30 сребреников (СИ)

Кардинал Торквемада недоумённо на него посмотрел, затем понял и рассмеялся.
— Простите брат Иаков, — он показал на выглянувшего меня из-за спины смутившегося Алонсо, — но Иньиго — он.
— Добрый день отче, — поздоровался я на латыни, — приглашаю посетить мой дом, где мы сможем обговорить наше путешествие.
Изумлённый священник, услышав мою латынь, покачал головой и перекрестился.
— Неисповедимы пути господни, — прошептал он и пошёл за нами внутрь.
Поскольку у меня был режим экономии, то ели и пили мы сами очень скромно, и увидев на столе простую еду, его брови поднялись, но он промолчал.
— Угощайтесь отче, — пригласил я всех к столу, — отведайте, чем послал бог.
Мы помолились и сначала подкрепились, прежде чем приступить к разговору.
— Я уже наметил наш путь, а также позаботился об охране, — начал я разговор, — поспрашивав у тех, кто путешествовал последнее время, я предлагаю сначала Неаполь, потом Милан. Поедем в повозке, под охраной десяти наёмников.
— Я пойду пешком, — ответил он тоном, не оставляющим ни малейших сомнений в том, что так и будет и спорить точно бесполезно.
Я посмотрел на Торквемаду, но тот лишь пожал плечами, показывая, что тут он бессилен.
— Тогда наше путешествие весьма сильно затянется, — попытался воззвать я к разуму нового напарника.
— Значит, так того хочет господь, — заверил меня он, перекрестившись.
— «Боже помоги мне — это фанатик, — абсолютно точно я понял, кого занесло ко мне в дом и поскольку я уже встречался с ему подобными, то перестал даже пытаться убедить в его неправоте, поскольку это было бесполезно».
— Против повозки, но по поводу охраны и маршрута возражений у вас нет? — решил на всякий случай уточнить я.
— Только дополнение, что останавливаться на ночлег мы будем только во францисканских или доминиканских монастырях, никаких трактиров, — поставил он новое условие.
— Похоже путешествие будет не из простых, — понял я, вызвав лёгкую улыбку кардинала Торквемады.
— Что же, тогда я вас оставлю, — заключил он, поднимаясь, — договоритесь о дне выезда, получите документы о том, что вы представители папы и можете выезжать.
— Благодарю вас ваше преосвященство за помощь, — склонил голову монах, на что сам кардинал ответил.
— Это честь для меня брат.
— «Да кто это вообще такой-то! — изумился я».
Когда кардинал ушёл, мы с монахом утрясли детали, я заверил его, что возьму на себя всю организацию процесса, раз он не любит мирскую суету и предпочитает больше молиться, и мы договорились встретиться у монастыря францисканцев на выезде из города, через три дня. На этом и расстались, я на руках Алонсо пошёл его проводить и ещё долго смотрел в вслед, на то, как он, опираясь на свой сильно избитый посох, идёт по дороге.
— Седлай лошадь, мы едем к швейцарцам, потом в банк, — распорядился я Алонсо, поняв, что видимо это путешествие мне запомнится надолго.
  
Глава 19
 
Дом, который снимали наёмники под свою базу не изменился, а как я знал, Бернард сейчас воевал где-то во Флоренции, так что рассчитывал найти его заместителя, с кем можно будет заключить контракт на сопровождение.
— Есть кто из старших сеньоры, — спросил я у охраны, когда Алонсо доставил меня к дверям дома.
— Да, синьор Иньиго, — они меня конечно узнали, — сам капитан недавно вернулся.
— Что это с ним? — удивился я, — он же должен быть во Флоренции.
— Сейчас сами увидите синьор Иньиго, — улыбнулись они насквозь пошлыми и неискренними улыбками.
Заинтересовавшись, я прошёл в дом, где застал прислонившегося к стене громадного швейцарца, у которого перемотанная левая рука висела на перевязи.
— Добрый день сеньор Бернард, — поздоровался я, — а почему вы стоите?
Его лицо перекосила гримаса.
— Только не говорите мне синьор Иньиго, что эти во дворе вам ещё всё не растрепали, — тяжело вздохнул он, так и оставшись стоять.
— Нет, они сказали, что я всё увижу сам, — я стал догадываться, что охранники не зря хихикали, говоря об этом.
— Да в жопу меня ранили, в жопу, — вырвалось у него вместе с витиеватыми швейцарскими ругательствами, — коня подо мной убили, а пока я из-под него выпутывался, попали прямо в левую половинку. Теперь сидеть не могу толком, а спать так вообще только на животе. Пришлось уехать из Флоренции сюда на лечение.
  
