Лейтенант империи. Часть вторая (СИ)

— Записи десятилетней давности? — по голосу Меньшова было невозможно определить настроение, но пальцы его стали выбивать дробь по столешнице. Все в кабинете следили за ними, как загипнотизированные.
— Срок хранения не больше полутора лет, в целях экономии бюджета, — поморщился Растеряшев, — но я пробил по вещдокам. Пять лет назад у нас было расследование на эсминце, где служил Маловиков, и все бортовые записи имеются в хранилище…
  
— Короче, Виктор Маркович, к сути.
— Это призрак, Валя, — всплеснув руками, не сдержался Растеряшев, — грёбанная мёртвая душа. Двадцать лет, ядрёна корешок! Двадцать…
Виктор Маркович внезапно прервался. Глубоко вдохнул. Выдохнул, и продолжил:
— Фотографию сгенерировал ИИ. В реальности такого человека не существует, но, даже за последние полтора года у нас куча следов его деятельности.
— Кто был в реальности, установить не удалось, так? — пальцы Меньшова прекратили бег. Ладонь плотно легла на стол. — Возможно, им пользовались разные агенты ордена.
— Так точно, — кивнул Растеряшев и выпрямился в кресле: — готов понести заслуженное наказание.
— Это само собой, — задумчиво проронил Меньшов, — двадцать лет у нас здесь действовали неустановленные личности. Неизвестно сколько ещё таких призраков. Но твоей вины здесь нет, Витя.
Растеряшев слегка расслабил спину и удивлённо глянул на генерала-адмирала.
— Ты главой СБФ стал всего пять лет назад, — хмыкнул Меньшов, — а вот я базу принял гораздо раньше.
— До меня тут был Разин, а до этого Семёнов, — кивнул Растеряшев, напряжение отпустило его окончательно, и он вновь растёкся по креслу.
— Разберись с их наследием, Витя, и да, — Меньшов криво ухмыльнулся, — не рассказывай коллегам с других военных баз. Хочу козырнуть информацией на ближайшем заседании штабов флота.
— Уже начал, — кивнул Виктор Маркович, записывая в инфопланшет распоряжение. — За ночь нашли ещё одну мёртвую душу, унтер-лейтенант Кораблёв Аристарх Никодимович. Но пока нет полной уверенности. Проверяем.
— А по нашему герою, что? — Меньшов кивнул на меня.
Виктор Маркович вздохнул и продолжил доклад:
— Ночью на владения рода Юдиных были совершены нападения. Взорваны магазины и склады. Человеческих жертв нет…
— Это я в новостях смотрел, — хмыкнул Меньшов, — давай аналитику.
— Завидую гадалкам в этом вопросе, — пробормотал Растеряшев, утыкаясь в инфопланшет, — они могут сказать: «всё туманно, спросите позже».
— Витя.
— Чёткой картины нет, — встрепенулся Виктор Маркович. — Ничто не указывает на род Сараев.
Он перелистнул что-то в инфопланшете и добавил:
— Это могут быть и местные аристократы. У нас же аукцион на днях. Это можно рассматривать, как способ сорвать присутствие там Иллирики Данактовны.
— А можно подробнее? — оживился я.
Упоминание любимой вернуло моё внимание к разговору. Никаких критичных проблем из-за ночных событий у нас не возникло. Даже денег не особо много потеряли. Так что смысл всей этой атаки от меня ускользал. Лично я грешил на мстительность Сарая, а тут, оказывается, новые обстоятельства.
— Широко известно, что на аукцион прибудут аристократы со Святогора, — Растеряшев вывел на проекцию список фамилий, и я заметил много знакомых. — Известно, что Иллирика Данактовна не осталась без средств к существованию благодаря роду Туровых, и будет выкупать свои бывшие владения.
— Известно? — удивился я.
— Да, — кивнул Растеряшев, — маневр Вашего Деда не остался незамеченным. Все знают, что на Святогоре теперь только два рода с кем можно и нужно вести дела.
Ерастов на этих словах хмыкнул. Растеряшев глянул на него с укором и продолжил:
— Тут я хочу предоставить слово лейтенанту Дмитрию Алексеевичу Фадееву. Он выполнил наше задание, и помог составить полную картину происходящего в дворянской палате Владивостока.
— Официоз, словно на приёме находимся, — хмыкнул генерал-адмирал Меньшов, и махнул ладонью, — приступайте к докладу, лейтенант.
Я не видел Фадеева с тех пор, как сломал ему нос на дуэли. А он, видимо, времени даром не терял. Решил выслужиться на моей истории.
