Равноденствие (СИ)

Гермиона чувствует себя крайне бестолковой.
— Что ты здесь вынюхиваешь? — резко произносит Северус грубым тоном.
Рукой Снейп непроизвольно тянется назад, касается запястья Гермионы и жестом заводит ее за себя. Грейнджер слушается, делая пару мелких шагов в сторону. Широкая спина Северуса закрывает ее от Фенрира.
Сивый тяжело дышит, явно собирает воедино картинку в своей голове и скалит зубы. Он не глупый, таких Темный Лорд возле себя не держит. Повадки и манеры у него, может, и не безупречны, но голова соображает.
И это сейчас не на руку ни Гермионе, ни Северусу.
— В лабиринте непорядок, — неоднозначно произносит Сивый. — Надо решить один вопрос. Спускайся.
Гермиона бросает взгляд на по-прежнему заведенную за спину руку Северуса. Ей хочется прикоснуться к нему, сжать пальцы, дать понять: иди, я прикрою спину, однако она не успевает этого сделать.
Ей не хватает доли секунды.
— Только быстро, у меня масса дел, — холодно чеканит он, направляясь к нему.
Гермиона отдергивает руку, заводя ее за спину.
— Не сомневаюсь, — скалит зубы Сивый. — Это будет быстро, обещаю.
Гермиона с тревогой смотрит на лопатки удаляющегося все дальше Северуса, но держит бесстрастное выражение лица. Даже когда Сивый смотрит на нее в последний момент перед тем, как Северус поворачивает в сторону лабиринта, ей удается безразлично посмотреть в глаза оборотню и не отвести взгляд первой.
Когда они оба скрываются за поворотом, Гермиона срывается с места, направляясь следом за ними.
Северус нутром чует, что так просто все не закончится. Он идет впереди в сторону лабиринта, но чувствует взгляд Фенрира на своих лопатках. Снейп ощущает уверенность, когда понимает, что предусмотрительно оставляет свою волшебную палочку в правом рукаве мантии.
— Что за вопрос необходимо решить? — строго интересуется Северус, дернув на мгновение головой в сторону Сивого.
Оборотень продолжает идти следом, точно ищейка, пока тянется рукой к своей волшебной палочке в кармане разорванной мантии.
— Яма с грязнокровками, — придумывает на ходу Сивый. — Объяснять долго, проще самому все увидеть.
Северус понимает очевидную вещь. В лабиринт войдут двое, а вот выйти, скорее всего, придется кому-то одному. Он заходит в туманный рукав неприветливого лабиринта под сгущающиеся сумерки и начинает про себя считать до пяти.
Раз.
Несколько широких шагов. Клубы тумана закручиваются под ногами.
Два.
Виднеется первый поворот. Шаги Фенрира подстраиваются под его собственные, внутри лабиринта становится все темнее.
Три.
Чувства обостряются. Сердце начинает стучать в груди быстрее. Еще три широких шага.
Четыре.
Поворот. Мантия шелестит следом. Фенрир отстает ровно на семь шагов. Палочка скользит из рукава в ладонь. Северус плотно сжимает ее между пальцами.
Пять.
Вспышка.
Северус уворачивается и ускоряет шаг, намереваясь завести оборотня поглубже в лабиринт подальше от особняка. Еще одна вспышка, за ней следует еще одна. Лоб обжигает резкой болью. Ветка сильно хлещет ему по лицу. Живая изгородь могла бы загореться, если бы не была заколдована.
Заклинания летят мимо, Сивый бросает вслепую.
Снейп минует еще один поворот, встает спиной к стене, слышит приближающиеся грузные шаги оборотня. Его зубы клацают, слышится утробный рык. Сивый настроен решительно. Его желание очевидно: убрать Снейпа, чтобы получить долгожданную кровь магглорожденной, которую сейчас, кроме Северуса, никто не охраняет.
Северус вслушивается, сжимая в ладони палочку. Четыре шага Фенрира до оптимальной точки. Ничего не видно, но этого и не требуется. Главное, слышать. Мужчина резко вскидывает руку.
— Петрификус тоталус!
Грузный звук дает Северусу понять, что цель достигнута. Выждав несколько секунд и поняв, что посторонних звуков больше нет, Снейп медленно выходит из-за поворота и бросает в воздух шар света из кончика палочки.
