Стихия Перемен (СИ)
К бородачу присоединилась небольшая фигурка мага в развевающейся одежде. Маг пафосно размахивал руками, беззвучно разевал рот и лепил некое подобие огненного шара. Оный шар немного погодя врезался в косматый бок монстра и с шипящей дымкой погас, лишь немного взъерошив шерсть. Каракоджал заинтересовался оппонентом и после короткого обнюхивания скоренько попер на карманного тучегонителя. Маг засуетился отстреливаясь самыми разными видами наступательных заклинаний. Под балками разверзлась мерцающая баталия. Но итог оказался печален — монстр запрыгнул на спину тщедушного чародея и дав тому шпоры погнал в сторону темного угла, где благополучно сгинул.
— В общем вы меня поняли. А ведь каракоджал относится к достаточно примитивной нечисти. Как правило он неохотно вступает в борьбу. Но ведь есть и другие. Более опасные. Быстрые. Смертоносные. Против них такого рода магия бесполезна. Моя аналогия понятна?
Люторад — красный как рак — потупился. Я же небрежно махнул рукой в сторону белой башни, виднеющейся прямо за окнами горницы:
— Семинария за тем и создавалась, чтобы увеличить уровень подготовки существующих магов. Не колдунов. Не жрецов. Не волхвов. Не алхимиков или друидов. Магов! Универсалов! Научить таланты работать с новейшими достижениями волшебников, а не опираться на архаику и атрибутивную магию. Она хороша для церемоний, а не для реальной жизни. Главное не форма, а суть. Опирайтесь только на себя, а не на химеры магического мира.
Ученики оживились, обмениваясь негромкими репликами. Они усиленно готовились к моим занятиям, бравируя друг перед другом. Самостоятельно штудируя трактаты, с энтузиазмом выискивая возможности построения принципиально новых типов атакующих заклятий. Это сказывалось и на общей успеваемости по другим предметам — их изучали, по большей части чтобы использовать на моем занятии. Некоторые (вроде Люторада) даже пытались самостоятельно изучать школы Баланса. Так называли в Семинарии магию Эрца, густо замешанную на хитроумных конструкциях Порядка и Хаоса, астрологии и геометрических расчетах. Маги-патриархи Эрца, считающиеся основателями «цивилизованных» типов магии (куда ранее входила и выделившаяся благодаря усердию Балбарашцев Алхимия) до сих пор вызывали трепет во всем, что касалось чар. Сильному магу-«аристократу» кудесники Царства могли бы противодействовать лишь массово или при помощи заемной божественной силы.
— Разрешите вопрос? — пока Люторад переживал заслуженные минуты унижения, его молчанием воспользовалась Химелла.
— Внимательно слушаю.
— Наставник. Значит ли сказанное вами, что форма заклятия, предложенная Люторадом не может быть использована?
Я отметил про себя общую отстраненность в её голосе. Значит эта поделка имеет несколько авторов. Химелла… яркий образчик терпимости Семинарии. Девушка-маг. Раньше в Царстве такое восприняли бы как горячечный бред. Лучшее на что может рассчитывать женщина — при божественном благословении — быть жрицей в капищах Богинь. Впрочем эта девочка была пробным камешком запущенным седовласыми волхвами. Её неудачи отмечались стариканами из столицы куда острее, нежели успехи. Поэтому Химелла стала одним из лучших учеников Семинарии. И, ставлю на это крылья Мерхаджаула, в её душе зрел настоящий пожар ненависти к пренебрегающим её уникальными способностями белым магам.
— Отчего же, — еще раз пробежав глазами лист высказался я. — По существу здесь предложено очень и очень неплохое атакующее заклятие. Три уровня это, скажу вам… неплохо.
Действительно, сложенная композиция могла бы быть достойной жемчужиной в коллекции любого мага. Первые два уровня заклятья направлялись на пробивание возможной защиты противника-чародея, отсечения его от дополнительных источников силы. А вот третий должен был наподобие тонкого стилета войти в щель крепчайшего магического доспеха и прикончить врага на месте. За основу этого изделия, как я понимаю, была взята идея «нитки», с успехом опробованная Люторадом на площади совсем недавно.
