Любовь без обязательств (СИ)

- Делай что хочешь, но без меня.
Ночью мы, разумеется, помирились, но всякий раз при взгляде на ненавистный им пакет я испытываю раздражение.
Окончательно приняв ошибки своих близких, у меня не осталось злости или обиды. В конце концов, родители влияют на жизнь детей только до определенного момента. Дальше, как говорится, все в твоих руках. И упрекать кого-то глупо. Рождество – светлый праздник и я не хочу превращать его в выяснение отношений.
Кроме того, я всецело приняла его прошлое. Со всеми минусами, включая бывшую жену и ее отношение ко мне. Неужели он не может корректно относиться к людям, которые дали мне жизнь? Как бы они ни вели себя при этом.
В загородном доме мы с детьми провели два чудесных дня. Днем гуляли по лесу, дышали свежим морозным воздухом и катались на горке, построенной Глебом с девочками. По вечерам смотрели фильмы и сражались в настольные игры. В это время Громов раскрылся для меня как-то по-новому.
Я не скажу, что Вера целиком и полностью приняла мое присутствие. Были и обиды, и очередное сравнивание с Маргаритой не в мою пользу. Куда ж без этого?
- Бабуля, привет, - здороваюсь, открыв дверь.
- О, уже приехали, - выходит бабушка из кухни. Руки вытирает о края передника.
- С Рождеством, Зоя Александровна, - выговаривает Глеб ровно и передаёт букет.
Она ахает, но не смущается.
- Красиво. Ну проходите, - радостно приглашает. – Молодежь!
- Бабушка! – прыскаю от смеха.
Но Глеб не обижается на подкол, иронически улыбается и помогает мне снять шубу.
- Пойдем покажу тебе свою комнату, - веду его за руку в сторону коридора.
Громов в нашей квартире выглядит настолько инородно, что я от счастья глаза зажмуриваю.
- Вот, это моя обитель, - показываю на заставленную мебелью спальню. Она небольшая, но весьма уютная и в ней прошло все мое детство.
- Мило.
- Садись, - зову его на кровать. – Кстати, ты первый мужчина, который здесь побывал.
- Серьезно? – приподнимает брови.
- Конечно, я никого не знакомила с бабушкой.
- А юрист? - отстраненно спрашивает, разглядывая фотографии на стене.
- Естественно, нет, - удивляюсь.
- Почему? – спрашивает, повернувшись.
- Потому что мое сердце было уже занято одним мрачным мужчиной, - отшучиваюсь.
Он все еще не отводит взгляд.
- Но вы встречались?.. - задает полувопрос.
- Мы пробовали, - ухожу от ответа. – Зачем тебе это?
Глеб пожимает плечами.
- Ладно, - решаюсь, притягиваю его за руки. – Мы с Арсением просто дружили.
Его лицо светлеет.
- Ваш поцелуй не был дружеским, - напоминает насмешливо.
- Он был единственным, - говорю правду, ласково целуя его в шеку. – Больше ничего не спрашивай.
- Это уж как получится, - бурчит недовольно, крепко сжимая руки на моей талии.
Затыкаю его рот нежным поцелуем, исследуя своим языком жесткие теплые губы. В нос проникает запах его кожи, смешанной с мятным вкусом. Дыхание сбивается и весь мир с моей детской комнатой остается где-то позади. Ни за что на свете я бы не вспомнила как именно целуется Арсений или любой другой мужчина. Громов словно выпотрошил мою память, заполнив ее файлами только со своими ласками и прокосновениями.
- Ну что вы тут обжимаетесь, - заглядывает в комнату бабушка. – Родственники приехали, идите встречайте.
Глава 45. Ксения.
За столом образовывается какая-то неуклюжая тишина, смешанная с моей взволнованностью.
Я не видела собственных родителей больше двух лет. А до этого еще столько же.
За это время они совершенно не изменились. Мама все также превосходно выглядит. Светлые волосы стильно уложены набок, ультрамариновое платье с длинными рукавами облегает сохранившуюся фигуру, на лице совсем нет признаков морщин. Она периодически настороженно осматривает Громова, отчего мне становится как-то не по себе.
