30 сребреников (СИ)

— Поговорите отец Иаков, а я поговорю с королём.
— На том пока и порешим, — кивнул отец Стефан, и мы простились друг с другом.
  
Глава 30
 
Снова мы собрались только спустя три дня, когда ситуация накалилась тем, что Его высочество, решив поторопить нас принять нужное решение, на один день отозвал всех наших помощников и закрыл помещение магистрата, в котором проходили допросы. Разумеется, дело тут же встало и инквизиторы сами попросили меня о встрече.
— Вы поговорили с Его высочеством, брат Иньиго? — хмуро поинтересовался у меня брат Стефан.
— Вы видите сегодня результат ваших сомнений, которые я ему озвучил, — философски заметил я, — Его высочество не хочет больше ждать, город, а также порт и так теряют огромное количество прибыли, поэтому Альфонсо требует, чтобы мы ускорили производство, а не замедляли его. На восстановление филиала инквизиции в Неаполе он согласен, будет, как и раньше его финансировать за счёт средств короны.
— Тогда я согласен на его предложение, — брат Стефан кивнул, — я также поговорил со своими людьми, и они согласны молчать за десять флоринов каждому.
— Они у них будут, — кивнул я.
— Мы также согласны, — подтвердили два других инквизитора.
— Настоятель Санта-Кьяра попросил с меня тысячу флоринов, — отец Иаков пристально посмотрел на меня, — мы сможем предоставить ему эти средства?
— Если он начнёт поиск рабочих для ремонта сегодня, то деньги будут у него уже завтра, — я серьёзно посмотрел на отца Иакова, — я выделю из своих средств, которые потом компенсирую за счёт короны.
— Тогда и от меня да, — кивнул он.
— Я сообщу через архиепископа Его высочеству, что завтра же механизм правосудия завертится с большей силой, — спокойно подтвердил я наши договорённости, тщательно скрывая свою личную радость. Я на этом городе уже заработал неплохо, а впереди предстояло ещё одно хорошее дело, обещающее мне ещё больше прибыли.
— И ещё одно дело, которое я хотел бы с вами обсудить, — задумчиво заметил один из инквизиторов, — помните ту девушку, которая сбежала с евреем?
Мы все кивнули.
— Она пыталась покончить с собой, — хмуро сказал он, — родители давят на неё, чтобы она опозорившая их, ушла в монастырь, она же пообещала наложить на себя руки и как мне сказали, это уже её вторая попытка.
— Вы говорили с ней? — поинтересовался отец Стефан.
— Да брат, дело усугубляете тем, что она беременна, так что вместе с ней, умрёт и невинное дитя.
— Давайте я решу этот вопрос, чтобы вы не останавливались над тем, что для нас важно? — вмешался я, — тем более я чувствую за собой некую ответственность за её судьбу, ведь именно я оторвал её от того парня.
— Только не вздумайте переживать за сделанное брат Иньиго, — на меня серьёзно посмотрел брат Стефан, — вы поступили как истинный христианин и иудеи должны понести наказание за совершённое преступление по отношению к христианам.
— Ну, хочу я того или нет, но всё же брат Иаков влияет на меня, — я слегка улыбнулся, — его милосердие хоть и с сопротивлением с моей стороны, но проникает в каждую частичку моего сердца. Боюсь, что к концу этого дела я брошу всё, оставлю себе только робу, верёвку, сандалии и отправлюсь проповедовать.
— Я не настолько уверен в себе, как ты во мне брат Иньиго, — улыбнулся отец Иаков, — но рад, что мои слова цепляют твоё сердце.
— Тогда договорились, — подвёл я итог разговора, — вы сконцентрируетесь на главном деле с дворянами, чтобы завершить его в кратчайшие сроки, потом можно будет закончить и всё остальное, что у нас осталось, я тем временем буду по-прежнему помогать вам и решу вопрос с ремонтом монастыря и также судьбой той девушки.
— Согласны, — за всех ответил мне брат Иаков.
* * *
Закончив беседу, я сразу позвал Алонсо, чтобы он отнёс меня к настоятелю монастыря. Который сильно грустил и ждал того момента, когда же всё это закончится и все уберутся из его владений, не мешая его сытой и вольготной жизни дальше.
— Добрый день отец, — когда меня внесли в его кабинет, я попросил Алонсо опустить меня на стул и оставить нас одних. Настоятель сразу же забеспокоился, он почему-то побаивался меня с недавних пор.
  
