину и макая в узкое горлышко свой длинный клюв.
— Если помните ко мне недавно обращалась Торговая Гильдия, — в полголоса рассказывал Искатель. — Их уже доняли всевозможные нападения разбойников и постоянные убытки. Просили разузнать, не от них ли происходят утечки о торговых операциях.
— Помним-помним, — ловко подменяя карты сообщил Журавль. Оплетала махинацию заметил, но решил, что Искатели и так выиграл слишком много поэтому промолчал: — Я тогда еще ломал себе голову, пытаясь разыскать связь между торговой гильдией и Крысами. Только так ничего и не отыскал. А что, что-то есть?
— Не там искали, — торжествующе сообщил Искатель. — Торговцы с Крысами отношения подпортили давно, но речь не о том. Я нашел утечку, но прежде чем делиться с торговцами решил, рассказать вам. Особенно это будет интересно тебе, Оплетала.
— Не припомню, чтобы у моих заказчиков были проблемы с Царством. Ну кроме одного.
— А речь и не о них. Я вот сейчас намекну… у Крыс есть свой человек в казначействе Царства.
Журавль и Оплетала, посмотрели на Искателя.
— Возможно. У тебя есть доказательства?
— И не только. У меня есть кое-что, что выдаст с головой не только предателя, но и подскажет Царю, кто ловит рыбку в мутной водичке. Если ты конечно хочешь помочь своему нынешнему заказчику.
Оплетала ухмыльнулся. Наверное. В темноте нельзя было ничего разобрать
— Цели у нас совпадают. Не расскажешь что тебе удалось разведать?
 
… Под перевернутым возом лежал еще один человек. Уже мертвый если судить по натекшей вокруг тощих ног в шерстяных штанах кровавой луже.
«Восемнадцать, — отметил про себя Искатель. — Для ровного счета не хватает еще двух».
— Еще двоих мы взяли живьем, — хмуро, неохотно пояснил начальник охраны. — Но стоило нам это столько, что честное слово, убить было бы проще.