Фадеев с опаской посмотрел на своего капитана. Малышев не выказал никаких эмоций, кроме равнодушия, и лейтенант начал говорить:
— Ситуация уникальная, — он слегка замялся, но тут же выпрямился в кресле, — слухи о Турове и провокация «подката» к графине Юдиной исходила от рода Залесских, но его поддержали почти все именитые рода Владивостока.
Видно было, что он не привык много говорить, тем более в такой компании. Он поперхнулся, откашлялся и продолжил:
— Подоплёка вопроса сугубо политическая. Его высокоблагородие, — Фадеев посмотрел на Растеряшева, — сказал о двух родах на Святогоре, но это не так. Учитывая, что графиня Юдина фактически мать ребенка Ростислава Драгомировича, и почти его супруга, то вести дела в системе Святогора можно только с родом Туровых.
— Уникальная ситуация, — перебил его Виктор Маркович и, покрутив головой, с какой-то мальчишеской улыбкой резюмировал: — род простолюдинов подмял под себя аристократов в целой системе.
— Так точно, — кивнул Фадеев и продолжил: — местная элита опасается, что экспансия распространится на Владивосток. Желание Иллирики Данактовны вести здесь бизнес расценивается, как агрессия. Поэтому более слабые рода провоцировали на дуэль с Туровым.
— Что-то изменилось с тех пор? — задумчиво протянул Меньшов.
— После нашего представления на дуэли, и последних новостей о Гусь-Налимске. А также, после победы главы рода Туровых на выборах генерал-губернатора Святогора, в открытую к Ростиславу Драгомировичу лезть опасаются, — кивнул Фадеев.
О, а я и не знал, что Дед победил. Мысленно я подсчитал время, и понял, что выборы совпали с моими интенсивными тренировками. Хм, могли бы и весточку прислать. Похвалиться.
— Сейчас, — продолжал Фадеев, — по всем родам брошен клич консолидировать финансы и нанести упреждающий удар. Не позволить Юдиной выкупить свои предприятия.
— То есть, атака на предприятия могла исходить от местных аристо? — уточнил Меньшов, потирая подбородок, — если Юдина не приедет на аукцион, то им будет проще.
— Так точно, — подтвердил Фадеев, — в таком случае защита превратиться в атаку. Местные рода смогут войти в финансовый и промышленный сектора Святогора. Это огромные деньги.
— Связи Залесских с орденом двуликого не установлено, — поспешно добавил Растеряшев, — скорее всего, они действуют сами по себе.
— Нда, распустил я местную знать, распустил, — протянул Меньшов, — совсем распоясались. В пору перенимать методику Туровых, — он глянул на Фадеева и тот вздрогнул, — ещё что-то?
— Никак нет.
— Я добавлю, — перенял эстафету Растеряшев, — думаю, Сарай вчера явился с этой же целью, не сожрать, так надкусить. Обозначить своё присутствие, чтобы мы не пустили графиню на аукцион.
— Тогда он должен знать о моём обеща…
Меньшов прервался, а Растеряшев многозначительно кивнул:
— Да-да, его связь с орденом несомненна. Только…
— Только доказательств нет, — пожал плечами капитан Малышев, и тут же пояснил, когда все на него посмотрели: — иначе вчера мы бы его убрали. Он был бы в списке целей.
— Доказательства есть, — я решил вставить свои пять копеек, — у нас расследование по делу о взрыве бота проходило, так его слуга передал Гусеву взрывчатку. — Я посмотрел на Виктора Марковича, — это доказанный факт.
Взгляды скрестились на Растеряшеве и он хлопнул себя по лбу:
— Дело же закрыто, как висяк…
— Витя, — процедил Меньшов.
— Объявляю план перехват, — Растеряшев вскочил на ноги, подключу Тайную Канцелярию, они как раз помогают.
  
— Обязательно, — поморщился Меньшов, — и добавь к охране Турова ещё людей, — генерал-адмирал посмотрел на нас тяжёлым взглядом: — на аукционе с Иллирики Данактовны не должен и волос упасть.
* * *
Из кабинета Меньшова мы выходили все вместе. Растеряшев замер на пороге. Задумался. Затем вновь хлопнул себя по лбу и тут же умчался к себе. Ерастов хотел задержаться, но секретарши Меньшова на месте не оказалось. И он, как и в прошлый раз, пошёл вместе с Малышевым. Они что-то обсуждали на ходу.