Любовь без обязательств (СИ)

- Да. Но Оля хорошая... Просто слишком залюбленная.
- Тема твоих родителей меня триггерит, - взмывается Настя. – Не могу спокойно слушать и не обвинять их...
Улыбаюсь.
А я могу. Давно пережила. И не беспокоит.
Мирон просыпается и еще полчаса гуляем, качая его на руках поочередно. В смешном комбинезончике с ушками, улыбчивый милый карапуз меняется каждый раз, как я его вижу.
Помогаю Насте загрузиться в машину и прощаюсь. В грустных мыслях дохожу обратно до места, где припарковала свой автомобиль.
Пятнадцать лет Громовского брака не дают покоя.
Они столько пережили вместе... Потерю первого ребенка, рождение двойни. У Глеба с Маргаритой чудовищно много общего. Так что с ума можно сойти от досады, потому что со мной у него - практически ничего. Это больно.
Я ревную.
У меня нет на это никакого права, но и справиться с эмоциями - абсолютно без шансов. Законсервированные на много лет в душе чувства выходят наружу и каждый час, каждый день накрывают меня вновь и вновь.
Злюсь на него за вчерашнее представление и одновременно хочу увидеть. Этот диссонанс в душе настолько яркий, что я не знаю радоваться или огорчаться, когда вечером приходит сообщение от моего вчерашнего мучителя.
«Квартира?»
Убираю телефон на стол, три минуты заламываю пальцы на руках в сомнениях и смотрю на одно слово на экране. Потом дрожащими пальцами набираю:
«Пятнадцать».
Следующие полчаса ругаю себя за слабость, но ровно до тех пор пока не слышу звонок домофона. Нажимаю на кнопку и открываю дверь. Я живу на пятом этаже и Глеб почему-то игнорирует лифт.
- Привет, - говорит с улыбкой, заполняя своей бешеной энергетикой всё пространство лестничной площадки.
- Привет, - отвечаю сухо. – Мы не договаривались о встрече.
- И что? Ты не одна? – заглядывает в прихожую поверх моего плеча и останавливает взгляд на черном пиджаке Долецкого.
В глазах загорается дьявольский огонек.
- Одна. Но тебе-то какое дело?
Глеб перехватывает ручку двери и небрежно подталкивает меня в квартиру, следом заходит сам, по-хозяйски закрывая дверь на замок.
- Я тебя не ждала, - упрямо повторяю, складывая руки на груди. Мой шелковый черный халат - так себе наряд для встреч с бывшим любовником.
- Да? – замечает иронично, скидывая обувь. – А номер тогда зачем написала?
С видом победителя кивает и проходит внутрь квартиры, озираясь. Снимает темно-синий пиджак, оставаясь в белой рубашке и джинсах. По очереди расстегивает манжеты на рукавах и медленно закатывает их до локтей.
Молча наблюдаю за этими манипуляциями, разгоняясь мыслями до двухсот километров в час. А потом внутренний спидометр взрывается.
- Я тебе сказала еще вчера, подобный формат отношений не для меня, - цежу немного истерично.
Что он себе возомнил? Пришел, как к себе домой, и раздевается.
- Я тебе тоже еще вчера сказал, - предупреждающе тушит мой настрой строгим взглядом. – Не ори.
Открыв рот, шагаю по пятам за ним на свою кухню.
- Сделай кофе, - приказывает, садясь за мой круглый белый икеевский стол. Потом обворожительно улыбается. – Пожалуйста.
Из принципа размещаюсь напротив и складываю руки на стол, упрямо глядя на его собранный вид. Красивое лицо сегодня гладко выбрито, волосы в прическе идеальной формы, а в воздухе витает аромат его парфюма. Моя решимость потихоньку гаснет.
- Ты оскорбил меня вчера!
Глеб тяжело вздыхает и становится серьезным.
- Невозможно кого-то оскорбить, Ксения. Ты совершаешь какие-то поступки. Хорошие или плохие. А дальше каждый сам решает – обижаться или нет в ответ.
Пока перевариваю выданную информацию в запотевшем от одного его присутствия сознании, добавляет:
- Но если ты всё же обиделась – прос-ти.
Закатываю глаза.
В это весь Глеб Константинович Громов. Большего мне и не дождаться.
Поднимаюсь со стула, затягивая потуже пояс на халате.
