Мечты камня (ЛП)

— Да кому этого достаточно? Судя по всему, этого мало даже для того, чтобы признать меня наследником.
— Перестань, — просит он, и в это самое мгновение король выглядит безумно уставшим, словно за один только день постарел на десять лет. — Мы найдём выход из этой ситуации, вместе. Здесь, дома.
— И этого «дома» ты собираешься меня лишить.
— Я же сказал тебе: мы договоримся с каким-нибудь королевским родом…
— Если мой дом здесь, то он не может оказаться где-то в другом месте, пап! Я хочу Сильфос! — сжимаю кулаки. Морщусь от своих слов. Это прозвучало очень по-ребячески, как будто я в самом деле избалованный ребёнок, каким меня все считают. — Я сделаю всё по-своему. И ты меня не остановишь: я уже достаточно взрослый, чтобы поступать так, как захочу.
И уже это делаю, пока он ещё не успел осознать, что я ухожу. Его голос зовёт меня вслед, становясь приглушённым, когда я закрываю за собой дверь. Срываюсь на бег впервые за очень долгое время и забегаю в собственную спальню, чтобы собрать самое необходимое: сменную одежду, мешок с монетами, меч и любимый плащ. Больше мне ничего и не надо.
Чтобы стать героем, нужно только отважное сердце.
По крайней мере, так говорят.
ЛИНН
Лорд Кенан падает на моё обнажённое тело со стоном удовольствия. Я чувствую, как его пот капает на кожу моей спины, а его руки всё также крепко сжимают мои бёдра. А мне остаётся только смотреть на простыни в ожидании момента, когда он закончит своё дело, и я смогу пошевелиться.
Когда я смогу отползти в сторону.
Когда я стану свободна, и теперь уже навсегда.
Эта ночь должна стать последней. Это происходит в последний раз.
Или я просто пытаюсь убедить себя в этом.
Ощущаю поцелуй на своей спине. Он не отстраняется. Продолжает оставаться внутри, я чувствую его каждой клеточкой своего тела.
Отпусти меня. Ну же. Уйди.
Я ненавижу, как его губы скользят по моей коже, как он проводит языком, оставляя слюнявую дорожку. Его руки поднимаются с бёдер к моей груди, хватают, сжимают. Я стискиваю зубы, задерживая дыхание. Мне не привыкать. Лорд Кенан — не самый противный человек, побывавший в моей постели за несколько монет. Бывали и хуже. Мерзкие мужики, заставлявшие меня делать более унизительные вещи и платили за это меньше, чем стоила их одежда. Кенан хотя бы просто спит со мной. Иногда, правда, когда он считает, что я не слишком сосредоточена на процессе, или когда он недоволен тем, что я делаю, он меня поколачивает. Впрочем, его побои также не самые страшные из тех, что мне приходилось терпеть. По крайней мере, от его ударов я не теряла сознание.
Его дыхание касается моего уха. Я могу вдохнуть его. Меня уже тошнит от всего: от секса, от алкоголя, от многочисленных заказов и его грубости. Было бы хуже, если бы я уже не успела привыкнуть к этому зловонию за последние три с лишним года.
С меня хватит.
— Что случилось, цветочек мой?.. — его бёдра всё ещё вжимаются в моё тело, погрузившись чуть ли не до предела. Он всё ещё внутри, хоть уже и кончил. Кусает зубами меня за шею. Я прищуриваюсь, всё также глядя на простыни. Мои пальцы сжимают их с усилием. Бросаю взгляд на окно украдкой от него, в невысказанном желании сбежать и навсегда покинуть это место. — Ты какая-то отстранённая… Сегодня ты не отдавалась целиком, как в прошлые разы…
Для начала надо заставить его отвалить. Пусть перестанет меня так хватать, пусть ко всем чертям прекратит меня целовать. Больше я не дам этому повториться.
Приняв решение, я поворачиваю голову и использую его близость, чтобы поцеловать. Чтобы порадовать его. Мои губы касаются его рта, как ему нравится: мягко, провокационно, но в то же время обманчиво невинно. Как будто я всё ещё неопытная девчонка. Как будто только сейчас с ним я становлюсь настоящей женщиной.
Четырнадцать. Мне было четырнадцать лет, когда он привёл меня в это злачное место.
В такие ночи, как эта, я сама удивляюсь, как смогла выдержать так долго.
— Мне не очень удобно в этой позе, лорд Кенан… — слегка прикусываю его губу с нарочитой нежностью. В этом деле сплошь и рядом одно притворство. Играй роль, которая нравится клиенту. Кенану вот по вкусу милые, слабые и покорные, чьё внимание сосредоточено только на нём одном. Я уже давно перестала быть милой, хотя, наверное, навсегда останусь слабой. Может, поэтому я до сих пор не сбежала.
 
