Огненная для Ледяного лорда (СИ)

– Ого. Сколько этим ловушкам лет, интересно? – воскликнул Аскар.
– Похоже, что очень много. Надо найти что-нибудь типа толстой доски. Хотя, ты не сможешь его удержать, – махнула я рукой, оглядываясь.
Аскар решительно прошел мимо с серьёзной миной и вернулся с длинной деревянной скамьёй. Взгромоздил её себе на плечо боком, чтобы полотно было вертикально, и двинулся через коридор.
Я пошла следом, ожидая ещё какой-нибудь гадости. И не прогадала: пол под ногами Аскара исчез в мгновение, но скамейка удержала его от падения в тёмный провал, из которого дохнуло холодом и сыростью.
– Держись, я сейчас помогу, – вцепилась я в скамью, чтобы она не сдвинулась. И так за самый край цепляется. Лорд оказался достаточно ловок, чтобы через несколько секунд выскочить на той стороне.
– Что будем делать? – спросила я.
Скамейку перевернули, и предо мной оказалась доска с ножками, что пролегала над бездной.
– Аскар, миленький, я боюсь высоты и не любительница чёрных дыр и провалов.
– Смотри на меня. Здесь всего три твоих шага. Иди ко мне.
Помолившись богу и призвав на помощь всех святых, я пересекла этот ужас.
– Вот скажи мне, это точно эльфийские ловушки? – спросила я, боязливо оглядываясь и цепляясь всеми силами за рубашку мужчины.
– Нет. Это ловушки нашего недоделанного мага. Возможно, что есть несколько ходов и он замаскировал их все. Каждый по-разному.
– Шутник. Оторвать бы ему эту шутейку.
– Ты монстр, я смотрю, – засмеялся Аскар, при этом внимательно осматривая двери, перед которыми мы стояли. – Смотри. Вот твой артефакт, – показал он на тонкую пластину с рунами, что была воткнута между дверьми. Только вот как её вытащить?
– Давай я. У меня уже есть опыт, – хмыкнула я и, захватив за край, вытащила её.
– Вот ещё одна, и ещё одна.
В итоге, мы вытащили четыре одинаковые пластины с разными рунами.
– Они нагреваются, когда рядом. Надо их куда-то деть, – вытянула я руки.
– Это не они греются, а твоё пламя ими лакомится, – с недоумением смотрел он на то, как расплавляются пластинки и впитываются в мои ладони. Когда я перевернула руки, то на тыльной стороне обеих кистей красовалась длинная надпись рунами.
– Я скоро стану ходячей магической энциклопедией, если начну впитывать все силы артефактов. Мой элементаль не лопнет?
Все ящерки подняли головки.
– Иди, а то меня сейчас стошнит, – раздражённо сказала я и дотронулась до двери.
Ослепительная боль пронзила тело тысячами иголок. Крик вырвался из груди. Теряя сознание, увидела, как распускаются снежные цветы.
Глава 26. Принятие магии
Аскар
Я так винил себя, что не успел удержать малышку. Она такая бедовая.
В замочной скважине был заложен кристалл. Чёрного, как беспросветная тьма, цвета. Я не успел пресечь ледяной сеткой мгновенно разбежавшиеся по дереву, густо ветвящиеся линии. Только удалось заморозить их.
Крик, вырвавшийся из груди любимой, воткнулся острым кинжалом прямо в сердце. Вторая сущность вырвалась. Я укрыл Сани крыльями, пытаясь не дать чёрной магии завладеть её душой. Ужас сковал мой разум. Дверь разлетелась вдребезги, но артефакт висел в воздухе, и чёрными маслянистыми щупальцами вцепился в маленькие ручки, покрывая их до запястий сплошным слоем.
 Чёрное нечто в контрасте с белоснежной кожей смотрелось жутко и неправильно. Все мои силы были вложены, чтобы разорвать эту нежеланную связь. Я не сразу заметил, как тело в моих объятиях стало нагреваться, пока оно не стало дрожать мелкой дрожью. Вторая сущность Александры вырвалась наружу.
Мелкие паразитки – ящерки – исчезли с рук, и вдруг появились на голове. Я с открытым ртом смотрел на маленькие треугольные разноцветные головки, что уложились в корону, укладываясь тельцами в основание. Волосы заструились мягкими золотистыми волнами. Я всё ждал момента, когда девушка откроет глаза, заглядывая ей в лицо, и краем глаза следя за маслянистой гадостью.
И чуть не отшатнулся, когда девушка повернула голову и открыла очи. Большие, на пол-лица, изумительного синего цвета, блестящие, как драгоценные камни. И ни капли жизни в них. Ледяной океан стужи у огненного мага. Странно звучит. Но так это и было.
 