 
Отец тоже не постарел. Будто не замечает присутствия нового человека, в целом, как и меня. Но я-то к этому привыкла. Для него всегда меня словно не существовало.
Сидя сегодня за рождественским столом, я неожиданно осознала, что давным-давно не считаю их своей семьей. По факту это уже несколько десятков лет просто-напросто чужие люди. А я всегда мечтала о маме и папе. Условных. Книжных. И подарки в углу, врученные мной, но так и не вскрытые, я тоже упаковывала для них же. Никогда не существующих в природе родителей.
Наверное, стоило пройти этот путь, чтобы понимание пришло мягко и безболезненно.
- Ты будешь что-нибудь? – шепотом узнаю у Глеба, чуть стискивая его колено. Он смотрится довольно грозно в строгой рубашке и брюках, с перманентно хмурым выражением лица последние несколько минут.
- Воду налью, - произносит ровно и тянется за бутылкой с минералкой.
- А что ж так? – щурится бабуля. – Уважь старуху, Глеб Константинович. Попробуй холодца свойского.
- Если только немного, - иронично отзывается мужчина и подцепляет кусок на свою тарелку.
- Давай-давай. Скажешь потом, что Зоя Александровна гостей не умеет принимать, - ворчит бабушка.
- У вас превосходный стол, - смягчается Глеб. - Спасибо за беспокойство. Я вам лично очень благодарен за Ксению и ее воспитание.
Мама рвано откашливается, а папа безучастно кивает. Бабуля, задев пальцами новую блестящую брошь на цветастом платье, с довольной улыбкой произносит:
- Спасибо, Глебушка. Я тоже довольна, что моя Ксюшенька в надежных руках. Ты уж прости за прошлый раз, старую.
- Все нормально, - кивает он. – У меня две дочери и я сам не знаю, как бы отреагировал в вашем случае.
От их диалога на душе становится тепло. Два моих самых родных человека, кажется, нашли общий язык. Что может быть чудеснее?
– Наташа, а ты что, язык сегодня проглотила? – переводит взгляд на маму бабуля.
- Маа-ма, - недовольно пшикает моя родительница.
- А где Оля? – спрашиваю ее заинтересованно. – Я думала, вы все вместе приедете.
Мы с сестрой несколько раз связывались за прошедшие месяцы. Она довольно тепло меня поздравила с праздниками, но про себя ничего не написала, а я была слишком увлечена новым статусом, чтобы проявить бОльшее участие.
- Деловая стала Оля, - поджимает губы мать. – От нас съехала, показывается редко. Вот так поднимаешь детей, а им лень с Новым годом заехать поздравить родителей. Всё потом и потом.
- Эффект бумеранга догоняет, - цедит Глеб, сводя скулы.
Мама делает вид, что не замечает его заявления. Бабуля сдерживает ухмылку, а мое лицо вспыхивает от такого неприкрытого укора.
- Ксения, пойдем займемся чаем, - нервно просит мама, поднимаясь и бросая на стол салфетку.
- Конечно, - выхожу за ней следом.
Ставлю чайник на плиту и достаю чашки из сервиза, который бабушка использует по праздникам. Я знаю на этой кухне каждый уголок, но все равно вскрываю шкафы один за одним, чтобы найти заварку.
- А ты не дура, - говорит мама, как-то по-новому меня разглядывая с ног до головы.
- О чем ты? - агрессивно спрашиваю.
- Мужик нормальный. Только вряд ли женится на тебе.
- Глеб уже сделал мне предложение, - говорю как бы между прочим.
- Да я видела твои булыжники. Молодец, - хвалит она. - Но одно дело предложение. Тебе надо поспешить со свадьбой.
Прикрываю глаза, взрываясь внутри волной негодования. Всё-таки мы слишком разные. Расстояние внесло в каждую из нас неведомые ноты, которые никогда не будут звучать гармонично.
- Я не буду ни с чем торопиться, - разворачиваюсь к ней.
- Не дури, Ксюша. Подобные мужики долго холостыми не остаются. Бабушка сказала у него есть бывшая и дети. - продолжает поучать мама. - Тебе тоже нужен ребёнок, чтобы быть с ними на равных.
- Мама, хватит, - осекаю резко. - Я не собираюсь обманом стараться забеременеть.