Я старательно сдержал улыбку и перешёл к делу.
— Мне предстоит путь сначала в Неаполь, потом в Милан, — начал я, — сколько по вашему опыту нужно нанять охраны?
— Четыре «копья» будет вполне достаточно синьор Иньиго, — не раздумывая ответил он, — разбойники ни за что не станут связываться с таким количеством вооружённых людей, а больше нанимать нет смысла, поскольку если на нас нападёт отряд других наёмников, то не хватит и сорока человек. Так что нет смысла переплачивать.
— Срок контракта примерно на три месяца, с возможностью продления, если мы не вернёмся за это время, — продолжил я, — посчитайте пожалуйста.
— Да расценки не изменились синьор Иньиго, — пожал плечами Бернард, — сто шестьдесят восемь дукатов, если «копья» будут с арбалетчиками. Половина сейчас, половина после завершения.
— Вексель для банка Медичи примешь? — спросил я, на что он кивнул, — подождите тогда со мной, отправлю парней снять деньги.
Он позвал кого-то из наёмников и те взяв мой подписанный для обналичивания документ с проставленной суммой и подписью, умчались в банк, а мы остались у него. Чтобы не скучать он приказал принести нам еды и выпивки, а пока мы перекусывали Бернард неожиданно спросил.
— А вы на лошади поедите синьор Иньиго?
Я отрицательно покачал головой.
— Дорога дальняя, вряд ли я смогу её проделать в кенгурятнике, вися на спине Алонсо, так что хочу снять повозку на это время, — ответил я, — мой управляющий уже предварительно договорился с одним нашим соседом, который оказался рад подзаработать.
Бернард задумался.
— Слушайте синьор Иньиго, наймите и меня тоже? — попросил он, — если вы поедете в повозке, я тоже могу поехать, а то я тут со скуки помру, ещё и под градом смешков от товарищей.
— Нет сеньор Бернард, — покачал я головой, — вы слишком дорого стоите, у меня нет лишних ста дукатов в месяц на вас, а за меньшие деньги вы сами говорили, что не сможете наняться, поскольку вас не поймут другие наниматели.
— Это да, — загрустил великан, но затем его лицо просветлело.
— А если я возьму отпуск? И с вами поеду просто как ваш друг? — поинтересовался он.
— И сколько эта дружба обойдётся для моего кошелька? — ворчливо поинтересовался я, ничуть не обманываясь в его словах.
— Всего пятьдесят дукатов, сеньор Иньиго, — подтвердил он моё предположение, — у меня левая рука не работает, я не могу скакать на лошади, так что это справедливая цена, соглашайтесь!
Денег было конечно жаль, отец скорее всего выполнит свою угрозу и денег мне больше не даст сверх тех, что уже прислал, но с другой стороны капитан знал очень многих наёмников, так что если нам где-то будут грозить проблемы, то только один его внешний вид мог успокоить особо горячие головы.
— Хорошо сеньор Бернард, — нехотя кивнул я, — вы тоже наняты, за сорок пять дукатов в месяц.
Бернард покривился, но спорить не стал, а вскоре доставили деньги для его кампании, свои он сказал, что может получить после прибытия, поскольку мне доверяет, так что заключив договор и договорившись о встрече через три дня, мы расстались.
Он отправился скучать дальше, а мы с Алонсо поехали в банк, обнаружив к сожалению, что директора пока нет на месте. Я попросил Алонсо достать десять флоринов и обратился ко всем работникам.
— Друзья мои, думаю я могу вас так называть, хоть мы и проработали не так много времени вместе, но распоряжение папы отправляет меня в дорогу, так что я буду вынужден уволиться с этого места. Мне будет не хватать вашей компании, так что чтобы вы вспоминали обо мне, дарю вам по небольшому подарку.