30 сребреников (СИ)

— А-а-а, протеже Торквемады и Борджиа, — кивнул тот и заинтересованно смотря на меня, спросил на латыни, — и как вам?
— Идеальный механизм ваше преосвященство, — ответил я на этом же языке, — прекраснее зрелища, я просто не встречал в своей жизни.
На лицах обоих епископов появились улыбки, а кардинал удивлённо хмыкнул, моя латынь была явно лучше его, и он это понял. Не знаю зачем, но он стал говорить мне быстро примеры сложения, вычитания, умножения и деления, а я также быстро стал давать ему ответы.
Когда он остановился и посмотрел на епископов, которые вооружившись бумагой и перьями, всё это проверяли, то они кивнули, показав ответы, которые полностью совпадали с моими.
Кардинал удовлетворённо покачал головой.
— Заглядывайте к нам почаще сеньор Мендоса, — сказал он и не прощаясь, пошёл на выход, оставляя меня с двумя весьма удивлённым епископами.
— Он его впечатлил Жозе, — когда кардинал вышел, ехидно заметил мой проводник.
— Я заметил Дарио, — кивнул тот, посмотрев на меня, — что бывает весьма редко.
— Поскольку его преосвященство мне показал основное из вашей канцелярии, — заметил я, — то в благодарность хочу вас обоих пригласить вас к себе домой на ужин. Если скажете, какое вино и еду предпочитаете, Бартоло постарается это всё достать. Я правда вам благодарен, поскольку сегодня увидел, что такое порядок.
Епископы улыбнулись, а сеньор Жозе заметил.
— Думаю будет не сильно справедливо, если мы придём одни, без родных, чтобы насладиться хорошей компанией и едой.
— Ваши семьи также приглашены, разумеется, сеньоры! — тут же заверил их я, вызвав улыбки.
— Тогда предлагаю воскресенье в шесть, — предложил он и все согласились.
Поскольку экскурсия была закончена, я с ними попрощался, ещё раз несколько раз горячо поблагодарив за доставленное удовольствие. Дальше мы с Бартоло отправились домой, поскольку нужно было заглянуть снова в банк Медичи.
  
Глава 15
 
Попав домой, чтобы пообедать, я вызвал к себе Альваро Парета.
— Сеньор Альваро, — когда он пришёл и поклонившись поздоровался, я обратился к нему, — хочу поручить вам важное задание.
— Конечно сеньор Иньиго, всегда к вашим услугам, — склонил голову мой управляющий.
— В это воскресенье, нужно подготовить дом к прибытию гостей, — продолжил я, — скорее всего будет около двадцати человек, так что вы с Алонсо, как люди благородного сословия тоже приглашены. Так что не жалейте денег, купите лучшего вина и пригласите хорошего повара, чтобы занялся готовкой продуктов, всё должно быть готово к шести часам.
— Кто у нас будет в гостях? — поинтересовался он.
— Два епископа и их семьи, — ответил я и он ненадолго задумался.
— Я ведь могу всё сделать со своим разумением сеньор Иньиго? — поинтересовался он.
— М-м-м, — протянул я, — что вы имеете в виду сеньор Альваро?
— Поскольку гости прибудут скорее всего на повозках и на лошадях, нужно будет позаботиться об их расположении, — ответил он без запинки, — так же будут скорее всего и слуги. Чтобы их не пускать в дом, нужно будет разбить шатры и нанять охрану, чтобы имущество гостей и наше при этом не пострадало. Не волнуйтесь сеньор Иньиго, у меня есть опыт во встрече большого количества людей.
Я не думал, что в таком простом действии, как принятие гостей на пару часов, будет скрываться столь много проблем, а то бы не стал даже предлагать подобное. Но раз уж пообещал…
— Сеньор Альваро, я вам полностью доверяю, — вздохнул я, поскольку не хотел даже вникать в бытовые вопросы, для меня это было скучно, если для этого имелись другие люди, — так что для меня главное, чтобы гости уехали довольными.
— Всё сделаю сеньор Иньиго, — поклонился управляющий.
— Благодарю вас сеньор Альваро, я благодарен богу и отцу, что прислал вас мне, — вполне искренне ответил я, на что он улыбнулся, поблагодарил и откланялся.
* * *
— Письмо. От Альваро, — Диего показал отцу принесённое служанкой новое письмо.
— Открывай, мне тоже интересно, — заинтересовался глава дома Мендоса.
  