– Отпусти, – утробно прозвучал вибрирующий голос, в котором сложно было узнать голос самой девушки.
Я отступил на шаг, не решаясь вернуться в обычное тело. Дальше отступать нельзя. Проём так и не закрылся. Если случайно оттолкнут, сорвусь в яму. И крылья не помогут.
Перед моими глазами происходило страшное и великолепное по своей красоте зрелище. Огромные языки пламени взметнулись вверх, превращая Александру в ярко горящий факел. Девушка сделала шаг вперёд и взяла камень в руки.
Моя протянутая рука, чтобы её остановить, так и осталась висеть в воздухе. Резкий хлопок – и чёрный прозрачный пузырь заключил её в замкнутое пространство. Пламя лизало тонкие стенки, но не расплавляло их. Я подумал, что надо вмешаться. Если огонь затухнет, девчонка умрёт.
Но не тут-то было. Александра развернулась ко мне и, склонив голову набок, улыбнулась. Чёрный пузырь вдруг покрылся ярко-жёлтой сеткой изнутри, и рассыпался на искорки.
– Интересные перчатки, – посмотрела она на свои руки.
– Это тёмная магия, милая. Давай избавимся от неё, – аккуратно предложил я.
– Я не знаю, как. Да и жалко отказываться от такого подарка, – хмыкнула девушка. Её милая улыбка никак не вязалась с холодными глазами.
Спорить сейчас с ней было бесполезно. Видно, что Александра была заинтересована новыми ощущениями. Или у неё были свои мысли. Угадать, что происходит в этой хорошенькой головке, не представлялось возможным.
– Знаешь, Аскар. Любая магия – это сила, которая выбрала нас. А наш выбор – принять её или нет. Магия не бывает ни белой, ни чёрной. Не обманывайся на этот счёт. У магии нет разума, как у человека или существа. Какого цвета магия и чему она послужит – добру или злу, решает сам носитель силы. Смешно, правда? Мы всего лишь подходящие сосуды. Носители. Обидно, знаешь ли.
– Может, ты и права. Поговорим об этом потом, милая. Нам надо идти, – решил я её отвлечь от размышлений. Мне не нравилось, что она стала копаться в такой скользкой теме.
– Да. Надо бы. Пойдём. Я чувствую источники разной магии. Ты ведь тоже чувствуешь разницу? Её много. Она не только цветом или интенсивностью света отличается. Магия отличается и консистенцией, ощущением. Иная ластится, как котёнок, другая обжигает, третья возбуждает, есть та, что поднимает боевой дух. А вот та, что сродни моему новому приобретению, – растопырила она пальцы на руках, – очень коварна. – Она посмотрела мне в лицо. – Ты не притрагивайся к такой субстанции или артефакту. Мужчине с ней не справиться. Тут нужна хитрость, гибкость и изощрённый ум, как у женщины, и её нежность.
Я слушал Александру и понимал, что она очень далека от меня. Я понятия не имел, о чём она говорит. Я не чувствовал ничего из того, о чём она вещала. Пока я размышлял и старался не пропускать ни слова из речи Александры, мы спустились по узкой каменной лестнице достаточно глубоко.
– Вот мы и пришли, – сказала она.
Снова повернулась ко мне. Её глаза светились.
– Мы не одни, – прошептала она, шагая впереди. – Их очень много. На потолке. Не шуми, разбудишь.
Я поднял глаза, стараясь сильно не запрокидывать голову. Странные создания висели вниз головой. Я не мог разглядеть, что они из себя представляют. Только и смог увидеть в сумраке свода страшные клыкастые морды, сложенные крылья и цепляющиеся за балки крепкие ноги с острыми загнутыми когтями.
 
Они висели скоплениями, целыми гроздьями в иных местах. На стенах мрачного помещения пылали магические факелы, разливая вокруг призрачный голубой свет по широкому, с высокими сводчатыми потолками, помещению.
А вот ближе к середине подземного зала рядами стояли длинные низкие столы со скамьями. Как будто ждали, что сейчас сюда войдут казначеи правителя и начнут считать сокровища. На одних горками лежали драгоценные камни, золото, серебро. На других – готовые изделия в шкатулках.