Лейтенант империи. Часть вторая (СИ)

Ноги у Лиры ослабели, и мне пришлось напрячься, чтобы никто этого не заметил. Подхватил её за талию. Помог ей спуститься со сцены и подвёл к нашим местам. На ходу заметил, что Клим выводит двоих аристократов. Тех самых, что вскочили вначале. Видимо, заговорщиков, казначея и главу.
— Господа, сегодня у нас чудесные лоты из системы Святогор, — громогласно объявил распорядитель, — но есть и те, что расположены в нашей системе. — Он эффектно, как заправский артист цирка, раскрутил в руке трость и добавил: — первый лот, горнодобывающее предприятие с алмазными шахтами…
  
— Постойте! — в левом ряду вскочил на ноги аристократ из местных, — остановите аукцион!
— Почему это? — удивился ведущий.
— Мы все объединились против графини Юдиной и Турова, — мужчина указал рукой на Лиру.
— И что? — ведущий зажал трость подмышкой.
— Мы создали фонд под руководством графа Ариафина, — сказал мужчина, взмахнув руками, — чтобы он мог выкупить, если не все, то большую часть лотов аукциона.
— И что? — Ведущий, судя по его интонациям, начинал терять терпение.
— Но его только что увели люди Юдиной! — воскликнул мужчина.
— И что? — с нажимом спросил ведущий.
— У нас нет денег для покупок, — взмахнул руками мужчина. — Остановите аукцион, пусть вернут графа Ариафиана, на каком основании…
— Граф Ариафин обвинён в государственной измене, — оторвался от стены около входа Клим.
— Что за чушь⁈ Кто вы?
— Я руководитель тайной канцелярии Владивостока, Разумовский Клим Евгеньевич, — представился Клим, и мужчина захлопнул рот. Слова, готовые сорваться с его губ не прозвучали. Он моргнул несколько раз и рухнул на своё место.
— Получается, деньги для аукциона есть только у Юдиной, — произнёс кто-то с первого ряда.
— И что? — хмыкнул распорядитель, и тут же пояснил: — мы всего лишь организуем и проводим мероприятие. Финансовое состояние участников беспокоит нас только в момент взаиморасчётов.
Больше никто ничего не кричал.
Даже не шептались.
Распорядитель объявил лоты, а мы стали покупать. Не только Лира, но и все аристократы Святогора — её вассалы. План Деда завершился блестящей победой. План Лиры — я оглядел аристократов Владивостока, без денег они выглядели раздавленными — тоже. Её месть исполнилась.
— Знаешь, — прошептал я, — они начнут распускать слухи.
— Пусть, — улыбнулась Лира, — пусть все знают, что мою семью нельзя трогать.
Она положила голову мне на плечо, и я поцеловал её в макушку. Я всецело её поддерживал. Пусть все знают, что нас не стоит трогать.
* * *
За два часа мы купили всё. Вернули все предприятия рода Иллирики. Чуть позже она заберёт их у вассальных родов. Обменят на старые предприятия. Не все, конечно же. Многое останется в руках моего рода и тех, кто был с нами на войне против Раксы.
Отдельным довеском шли предприятия на Владивостоке. Как и говорил распорядитель, несколько лотов оказались местными. Ничего серьёзного и нужного. Квота на разработку астероидов класса «С» в системе Владивостока и несколько предприятий на самой планете. Мы купили их потому, что могли.
Хотя, Кирилл Русланович, казначей рода, покупке обрадовался больше меня.
— Отличное приобретение, — говорил он нам на ходу, от возбуждения поглаживая лысеющую макушку, — вложимся в добывающие платформы и начнём поставку на планету. Вместе с фабриками это готовая производственная цепочка. Углепластик, силикаты…
— Погодите радоваться, — усмехнулся Ерастов, — Если суд признает связи местных заговорщиков с орденом, то будет новый аукцион. Уже на их имущество.
Кирилл Русланович икнул. Дёрнулся всем телом и, схватив ртом воздух, надул щёки.
— Бетонян закончил? — спросил я у дяди Саши.
— Да, — кивнул он, — операция прошла успешно. Кого надо схватили, остальных уничтожили. Наши уже отправились по месту постоянной дислокации. Да ты сам видел по очкам.
Тактические очки у меня не работали, но я виду не подал, кивнул.