— «Милостью Божьей, передаю вам своё почтение и благодарность из города Рима, сеньор Диего», — начал читать тот, — как вами было и приказано, передаю отчёт о тратах вашего сына за последнее время. Прошу вас кроме самих сумм, прочитать ещё и мои комментарии, поскольку, не зная для чего и кому выплачиваются такие деньги, вы можете подумать, что деньги тратятся зря, но это вовсе не так'.
— Судя по его оговоркам, сейчас начнётся, — хмыкнул дон Иньиго, и Диего согласно кивнул.
— «Шестьсот флоринов было потрачено на оплату ученичества у кардинала Виссариона Никейского, — продолжил он чтение, — и если сначала я тоже был полон недоумения, за что платить такую сумму, то порасспрашивав в городе я узнал, что кардинал Виссарион очень уважаемый человек, а также знает множество языков из-за чего папа часто отправляет его своим легатом в разные страны. Поэтому узнав, что мой господин, является его учеником, мне на рынках Рима стали делать скидки на продукты, что среди проклятых, скупых итальяшек является настоящим чудом».
— Шестьсот флоринов! — покачал головой Диего.
— «Сто пятьдесят было затем выплачено сеньору Леону Баттисту Альберти, — продолжалось письмо, — также поинтересовавшись о нём среди людей, я получил ответ, что это тоже известный и уважаемый человек, а также учитель, попасть к которому в ученики мечтает каждый обеспеченный отпрыск римских семей. Так что и в этот раз я не могу упрекнуть сеньора Иньиго в напрасной растрате денег».
Дальше Диего стал перечислять только суммы, без комментариев управляющего и конечная сумма набегала на то, что им нужно было готовиться высылать на следующий год ещё как минимум пять тысяч флоринов.
Закончив чтение, дон Диего потряс письмом.
— Что скажешь отец? Мне кажется, за меньшие деньги можно было нанять лучших учителей.
— За меньшие да, но будут ли они лучшими? — глава дома задумался, — ты не увидел среди этих сумм главного.
— Чего же отец? — удивился Диего.
— Там нет трат на побрякушки, оружие и прочее, — справедливо заметил дон Иньиго, — если убрать обычные жизненные траты, то деньги расходуются только на учителей и на встречи с ними. Твой сын явно много вкладывает в своё будущее. Обширные знакомства среди кардиналов, епископов и прочих весьма влиятельных людей. Тебе объяснять, что это значит?
— Нет отец, — всё же с большим сомнением вздохнул Диего, — кто-то из них в будущем может стать папой.
— Именно сын мой, — покивал головой глава семейства, — пока у меня нет нареканий к внуку, так что продолжим давать ему деньги.
— Но отец! — возмутился Диего, — пять тысяч флоринов! Я на снаряжение последнего каравана с шерстью потратил меньше, а прибыль с него будет больше, чем неизвестно, что будет дальше с Иньиго.
— Жена, остальные дети интересуются его судьбой? — поинтересовался глава дома.
Сын удивлённо посмотрел на отца.
— Конечно нет, о нём все давно забыли, думаю даже будут рады, если он никогда не вернётся из Рима.
— Это вряд ли случится, поскольку у нас назревают проблемы внутри Кастилии, — покачал головой дон Иньиго, — король расторг брак с Бланкой Наваррской и при дворе вскоре появится новая королева.
— Это как-то повлияет на то, что король не смог за тринадцать лет брака лишить девственности свою первую супругу? — удивился Диего, — думаю с этой будет то же самое.
— Слухи из Португалии говорят, что Жуана Португальская опытная и страстная в постели, — дон Иньиго подмигнул сыну, — при этом умудряется не лишаться девственности.
— Португальцы, — Диего осудительно покачал головой, — ни целомудрия, ни чести.
— В любом случае, если снова начнётся гражданская война, мы не сможем давать деньги Иньиго, они пригодятся нам самим на наёмников, — глава дома Мендоса стал серьёзным, — они нам понадобятся здесь, чтобы противостоять Пачеко и всем остальным.