Блуждающий огонек освещает туманный коридор. Северус видит небрежно раскинутые ноги оборотня, неловко брошенные по сторонам руки и его осоловелый взгляд. Он слишком много знает, необходимо лишить его этих воспоминаний.
 
Выставив вперед палочку, Северус одними губами шепчет:
— Обливиэйт.
Светлая витиеватая полоса магии забирает воспоминания оборотня, не причиняя ему вреда. Северус глушит шар света, восстанавливает поврежденную живую изгородь и широкими шагами направляется обратно к особняку.
В какой-то момент он открывает и закрывает рот, чтобы звон в ушах прекратился, и это не с первого раза, но помогает. Над Мэнором блуждают густые сумерки, когда он возвращается к задней двери для прислуги, но не застает там Гермиону.
Встревоженно вздохнув, он идет обратно в дом, стараясь себя одернуть. Здесь больше нет никого, кто причинил бы ей зла. Она в доме. Он не понимает, почему ноги сами несут его в свой кабинет, но идет он именно туда.
Подсознательно, наверное, чувствует, что может пройти по туннелю в ее комнату, если это будет необходимо. Открыв дверь, Северус моментально бросает взгляд на диван возле камина и едва сдерживает вздох облегчения.
Гермиона поднимает взгляд от книги и, как ни в чем ни бывало, смотрит на него так, будто они заранее договариваются встретиться на тренировку. Грейнджер чуть хмурит брови, пусть и старается держаться спокойно.
— Что с вами? — интересуется она.
Звучит абсурдно, но так даже проще воспринимать всю ситуацию в целом. Северус закрывает за собой дверь и проходит к своему столу, усаживаясь в кресло.
— А что со мной? — немного расслабленно и безразлично задает он встречный вопрос, намереваясь без надобности разгрести бумаги на столе.
Гермиона поднимается с места.
— Ваш… лоб, — произносит она, оставляя книгу на столике, ни единой строчки которой не прочла.
Северус хмурит брови, и боль тут же дает о себе знать. Подняв руку, он прикасается пальцами к пульсирующей точке, чувствуя что-то горячее и липкое. Он подносит пальцы к глазам. На подушечках пальцев кровь. Ветка ударяет его сильнее, чем он думает.
— Пустяки, — небрежно произносит он, хватая из пачки салфетку, чтобы вытереть пальцы.
Гермиона без слов подходит к книжной полке, берет оттуда аптечку, которой сама же периодически пользуется во время тренировок, и подходит к столу Северуса, присаживаясь на его край.
Мужчина поднимает взгляд.
— Не стоит…
— Надо обработать, — произносит она таким жестким тоном, что сама поражается, но не подает виду.
Северус не находится с ответом. Гермиона достает вату и баночку с обеззараживающим средством.
— Как так вышло? — старается заполнить молчание Гермиона беспечной болтовней.
Северус понимает, что это сейчас — лучшее решение. Он поддерживает ее глупую затею.
— Мне пришлось говорить с Фенриром чуть жестче, чем хотелось бы, — неоднозначно отвечает он. — Кто знал, что он схватится за волшебную палочку.
Звучит это, может, и беспечно, но и он сам, и Гермиона понимает, что все к этому и идет изначально. Глупый треп вынуждает их обоих избегать разговора, который прерывает Фенрир.
— Я так и поняла, что следует воспользоваться тем самым крайним случаем, — произносит она и вынимает свою волшебную палочку, оставляя ее на столе.
Северус смотрит на нее, стараясь теперь действительно влиться в суть разговора. Значит, ему не показалось. Гермиона смачивает вату спиртовым раствором, не глядя на Северуса.
— Вы все видели? — старается до конца разобраться он.
— Конечно, — спокойно отзывается Гермиона, оставляя на столе баночку с раствором. — Я наложила оглушающие чары на лабиринт, чтобы в доме никто не услышал и не увидел того, что там происходит.
Она усаживается на столе ровнее, поворачиваясь к Северусу.
— Поднимите голову, чтобы мне было удобнее, — сдержанно произносит она, потянувшись к нему.
Северус и сам не понимает, почему так делает, но выполняет ее просьбу без лишних слов. Гермиона, слегка прищурившись, рассматривает неглубокую рану под светом лампы, а затем прикасается пальцами к лицу мужчины, чтобы было удобнее.