- Тебе черный? – Включаю кофеварку.
- Да. Без сахара.
Засыпав кофейные зерна в нужный отдел, чувствую на спине изучающий взгляд. Между нами вновь возникают невидимые флюиды, которые разжигают воображение. Успокаиваю себя бытовыми заботами. Достаю кружку из шкафа, фильтр заполняю водой.
 
- Откуда взялись эти мысли? - спрашивает задумчиво, постукивая пальцами по поверхности стола.
- Какие?
- Что я отношусь к тебе... как к шлюхе.
- Не знаю, - огрызаюсь.
- Это абсолютно не так!
Киваю, разворачиваясь к нему и глядя в окно, сообщаю:
- Ладно, проехали. Так или иначе… это всё не для меня.
Он стискивает зубы и тихо матерится в ответ.
- Не выношу мозгоёбства от слова «совсем». Но в последний раз уточню. Что именно тебя не устраивает?
На кухне повисает щемящая тишина буквально на пару секунд, а потом я резко вздрагиваю от звука включившейся кофеварки. Этот звук действует на меня отрезвляюще и вдруг приходит понимание, что если я сейчас не выскажусь, то Глеб просто уйдет...
Хочу ли я этого?
Определенно нет.
Поэтому решаюсь и выдаю то, что накипело:
- Ты пропал почти на две недели... Мы ничего друг другу не должны, я помню. Но это всё равно... ммм... неприятно.
И твои вечерние поездки куда бы то ни было с управляющей тоже, - мысленно добавляю.
- Сейчас не самый лучший период в моей жизни, - морщится он после паузы, словно вспоминает о чем-то неприятном. – Особенно, для начала каких бы то ни было отношений.
Чувствую болезненный укол в сердце. Он говорит о бывшей жене.
- Я ничего и не требую. Ты четко обозначил границы и я им следовала. Но ждать у моря погоды – выше моих сил. И…
- Хватит, - мягко перебивает и вздыхает, кружась понимающим взглядом по моему лицу. – Я тебя услышал. Больше не повторится.
- Но, Глеб..., - пытаюсь продолжить.
- Вроде всё решили, - забирает у меня из рук чашку с кофе, ставит её на стол и притягивает к себе на колени. – С утра ничего не ел, кстати.
Утыкаюсь в ворот его рубашки, чувствуя сильные поглаживающие руки на бедрах, и пытаюсь справиться с растущими в геометрической прогрессии охапками цветов в душе.
Ему не все равно. Он приехал, в своей сухой манере даже извинился и собрался ужинать на моей кухне.
- Закажи доставку, - ворчу недовольно, стараясь скрыть свой восторг. – У меня нет ничего, чем бы такая громадина как ты наелся.
- Ну доставка так доставка, - смеется Громов, извлекая из переднего кармана джинс телефон. – Мне не привыкать.
Глава 20. Ксения.
- Ты давно здесь живешь? – спрашивает Глеб, ловко орудуя приборами. Он уже разделался с салатом и сейчас нарезает огромный стейк.
- Около трех лет.
В отличии от него я не голодна, поэтому пью зеленый чай и получаю эстетическое удовольствие от трапезы. Мне нравится наблюдать за тем, как слаженно двигаются его руки. Есть в этом что-то возбуждающее.
- Это твоя квартира?
- Ну как сказать. У нас совместная собственность с банком. Ипотека, - улыбаюсь.
Глеб улыбается в ответ и кивнув продолжает допрос:
- Одна всё это время жила?
- В плане? – хмурюсь.
- Сколько тебе лет? Двадцать семь?
- Вообще женщине не прилично задавать такие вопросы. Где твои манеры, Громов?
- Я серьезно, - продолжает смотреть в упор.
- Двадцать восемь и да, здесь я жила всегда одна.
- До этого?
- До этого арендовали с подругами...
- Ясно, - удовлетворившись ответом, откладывает нож с вилкой.
- Наелся? – спрашиваю, убирая тарелку. – Кофе сделать?
- Не откажусь, - говорит Глеб, поглядывая на часы.
- Хотя может не стоит на ночь? Тебе же еще домой ехать, - закидываю удочку, наблюдая за реакцией.
Он опять смеется. В пятнадцатый раз за вечер!
- Делал ставку на твое гостеприимство и на то, что ты не выгонишь меня в ночь.