— А город? — меня интересовало, не пострадал ли сам Владивосток. Не хочется быть причастным к разрушениям у себя дома.
— Потрепало, конечно, — сказал дядя Саша, мы как раз вышли на крыльцо, — но в меру.
За два часа на улице поднялся лёгкий ветерок. Он обдал нас свежестью. Самое то, после духоты аукционного зала.
— Неужели всё закончилось? — вдохнула полной грудью Лира и настороженно посмотрела на меня. — Можно прекратить прятаться? Как твои сомнения? Жужжат?
— Да, — вместо меня ответил Растеряшев, — мы проведём допросы, выясним всё, что они знают, но, думаю, основную сеть ордена мы вскрыли и уничтожили.
Его слова отозвались жужжанием у меня в голове. Я вскинулся. Огляделся и не успел поднять тревогу.
Пуля из винтовки, оставляя чёткий след в воздухе, промчалась через площадь и остановилась чётко перед самым лбом Растеряшева.
Защитная аура сработала, но полковника качнуло назад. Он растерянно моргнул.
Ерастов тут же закрыл его, метнул вдоль следа кусок мраморной ступеньки и закрылся локальным щитом.
— Контакт! — закричал Малышев, пихая меня в сторону, за колонну.
Ерастов в этот момент подхватил за плечи Лиру и юркнул в другую сторону. Между нами тут же взорвалась ракета.
Люди вокруг закричали от ужаса. Аристократы не успели покинуть парковку и площадь перед аукционом. Стали бегать в ужасе. Кто-то падал подстреленный.
Бойцы прикрытия рассредоточились среди колонн, открыли ответный огонь. Замерцали локальные щиты. Полетели огненные шары.
За одной ракетой взорвалась вторая, затем третья. Меня обдало волной жара и бетонной крошкой. Мы отступили ещё дальше.
— Ростик! — прокричала Лира, вытянув руки ко мне: Ерастов и Растеряшев, в окружении команды Жичкина, тащили её к парковке, к нашему автограву.
— Делай, как скажут! — прокричал я, — главное ты и Варя!
Лира тут же опустила руки, успокоилась, а в следующий момент скрылась за углом здания.
— Не волнуйся, её защитят, — рядом со мной возник Сугробов, — они же за тобой охотятся, не за ней?
— У меня тактические очки не работают, — пожаловался я. — Не вижу, что там с ней?
— Добрались и улетают, — ответил Малышев, он замер рядом и отстреливался из-за колонны. — Они стреляют только по нам.
— Как их вообще прошляпили? — выругался Сугробов.
— Продержимся, — отмахнулся Малышев, — подкрепление уже в пути.
— Мы да, а гражданские? — возразил секунд-майор, и я выглянул из-за колонны.
Аристократы Владивостока оказались отрезаны от здания. Они прятались кто за машинами, кто за различными поребриками и бетонными тумбами. Многие уже лежали на земле. Корчились от боли.
Враги, словно почувствовали мой интерес. Сильнее перевели огонь на гражданских.
Пули и ракеты прочертили площадь перед аукционом. Люди не добежали до ступенек. Упали.
Внутри меня начала разгораться гнев. Сволочи! Не могут достать меня, так бьют по мирняку. Уроды!
— Вы должны прикрыть гражданских, — не выдержал я, — переходим на площадь…
— Не можем, — сквозь зубы процедил Сугробов. — У нас приказ, а там тебя точно накроют, слишком много открытого пространства.
— Плевать на приказ, — бросил я, вскакивая на ноги, — отведите гражданских в здание, а я отвлеку их на себя.
Не успел Сугробов ответить, как я рванул с крыльца.
Промчался по ступенькам. Перемахнул через перила. Приземлился на ноги, перекатился. Вскочил и прыгнул в сторону.
Вокруг меня тут же засвистели пули. За спиной громыхнуло. Подтолкнуло взрывной волной.
Сердце стучало быстро-быстро. Я зайцем нёсся вдоль здания аукциона. Прыгал, перекатывался. Нырял в укрытия, а в голове стучало только одна мысль. Главное, что Лира в безопасности, а со мной уж точно ничего не случится.
  
Я выскочил на открытое пространство. Упал, вскочил на ноги и юркнул за угол другого здания. Выглянул, и тут же бетон взорвался осколками от попадания пули.
Отпрянул назад и побежал по переулку. Главное я увидел. Мой замысел сработал. Враги перенесли огонь на меня и Сугробов смог выдвинуться вперёд. Начать эвакуацию аристократов. Правда, по ним тоже стреляли, но уже не так.