— Хочу посмотреть расчёты, из чего вышла сумма ремонта монастыря в тысячу флоринов отец, — миролюбиво спросил я, а его глаза тут же забегали.
— Это просто примерные цифры брат, — быстро ответил он, — по примеру недавнего ремонта церкви.
— Могу я ознакомиться с расходными документами её ремонта?
Он замолчал.
— Отец, — я миролюбиво спросил его, — сейчас у нас рассматриваются дела нескольких братьев из вашей обители, которые дважды крестили одного и того же ребёнка, или же гадали на дату прихода в мир Сатаны. Вы ведь не хотите, чтобы во время их допроса всплыло и ваше имя?
Настоятель побледнел.
— Что вы хотите синьор, — он хмуро посмотрел на меня.
— Чтобы ремонт монастыря начался как можно быстрее, — мирно ответил я, — за разумную цену. Так что я прошу вас найти цеха каменщиков, плотников и кого там ещё нужно, чтобы они рассчитали фронт работ и сказали цену за свои услуги. Это можно устроить?
— Займусь поиском, — кивнул он.
— Нет отец, — покачал я головой, — завтра я дам вам своего управляющего, и вы вместе с ним этим займётесь, я хочу, чтобы отец Иаков уезжал из вашего города со спокойной совестью за судьбу мальчика, которого он спас.
— Кто он такой, если вы оба за него так беспокоитесь? — удивился настоятель, — он же просто сын портовой шлюхи!
— Он христианин, — мирно поправил его я, — и будет добрым христианином, если мы все позаботимся о его судьбе. К тому же…
Я достал из-за пазухи вексель и протянул его настоятелю. Он взял его в руки, словно змею. Брови его поднялись.
— Сто флоринов, лично вам, от меня в благодарность за ту неоценимую помощь, которую вы нам предоставили, дав кров и еду на всё время проведения расследования, — заметил я, — ну и разумеется, эти деньги не отражены ни в каких документах.
Настоятелю просто не хватило сил отказаться от таких огромных денег, и я его понимал, особенно когда знал его оклад по должности настоятеля. Я просто ему подарил половину годовой зарплаты.
— Жду вашего управляющего брат Иньиго, — он спрятал вексель и на его лице появилась лёгкая улыбка, — постараюсь со всем рвением решить вопрос ремонта, как можно быстрее.
— Благодарю вас ещё раз отец, — склонил голову я, — в своём отчёте Святому престолу я обязательно упомяну имя добродетельного и честного настоятеля церкви и монастыря Санта-Кьяра.
— Двери этого дома всегда для вас открыты брат Иньиго, — попрощался он со мной, уже явно более спокойный, чем когда я к нему пришёл.
Прежде чем заниматься делом девушки, я решил посетить ещё одно место, чтобы поблагодарить ещё одного человека, помощь которого была многими недооценена, но не мной. Благо идти было недалеко.
Калитку ворот монастыря клариссинок открыла незнакомая мне монахиня, которая ойкнула, увидев сначала лицо Бернарда, а затем моё, выглядывающие за его спиной.
— Настоятельница на месте сестра? — поинтересовался я.
— Да, проходите брат Иньиго, — она явно меня узнала, что сократило нам время на объяснения.
Вопросов к нахождению на территории монастыря огромного швейцарца в этот раз ни у кого не возникло, меня многие из монахинь, помогавшие мне в соборе на сортировке людей знали в лицо.
— Брат Иньиго! — удивилась пожилая женщина, когда меня внесли к ней в кабинет.
— Добрый день сестра, — я показал Бернарду опустить меня на стул и выйти, она тут же напряглась.
— Вам не о чём переживать сестра, — заговорил я спокойно и миролюбиво, — я пришёл поблагодарить вас за помощь, которую оказали расследованию вы и ваши послушницы.
— Эта наша обязанность помогать посланцам Святого престола, — склонила она голову.
— И папа обязательно об этом узнает из моего отчёта, — ответил я, — что более надёжной матери-настоятельницы ордена клариссинок в Неаполе ему не найти.