Лейтенант империи. Часть вторая (СИ)

Девушка поставила рядом со мной чашку кофе и тарелку с беляшом и маковой булкой.
— Приятного аппетита, — произнесла она.
— Благодарю, — кивнул я, выныривая из своих мыслей и вдыхая аромат напитка.
Она развернулась уходить, но я, по какому-то наитию. Даже, скорее, в ожидании чуда, спросил:
— Не знаете, что это за цифры?
Я развернул к ней чек и затаил дыхание.
— Нет, — пожала плечами девушка.
  
— Жаль, — я потянулся за кофе, но она не уходила.
— Спросите в тире, — сказала она, и указал рукой на витрину.
Там, за стеклом, через дорогу, напротив булочной скалился череп с приставленным к виску пистолетом.
— Я что-то похожее у офицеров видела. Они как раз оттуда приходят.
— Сппасибо, — прошептал я, не сводя взгляда с вывески.
Как вообще её заметить со стороны? Я здесь сотни раз ходил и вообще её не помню.
Кофе и булки остались на столе. Я вылетел из кафе, перебежал дорогу. Какой-то лихач на УАЗике посигналил мне. Высунулся из окна что-то крикнуть, но глянул на мои нашивки и молча поехал дальше.
— Дерзкий капрал попался, — хмыкнул мимо проходящий капитан. Он как раз вышел из дверей тира.
Я выполнил воинское приветствие. Пропустил его и не дал створкам закрыться.
— Лейтенант морской пехоты и СБФ Туров, — я козырнул удостоверением и сразу же насел на администратора за стойкой. — Что значат эти цифры?
Отставной мичман поправил очки. Расправил седые усы и, взяв протянутый чек произнёс:
— Номер ружейного шкафчика и код доступа к нему.
— Покажите, — у меня аж руки затряслись.
Мичман глянул на меня неодобрительно. Покачал седовласой головой и кивнул на одну из дверей за своей спиной.
Он проводил меня в подсобное помещение. Ружейные шкафчики, вернее, цельнометаллические сейфы, стояли рядами не только вдоль стен. Они образовывали целый лабиринт, но мичман привычно в нём ориентировался.
Мы остановились в нужном месте. Я набрал код и дверца открылась. Внутри, на полке лежала накопитель и записка.
Не успел я взять их, как на инфопланшет пришло сообщение от ИИ. Он закончил проверку и прислал отчёт.
Система оказалась умной, без приказа сопоставила все маршруты, признала их недействительными и добавила только один пункт, после которого всё изменилось.
Каждый маршрут обретал смысл, когда в нём появлялся этот тир, но он не попадал в фокус камер видеонаблюдения. Зато попадало кафе. И там, очень частым гостем, особенно перед взрывом был капитан-слуга Сараев и…
— Кто владелец шкафчика? — прошептал я.
Мичман сверился со своим инфопланшетом и ответил.
У меня в душе что-то оборвалось и умерло. Я отключил коммутатор. Взял из сейфа накопитель с запиской. Поблагодарил мичмана и, как зомби, побрёл на улицу.
Верить в версию ИИ не хотелось.
Ноги сами довели меня до штаба СБФ. Умудрились не споткнуться на ступеньках. Я постучал в кабинет Растеряшева и, не дожидаясь разрешения, зашёл.
— Выявлено несколько нару… Ростислав? — Виктор Маркович отвлёкся от разговора с Меньшовым, который сидел тут же.
— Вы знали? — спросил я и положил флешку с запиской ему на стол. — Всё это специально, да? Вы знали и хотели, чтобы я сам всё расследовал?
Виктор Маркович в ответ на мои слова нахмурился
— Ростислав Драгомирович…
  