— Только придуманное вами это… молоток. Хитроумный, спрятанный в букете с источающими ядовитый аромат цветами… но молоток. Оно конечно сработает — эффект неожиданности, да еще и пробивные способности, помноженные на «остриё» магии. Но для этого вам нужен постоянный источник магической энергии. Сильный источник. Где возьмете?
На мой закономерный в общем-то вопрос семинаристы отреагировали странно. С ожиданием во взорах уставились на меня. Особенно Химелла — аж подалась вперед. Могу поспорить первые два уровня придумывала она. Девчонка, к удивлению всех наставников, чаще всего работала с Вихрем и была специалистом в наложении магической брони. И её пробивании. Как и все «оружейники» втихомолку мечтала создать несокрушимый доспех.
— Мы хотели бы… — замялась она. Я знал, что должен сейчас подбодрить её наводящим вопросом, но вместо этого демонстративно ждал продолжения. Нечего передо мной изображать скромницу.
— Чтобы вы… — она снова сделала попытку вовлечь меня в озвучивание собственной просьбы. — Помогли нам с источником.
Видя мое недоумение семинаристы загалдели наперебой, поддерживая свою соратницу:
— Наставник вы же такой мастер. У вас получаются самые сложные заклятия и вы никогда не пользуетесь артефактами. Расскажите нам! Расскажите как вы это делаете!
Та-ак. Тааа-аак! Неожиданно. И не ко времени. Рассказать про источник могущества? Ага сейчас! Разбежался. Еще слишком рано. В вас еще нет нужных мне качеств. Они не выражены так сильно, как хотелось бы. Но Химелла… я смотрел только на девчонку — скромненько сев она являла образец смирности. И не скажешь, что это она подговорила всех на сей акт дознавательства. Умна деваха не по годам. Тянется к силе. Не удивлюсь если и Лютораду помогла, лишь для того чтобы задать этот вопрос. Прямо Астис в миниатюре!
— Рассказать? — громыхнул я, перебивая нестройный гул голосов. — Малы еще! Для того я здесь и распинаюсь, чтобы вы со временем научились так же! Со временем, потому что это очень сложная и опасная работа! Для непосвященного она грозит не только смертью, но и куда горшими последствиями! Чтобы выработать стиль магии сродни моему требуется мастерство, мастерство и еще раз…
Мое пафосное рассуждение оказалось перебито не слишком подходящим способом. Визгом. Отнюдь не умиления или восторга от моего гения. Тонко истерично визжал один из юных магов — выскочив из-за своего стола и с ужасом глядя под него. Взоры всех присутствующих моментально обратились сперва на перепуганного, потом под стол. Тут уж визг стал хоровым. Обстановка в помещении накалилась во всех смыслах. Меж вспотевших ладоней некоторых магов возникли разномастные искры будущих заклинаний.
Из-под столешницы на побледневших чародеев (спокойными остались лишь несколько, в числе которых оказались Люторад с Химеллой) выглядывало белолицее черноротое создание. В пустых кровоточащих глазницах колыхалась фиолетовая хмурь. Детские рахитичные пальчики с коготками обхватывали ножки стола.
— Спокойствие! Всем сохранять спокойствие! — рыкнул я, про себя прикидывая что это за разновидность нечисти затесалась в самое сердце обители белой магии. И чем её можно выгнать. Тварь заметив неподдельный интерес к своей персоне хищно зашипела дергая отвратной физиономией.
— Именно. Сохраняйте спокойствие и не вздумайте пылить своими огненными шарами! — раздался насмешливый голос идущий со стороны двери. — Вирлик нервничает и может броситься.
На входе в семинарскую высилась мрачная фигура главного друида. Шагельд удовлетворенно взирал на переполох вызванный его тварью среди учеников. Я сдержал ругательство — терпеть ненавижу когда рядом со мной кто-то занимается показухой и позерством! В конце концов я на этом собаку съел и чужие неуклюжие попытки нагнать страху вызывают у меня закономерное раздражение!
— Убери свой комнатный кактус, пока я на него не наступил, — вежливо попросил я, очень демонстративно разминая руки. Пространство вокруг кафедры не менее вежливо изогнулось. Это была не подготовка к заклинанию, а просто эффектная демонстрация силы. Красивый эффект, если угодно.