Потому что боюсь, что мир снаружи окажется хуже, чем здесь.
Но здесь я больше не останусь.
Лорд Кенан ещё немного двигает бёдрами, прежде чем, наконец-то, отступить, продолжая руками касаться везде и всюду. Хватает меня за задницу, крепко сжимая, а затем я чувствую шлепок. Он усмехается. Сжимаю кулаки, но разворачиваюсь и сажусь на кровати. Лорд Кенан уже застёгивает ширинку. Он никогда не раздевается полностью, не больше необходимого. Иногда даже рубашку не снимает, хотя сегодня сверкает обнажённым торсом. Я же предпочитаю, когда одежду не снимают до конца. Чем меньше телесного контакта, тем лучше.
Его серьёзный взгляд заставляет меня напрячься, пока я сижу на месте, а он приводит себя в порядок. Его голубые глаза всегда были ледяными, хотя он частенько пытается изобразить в них фальшивую теплоту, с которой обращается со всеми проститутками, чтобы мы поверили, будто находимся в весьма хорошем месте, а не живём в аду.
— Надеюсь, ты не будешь нагонять скуку на наших клиентов, цветочек. Ты же знаешь, как многие тебя здесь ценят… Мы тобой дорожим. Ты одна из наших самых драгоценных жемчужин. Моя самая драгоценная жемчужина, — его пальцы ловят мой подбородок, сжимая, и заставляют посмотреть ему в лицо. Я сдерживаю желание плюнуть в него, но он, похоже, замечает вызов в моих глазах, потому как ухмыляется и снова целует меня. Жёстко. Насильно. Заявляя свои права.
Но я никому не принадлежу.
Я терплю, пока ему не надоест. И когда он отстраняется, не жду ни секундой больше. Пришло время прояснить ситуацию раз и навсегда.
— Я собираюсь уйти, лорд Кенан.
Он пристально разглядывает меня, задумчиво проводя пальцами по щетине на подбородке. Никак не могу перестать думать о том, сколько мне лет. Явно больше пятнадцати. Двадцать, может быть. Столько же, сколько мне было, когда он подобрал меня на улице, чтобы отвести в это место и лишить того немногого, что у меня было.
— Другие клиенты? — бормочет он, словно неправильно понял мои слова. — Я владею этим местом, никто не смеет приближаться к тебе, если я не…
— Я ухожу из борделя. Покидаю это место. Сегодня. Сейчас.
Лорд Кенан кажется удивлённым тем, что я посмела прервать его на полуслове. Поднимая голову, я уже почти верю, что этого будет достаточно: может, он, наконец, поймёт, что больше не может удерживать меня, и даст мне уйти.
Но его губы расплываются в улыбке, и я понимаю, что всё будет не так просто.
Его рука снова обхватывает моё лицо, прежде чем я успеваю что-либо предпринять. Только на этот раз он действует не так грубо. Напротив — нежно, ласково. И это чуть ли не хуже его частой жестокости. Когда он так делает — целует меня, ласкает, будто бы по-настоящему дорожит мной, — это ещё опаснее. Он всегда кажется таким уверенным в себе. Он действительно уверен в себе. Он мягко касается моей щеки, поглаживая красную отметину, оставшуюся от пощёчины, которой наградил меня первый клиент за сегодняшнюю ночь. Затем Кенан проводит по моей губе, и я чувствую свежую царапину, доставшуюся от слишком сильного укуса от третьего клиента. Если лизнуть языком, там наверняка будет привкус крови.
 
И так каждый раз, ночь за ночью. Я сыта по горло. Достало. Мне надоели все эти незнакомые тела, надоело быть марионеткой, надоело, что меня разрывают, что меня используют. Я устала, что не могу просыпаться с первыми лучами солнца, что каждый день я не вижу ничего, кроме этой постели. Меня достало растирать кожу с мылом в попытке почувствовать себя менее грязной. В попытке стереть с себя прикосновения всех этих мужчин, запах их тел.