Глава 21
 
Он явно хотел возмутиться. Что он скажет? Что я ворвался в кабинет и притензии предъявляю? Так да! Я подчинённый, и доверяю начальству. Надоели эти игры в тёмную.
Не стал дожидаться продолжения его речи и выпалил.
— Вы, даже, проникли в кабинет Гривасова, чтобы меня подтолкнуть, — закончил я свою речь.
Растеряшев всё ещё собирался что-то сказать, но затем поморщился и кивнул.
— А я говорил, сам ему скажи, — хмыкнул Меньшов и, затем, проворчал: — заставь дурака Богу молиться, он и лоб себе расшибёт.
— Это случайность, — я коснулся пластыря на голове. — Сейф открывал.
— Да я не о тебе, — улыбнулся Меньшов и встал со своего места, — Витя, ты знаешь наши дальнейшие шаги. Я у себя буду.
— Ростислав, Драгомирович, я не мог тебе рассказать, — заговорил Растеряшев, когда Валентин Севович вышел из кабинета. — Предательство друзей и кумиров очень деликатная тема, и я посчитал, что не имею права тебе об этом сообщать.
Он вышел из-за стола. Обошёл его и остановился рядом со мной. Его рука легла мне на плечо и, было, сжалась, но он тут же убрал её.
— Мне очень жаль, — произнёс он с участием в голосе. — Знаю, ты до сих пор уважаешь его, поэтому, — он прервался и, поморщившись, продолжил: — ты сам должен был обо всём узнать. Понимаешь?
— Угу.
— Это всё, что я мог для тебя сделать в сложившихся обстоятельствах, — Растеряшев грустно вздохнул, — надеюсь, когда-нибудь ты меня простишь. Всех нас простишь.
— Угу, — сил и желания отвечать развёрнуто у меня не было. Чувствовал себя раздавленным и выброшенным на свалку. Лишь спросил: — и что дальше?
— На сегодня всё, — вздохнул Растеряшев. — Я вызову тебя позже.
* * *
Дорога домой прошла, как в тумане. Я пытался оправдать память о человеке, даже не смотря на подтверждение Растеряшева. Да не может быть! Тут точно где-то ошибка!
Но факты неумолимо возвращали меня к истине. Именно из-за него дело забуксовало. Поэтому Гривасов ничего не нашёл. Он просто отмёл все подозрения насчёт…
— Так, так, начинается, тихо! — Голос Елены Земной перекрыл гвалт в гостиной пансиона.
Мои бойцы притихли, а девушка Гадела уставилась в экран телевизора.
— Дамы и Господа, — раздался с экрана весёлый голос толостенького усача, — мы начинаем новогодний розыгрыш СТААААА! ПЯТИДЕСЯТИ!!!!!! МИЛЛИАРРРРРДОВ! РУБЛЕЕЕЕЕЕЕЙ!
— О, Рос, — Гадел махнул мне с пола, — давай к нам.
— Лотерея? — вырвалось у меня. — Серьёзно?
— Ой, да ладно, — отмахнулась Лена, — по телеку сказали, что после твоих похождений правила ужесточили. Так что всё честно.
— Тем более это государственная лотерея, — добавила Лиза с дивана.
— Ой, да все они мошенники, — взмахнув руками, не согласилась Сельда, девушка Феймахера.
Как-то так получилось, что я совсем забыл о сегодняшнем вечере. Давно уже договорились с ребятами, что соберёмся у меня в пансионе. Естественно, Гадел сказал Лене, а она настояла именно на этом дне. Дне, когда пройдёт розыгрыш лотереи.
— Ростик, люба, всё хорошо? — из кухни показалась Лира и подошла ко мне, — на тебе лица нет.
— Да, на работе устал, — отговорился я, прижимая к себе любимую. — Всю ночь не спал же.
Атмосфера в гостиной предвещала веселье, а у меня в голове всё крутились мысли о Гусеве.
Как так⁈ Где его завербовали? Кто? Ну, ошибка же, ну. Но нет. А я всё думал, почему он не сдал Гривасова, когда догадался, что тот двойной агент? Да он ждал, когда тот уберёт меня, чтобы самому не пачкать руки.
Я думал, он меня спасал. Погиб из-за меня. Что я обязан ему жизнью. А на самом деле… А на самом деле он получал инструкции от капитана-слуги Сарая через шкафчик в тире…
— Я сейчас в декрете, — вещала с телеэкрана смутно знакомая дама, пока помощницы ведущего загружали в барабан тетраэдры с нномерами. — Но смогла к вам вырваться.
— Галушкина родила недавно, — довольно провозгласила Сельда, накручивая золотистые локоны на палец, — там такие фоточки замечательные. Пупсик такой. Подтверди, Клопик.
— Хорошо, — кивнула Лена, не отрываясь от экрана, пока Феймахер растерянно подыскивал слова и смотрел на нас извиняющимся тоном. — Сейчас начнётся.
— Ой, насчёт хорошо, — подхватила Сельда, и я заметил, как поморщился Гусаров.
Он переводил напряжённый взгляд с Феи на Сельду, с неё на Лизу, потом на меня.
  
— У меня вчера сломался аппарат диагност, — продолжала Сельда, довольно щурясь от всеобщего внимания. Не смотреть на неё не получалось, очень уж громко она говорила. — И я позвала дежурного техника, и он сделал мне хорошо.